Щит научной веры (сборник) - Циолковский Константин Эдуардович - Страница 147

Дул сильный ветер, озеро волновалось. Проплывши версты три, они увидели Иисуса, идущего по воде к ним навстречу. Приняв его за призрак, они испугались, но Иисус сказал им: – Не бойтесь, это я.

Только что они хотели его принять в лодку, как она приткнулась к тому месту, куда плыли (в Капернаум). (Тут нет ни укрощения бури, ни хождения по воде Петра, как описано у Матвея. Не ясно также – чудесным ли образом шел Иисус по воде или просто по мелководью, так как они были у самого берега. Было темно, лодка плыла. Иисус стоял на мели, но им казалось, что не лодка плывет, а Иисус идет к ним навстречу. Все это возможно предположить в виду противоречий в других евангелиях. А если евангелисты так противоречат друг другу, то очень естественно усомниться и в другом).

Высший хлеб

Оставшийся народ видел, как одни ученики без учителя уплыли на единственной бывшей там лодке. Потом уже приплыло много лодок с народом из Фивериады.

На другой день народ, видя, что ни учеников, ни Иисуса нет в том месте, где они так хорошо поели, направились на прибывших лодках в Капернаум, надеясь отыскать там Иисуса.

Тут они его увидели и очень удивились, как он сюда попал. (Здесь писатель уже намекает на чудо: Иисус прямо по воде, через озеро, дошел до Капернаума, хотя, кажется, можно до него дойти и берегом в течение целого дня: расстояние всего верст 10–20). На их вопросы о том он отвечал: – Вы ищете меня не потому, что видели чудо (знаки Божьего могущества), но потому, что подкормились. Не столько старайтесь добыть тленной пищи, сколько той, которая дает нескончаемую жизнь. Я дам вам ее, так как на меня положил такую печать Бог-отец… (Печатью этой была предыдущая чудесная кормежка).

– Что же нам делать, – спросили его.

– Поверьте тому, кого послал Бог.

– Но на каком основании мы будем тебе верить, что ты делаешь особенного? Отцы наши, например, все время ели манну в пустыне и потому верили и надеялись. Им посылался хлеб с неба, а ты-то что! (Только раз и покормил нас).

– Не Моисей дал вам небесный хлеб, а отец мой дает вам его. Высший хлеб есть тот, который дает жизнь миру.

Они же, подумав, что он намекает на кормежку в пустыне, сказали ему:

– Вот и подавай нам постоянно такой хлеб.

– Я сам есть животворный хлеб: соединяющийся со мной никогда не будет голодать и жаждать. Но вы хоть и видите меня, но не верите.

Отец посылает ко мне не всех, а только некоторых. И тех не прогоню от себя, так как я пришел, чтобы исполнить волю Отца, которая состоит в том, чтобы ничего, данного мне отцом, не погубить, а под конец воскресить. Отец хочет, чтобы узнавший меня и поверивший его Сыну получил нескончаемую жизнь. Именно я подниму его в последние времена (он говорил про учеников и своих последователей).

Зароптали кругом иудеи за то, что Иисус называет себя небесным хлебом и говорили: разве мы не знаем, что он сын Осипа. И родителей Осипа мы также знаем. Как же это так он может быть хлебом, да еще спустившимся с неба?!

Иисус сказал им: – Вы ропщете! Что делать! Никто не может понять меня, если не суждено это Отцом моим. Соединившихся же со мною я воскрешу. (По научным моим взглядам все воскресает. Как же Христос говорит, что это относится только до верующих, соединившихся с ним? Очень просто. Тут подразумеваются формы. Не будут возникать несовершенные, напр(имер), дурные люди, животные и т. п.). И пророки писали, что все будут научены Богом, что приходят к истине лишь те, которые привлечены Отцом.

– Это не значит, – заметил Иисус, чтобы кто-нибудь видел Отца, кроме того, кто от Бога; такой-то видел его.

– Итак, повторяю вам, – продолжал Иисус, – верящий мне содержит в себе источник жизни. Я животворный хлеб. Отцы ваши ели манну, однако померли. Кто же ест небесный хлеб, никогда не умрет. Я и есть этот животворный хлеб, спустившийся с неба. Питающийся этим хлебом будет всегда жить. Хлеб этот есть мое тело, которое я отдам за жизнь людей.

Возмутились и заспорили Иудеи. – Как это так мы будем есть его тело, как говядину?

Иисус же сказал им: – Истинную правду вам скажу, если не возьмете мое тело и не упьетесь моей кровью, то не будет в вас и жизни. Поглотивший мое тело и кровь будут иметь в себе зачаток нескончаемой жизни, и я воскрешу их в последние времена. (Хоть и преступно убийство Христа, но оно было неизбежным результатом его мужества и правды. Они и спасли людей). Да, тело мое есть пища и кровь – напиток. Поглотившие меня соединятся со мною. Как я живу Отцом, так и вы будете жить мною. Я и мое тело и есть истинная ваша пища, посылаемая Отцом с неба. Это не такая пища, как манна, которую ели и все же померли. От небесного хлеба никогда не умрете.

(Речь эту произносил Иисус в Капернаумской синагоге. В ней много длиннот, повторений и неясностей, благодаря, конечно, несовершенному переводу и непониманию переводчиков. Постараюсь тут вкратце передать сущность этой речи. Учение Христа животворно. Действительно, взаимная солидарность людей, взаимное снисхождение, прощение, любовь, взаимное служение, высокая организация обществ, единение всего человечества, – должны произвести такие блага, которые не только поднимут современное человечество на невообразимую степень могущества и счастья, но и будущие поколения, благодаря его учению, будут непрерывно шествовать по этому великому пути и достигнут неслыханных чудесных результатов – телесного бессмертия и многого другого. Природа, говорил, известный философ – праведник Федоров, – убивает существо. Она же его может оживить.

Каждое зло убивает или способствует убийству, сокращению жизни, ослаблению размножения, огорчению, всяким несчастиям и т. д. Наоборот, всякое добро устраняет эти несчастия, живит человечество, так как способствует размножению, улучшению жизни, сохранению ее, продолжению, отдаляет смерть и удлиняет жизнь. Короче: зло убивает, добро – живит. Учение Христа есть добро, которое живит. Это есть небесный хлеб, посылаемый Отцом ради вечной жизни человечества.

Учение Христа и его бесстрашная проповедь истины, вызвавшая озлобление безумных и нравственно слепых, повлекшая казнь Христа, были небесным хлебом. Казненное тело его, пролитая кровь, бывшие результатом провозглашения высочайших истин, были настоящим небесным хлебом. Пожалей Христос свое тело, свою молодую 30-тилетнюю обаятельную жизнь – и не было бы его открытой, всенародной, могущественной целительной проповеди, не было бы и учеников, и мы бы пресмыкались во лжи и злобе, может быть уже погибли бы, регрессировали, обратились в обезьян или стояли на степени низших рас, а со временем и совсем бы сошли на нет.

Как же после этого кровь Иисуса не напиток и тело его не пища, если они дают жизнь теперешнему и будущему миру?! Не было бы этой небесной пищи и все было бы не то: наверное, например, население земли не достигло бы той величины, какую мы видим.

Покамест ценилось учение Христа – жизнь струилась в человечестве обильной струей. Взаимное истребление, войны, гибель от болезней и голода – были результатом отрицания Христовых идей. Отвергая открыто или с хитростью его учение и пролитую им за нас кровь, отвергая эту небесную пищу, мы лишались и жизни. Источник ее иссякал, человечество умирало. Пример: война 1914 года.

Обыкновенная пища, конечно, необходима, но одной ее недостаточно. Даже при обилии ее ничто, кроме учения любви, не может удерживать нас от взаимного истребления и гибели.

Евреи ели манну и умирали, и совсем бы вымерли, если бы не пища любви, не небесный хлеб, который одновременно с манной, хотя и в необильном количестве, им посылался с неба в виде учения пророков. Оно только предохранило их от полного исчезновения.

Конечно, подобная пища не одним Христом дается, но и всеми сынами Бога, которые были в разные времена, которые будут еще и которые еще много принесут небесного хлеба. Но, кажется, никто с такой яркостью, с такой сознательностью не приносил этот хлеб, как Христос. Он так ясно шел на смерть, отдавал с таким самозабвением свою прекрасную молодую жизнь, все свои силы, свое тело и кровь, что никого нельзя с таким убеждением называть небесным хлебом, как его…