Сладкая летняя гроза - Сандерс Эми Элизабет - Страница 39

— Ты умеешь петь, я слышал, как ты поешь в саду.

— Какой ужас! — воскликнула смущенная Кристиана.

— У тебя красивый голос, — заверил ее Гэрет, Кристиана остановилась, следя глазами за жаворонком, парящим в просторном голубом небе.

— Это не одно и то же. У меня была прекрасная скрипка. Она издавала такие совершенные звуки, словно это было пение ангелов…

— Ты выращиваешь прекрасные цветы, — продолжал Гэрет.

Странно, но это так ее обрадовало, что она сразу забыла о своей скрипке.

— Правда? Ты так думаешь? Ты видел, как хорошо все стало расти? Скоро должны расцвести тюльпаны. Я не могу дождаться, когда они расцветут. Интересно, какие они будут; красные, белые или разноцветные? И розы растут очень хорошо. Они нравятся даже миссис Хэттон. На следующий год они будут еще лучше.

— На следующий год, — тихо сказал Гэрет, — тебя здесь не будет, а сад опять весь зарастет сорняками.

У Кристианы все похолодело внутри. Она сделала слабую попытку улыбнуться.

— Интересно, какие цветы растут в Новом Орлеане? Ты не знаешь?

Гэрет пожал плечами.

Это правда, — вдруг резко спросил он, — что ты собираешься работать в «Разбитой Чаше»?

— Да. Я думаю, приятно иметь немного своих денег.

— Мне не нравится эта идея. Кристиана пожала плечами.

— Если бы я был твоим… братом, я бы запретил тебе.

— Но ты им не являешься. Ты мне не брат, не отец, не любовник, поэтому у тебя нет никакого права запрещать мне.

— Разве мы не были с тобой вместе? Кристиана вспыхнула от неожиданного оборота, который принял разговор.

— Послушай, Кристиана, тебе в самом деле не следует там работать. Это плохая затея. Это не совсем приличное место.

Кристиана тряхнула головой.

— К твоему сведению, я там уже была. Не такое уж это ужасное место.

Гэрет был настолько поражен, что она рассмеялась.

— Не может быть. Я не верю. Когда это могло быть?

— Ричард и Стюард взяли меня с собой, мы навестили Полли, и я познакомилась с мистером Таббсом. Знаешь, он владелец пивной.

— Я прекрасно знаю, кто такой Таббс, — нетерпеливо сказал Гэрет.

— Как сказал бы Даниэль : Таково мое решение, и споры закончены.

— Не надо мне цитировать моего брата. Мне это совершенно не нужно. А по этому поводу, что говорит Даниэль?

— Так мне цитировать его или нет?

Кристиана никогда не видела Гэрета таким взволнованным, и она почувствовала, что это доставляет ей большое удовольствие.

— Не могу поверить, что Ричард и Стюарт взяли тебя с собой в «Разбитую Чащу», — продолжал он, как будто не слыша, что она ему сказала. Они должны были подумать прежде, чем так поступать.

— Они не хотели, но я их уговорила, — призналась Кристиана.

— Я в этом не сомневаюсь, — Гэрет был явно недоволен. — Меня только удивляет, что Даниэль и Джеффри не пошли с вами.

— Они бы пошли, — Кристиана едва сдерживала смех, — но ты и Даниэль учили Джеффри, как вести бухгалтерские книги.

Гэрет остановился посреди дороги, глядя на нее, как будто пришел конец света.

— Черт возьми! — взорвался Гэрет, и Кристиана чуть не подпрыгнула.

Он сошел на край дороги и ударил ногой по дереву, отступил, оглянулся кругом и снова стал бить ногой по дереву.

— Все говорят, что ты такой благоразумный и спокойный, а я теперь так не думаю.

— Да, я был таким, — закричал Гэрет. — Я был спокойным всю мою чертову жизнь! А знаешь, почему? Я тебе скажу почему! Потому что раньше тебя не было здесь, ты здесь не расхаживала с гордым видом, доставляя всем беспокойство. Вот почему!

Кристиана поправила шелковые розовые ленты, что свисали с ее шляпы, ожидая, когда он прекратит кричать. Ей пришло в голову, что если бы это случилось месяц назад, его гнев страшно напугал бы ее, но сейчас он больше смешил, чем пугал.

— И что я теперь должен делать? — продолжал он. — Ты околдовала моего отца, околдовала мою собаку. Мои братья теперь лгут мне, только чтобы угодить твоим эгоистическим капризам. А что хуже всего, они по полдня торчат в твоем саду, разглядывая твои цветы.

— Нет, это не правда.

— Как куча ленивых дураков. А твой чертов брат увез мою сестру на другой конец света, чтобы их там живьем съели краснокожие дикари.

— Сейчас ты говоришь так же, как миссис Хэттон, — заметила Кристиана, стараясь не улыбаться. Но она не могла отказать себе в удовольствии снова подколоть его. — А кроме того, все твои «чертово то», «чертово это» объясняются тем, как считает Джеффри, что характер твой портится в связи с тем, что ты стареешь.

— Мне тридцать, — закричал Гэрет, — и характер у меня нормальный!

Он остановился и перевел дыхание. Когда он снова заговорил, голос его был низким и спокойным.

— У меня нормальный характер, и я не стар.

— Как сказал бы Даниэль… — начала Кристиана, но Гэрет резко оборвал ее.

— Если ты сейчас начнешь мне цитировать этих чертовых древних римлян, я не отвечаю за свои действия.

Кристиана хотела засмеяться, но решила сдержаться. Она красноречиво пожала плечами и пошла дальше. Гэрет догнал ее и зашагал рядом с ней.

— А что касается миссис Хэттон, — сказал он своим обычным спокойным голосом, — Джеффри и Стюарт говорят, что она слышит звон свадебных колоколов.

Кристиана вскинула брови.

— Как это? — не понимая, спросила она.

— Ну это у нас есть такое выражение, это значит, что она надеется, что ты и Даниэль скоро поженитесь.

Кристиана взглянула на Гэрета, чтобы убедиться, что он не смеется над ней. Но он не шутил.

— Как такая идея могла прийти ей в голову?

— Я думал, ты лучше знаешь. Джеффри и Стью говорили мне, что вы все время секретничаете, как воры.

— Даниэль добр ко мне. Я могу обо всем с ним поговорить. Вот и все.

— И о чем же вы с ним разговариваете?

«О Франции, — ответила она про себя. — О том, что чувствуешь, когда убиваешь человека, в то время, как брат этого человека стоит за дверью и смеется над тобой. Об этих вещах я не могу говорить с тобой. Я боюсь, что ты станешь презирать меня».

— Да так, обо всем, — неопределенно пожала она плечами.

— А что Даниэль думает о «Разбитой Чаше»?

— Он считает, что очень хорошо, что теперь у меня есть подруга, и что мне пойдет на пользу общение с Полли.

Гэрет сердито засмеялся.

— Я так не считаю. Полли… немного свободно ведет себя со своими поклонниками. Мне бы не хотелось, чтобы ты переняла ее привычки.

Кристиана приподняла брови и посмотрела на Гэрета тем холодным взглядом, который выводил из себя маркизу Пьерфит.

— И ты еще называл меня снобом! Как смеешь ты критиковать Полли. Да это просто детские шутки по сравнению с тем, что я узнала от тебя.

Эти слова заставили Гэрета задуматься. Кристиана была этим очень довольна. Она взглянула на дорогу и увидела Дога, ковыляющего им навстречу. Он радостно вилял хвостом и с глупым видом свесил язык.

— А что касается «Разбитой Чаши», то — мир вокруг нас меняется, и мы меняемся вместе с ним.

Она поспешила к Догу, который опрокинулся на пыльную дорогу и бил хвостом.

— Я ненавижу эту чертову латынь, — устало сказал Гэрет. — Послушай, Кристиана, — позвал он, но она не слушала его, гладя Дога по животу и ласково разговаривая с ним, как обычно женщины разговаривают с животными.

Она не обращала на него внимания пока его тень не упала на нее.

— Я не шучу. Я не хочу изображать из себя тирана, но я не перенесу, если ты станешь работать в «Разбитой Чаще».

Она подняла голову и, сурово сдвинув брови, бросила на него строгий взгляд из-под полей шляпы.

— Ты сам себе противоречишь. Ты говоришь, что у тебя хороший характер, а сам кричишь на меня, Ты говоришь, что ты не тиран, а сам отдаешь мне приказы. У тебя нет никаких прав на это.

— Нет, есть права, черт возьми!

— Нет их у тебя, черт возьми! Ты снова начинаешь этот разговор.

Дог, лежа на пыльной дороге, тревожно переводил взгляд с Гэрета на Кристиану и обратно.