Наследница драконов. Дилогия - Кузьмина Надежда М. - Страница 151

На ступенях памятника мужеству человеческих магов деканов встречала целая делегация — три заместителя декана, какие-то чиновники с папками под мышками, сияющая Рилда и еще масса незнакомого народу.

Грасин, которого Вэрис и Лиассин поддерживали под локти, перелетая от башни к башне, высвободил и поднял в приветственном жесте правую руку. Я внимательно следила за выражениями лиц собравшихся — ага, а счастливы-то не все! Вон пара незнакомых магов мнется и кривится, будто проглотив залетевшую в рот муху, да и из заместителей декана по-настоящему рад только один — светловолосый парень с падающей на глаза челкой. А среди чиновников вообще разброд и шатание… Эх-х, похоже, придется пошерстить эту Белую башню. Все же подготовка магов — государственное дело. А то наподготавливают такого, что мало не покажется.

Деканы взлетели по ступеням, остановились. Ага! Сейчас куча народа будет пытаться рассмотреть то, что они делают, магическим зрением. Значит, во-первых, прячемся прямо за спиной Вэриса, предупредив его, чтоб руками не очень размахивал. А во-вторых, пусть попросит остальных намагичить что-нибудь позаковыристее… и нехай любопытные головы ломают!

Возвращение сияющей в лучах закатного солнца Белой башни было встречено криками восторга.

Как много положительных эмоций мы принесли всего лишь за два дня! Сначала все радовались разноцветным башням. Потом чудесам, возникшим после попытки их расколдовать. И вот теперь, когда все вернулось на круги своя — все рады снова!

Я задумалась… Получается, людей можно держать в напряжении и делать счастливыми при помощи перемен? Причем не обязательно менять что-то на самом деле, достаточно пускать их по кругу. Интересно. Было ощущение, что это может пригодиться, когда сяду на трон.

По нашей просьбе лорды Борден и Вэрис вечером привели с собой и тер Грасина. Открывать свои имена мы не стали — при его убогой, на наш взгляд, ментальной защите и несколько идеалистических взглядах это было просто опасно. Достаточно ему знать, что мы родственники Владыки и имеем вес при решении государственных вопросов.

Вокруг костра, на котором благоухало мясо джейрана, расположились Тиану и Арден, я, Шаорран и Шон, два декана и ректор. Пока закусывали куропатками, обсудили ход расследования в Белой башне. Изучение личных дел себя исчерпало. Заинтересованных в устранении декана пересчитали — больше десяти человек получали при смене руководства те или иные выгоды. Поставили напротив их имен в основном списке подозреваемых галочки и задумались — а дальше-то что?

Инициировать официальное расследование было невозможно. И доказательств кот наплакал — ну, видел кто-то на руке непонятно кого кольцо выпускника, и что? Мало ли, кто его надел? А при чем тут Академия? А если слух о разбирательстве дойдет до Ларрана, беда будет. И отдавать приказы имперским чиновникам я пока не имела права.

Получалось, копать надо по-тихому. Но как?

Следить за магами чрезвычайно трудно. «Хвост» не пустишь, метку засекут. И даже наша компания не могла ничего противопоставить перемещениям при помощи телепортации — прыгнул маг — и нету! Ищи ветра в поле.

К тому же все поголовно носят силовые и ментальные щиты… Хотя, если заманить подозреваемых в базальтовый зал Красной башни…

— Лорд Барракш, а не могли бы вы пригласить по очереди трех заместителей декана Грасина в базальтовый зал? Допустим, для приватного обсуждения состояния здоровья лорда Алвия и разговора об утверждении на всякий случай его преемника. Заодно можно посмотреть, насколько лояльны досточтимые лорды маги к Академии, — озвучил мою мысль Арден.

— Но это же нехорошо! — возмутился тер Грасин.

— Никто не станет заглядывать в воспоминания, это я могу обещать. За одним исключением — если в поверхностных мыслях обнаружится что-то, прямо указывающее на преступление, грозящее безопасности Академии или Империи, то ни о какой неприкосновенности речь идти не может. Не забывайте, лорд Грасин, — глаза Ара смотрели пронзительно, голос звучал властно. — Вы отвечаете почти за тысячу студентов, обучающихся в стенах Академии. Вы подумали, что с ними было бы, если бы покушения на вас и лорда ректора удались? Ведь есть вероятность, что в итоге во главе Академии встал бы черный маг и некромант.

Слова Ара упали камнем в тихую незамутненную заводь умов мужей от науки. Я-то сама уже прокрутила такую возможность в мыслях, а вот академики переглядывались так, будто узрели шестилапую кошку, изъясняющуюся на тролльем.

«Добей их! Попроси Шао пригласить их в субботу в Тер-Шэррант. Грасин еще не видел алтарей — вот пусть посмотрит!»

Лорд Грасин согласился сразу же… ему было интересно.

Кстати, может, нам по ходу дела еще и встряхнуть его удастся — сколько можно сидеть в пустом доме без еды и дров и оплакивать ту, которая наверняка хотела бы видеть его счастливым?

В итоге мы оприходовали целого джейрана, договорились, что Борден заманит замов декана Белой башни в базальтовый зал так быстро, как получится, и о ночном рейде в субботу. Потом мужчины пили золотое эльфийское — отказаться от такого соблазна не смог никто. А после мы учили лорда Грасина песне про деву-иву — он единственный из нас всех почему-то ее еще не знал.

Разошлись далеко за полночь, причем Шао очень рвался остаться у нас ночевать.

Первой парой в пятницу значилась «Общая физическая подготовка», ходить на которую мы были не обязаны. Зато второй стояла астрономия, на которую мы записались по совету Шона. Так что на завтраке в Ларране я нехотя поковырялась в тарелке с подозрительного вида кашей и встала из-за стола, сославшись на необходимость отстоять пятничную службу в часовне. В любом случае есть украшенную морковными розочками гадость я бы не стала — точно на дворцовой кухне у кого-то крыша поехала с этими корнеплодами!

На астрономию мы успели вовремя. И разочарована я не была. Стройный черноволосый лорд Рианш, блестя темными глазами, читал свой предмет как любовную поэму, поднимая аудиторию до своих высот и увлекая студентов за собой в небо. Первая лекция была вводной, обо всем и ни о чем, но и этого хватило, чтобы я прониклась и поняла, почему Шон так очарован космосом и мечтой о межзвездных странствиях. Обогащенная знанием, что мы вращаемся вокруг светила класса G, расположенного в двадцати шести тысячах световых лет от центра Млечного Пути, с просветленным лицом я вышла из класса. Ясно, побывать на Млечном Пути мне не светит… но вот на Луну, откуда звезды должны быть видны намного ярче, захотелось почти нестерпимо.

Ар понимающе погладил мой локоть: «Потерпи немножко… Вылетит Рассвет, и слетаем, ладно?» Вместо ответа я потерлась щекой о его плечо.

С перерыва нас сдернул Вэрис. Только мы уселись на нашей скамейке, предвкушая трапезу — Шон додумался, как запаковывать, чтоб не пачкалось, в силовые банки азу и грибной салат, — как декан позвал нас через амулет, бросив единственную фразу: «У Мирики опять проблемы».

Ну вот неймется этой Олсее… Могла бы уж успокоиться, дали ж ей шанс решить все миром. Так нет!

Оказалось, что, увидев после зимних каникул новые платья Мирики, ее уверенную осанку, элегантные манеры, купеческая дочка вскипела. Но когда ей нашептали, что эта безродная шваль из канавы танцевала на балу с деканом и даже с двумя принцами, Олсея пошла вразнос. И начала с того, что прилюдно на кухне обвинила Мирику в том, что та расплачивается за наряды и учебу в Академии, раздвигая перед всеми подряд ноги. «Да-да, вот именно этими словами», — покачал головой Вэрис.

Мирика отреагировала спокойно. Подняла руку и зажгла на указательном пальце драконий огонь в пол-ладони высотой. А потом произнесла:

— Как видишь, я — девушка. А ты?

Про Олсею с ее подружками можно было сказать много чего, но вот обвинить в затянувшемся девичестве — это вряд ли. И все об этом знали. Поэтому реплика Мирики была встречена громовым хохотом. А к вечеру о конфликте стало известно уже всему общежитию…