Солнце и луна, лед и снег - Джордж Джессика Дэй - Страница 42

— Хороший вопрос, — откликнулась Това. — Я потратила два года на поиски того, кто смог бы на него ответить. Судя по всему, первый человеческий принц, которого она окрутила, вырвал у нее обещание, что она предоставит ему и любому, кто придет за ним, шанс на спасение. Если принц найдет кого-то, кто проживет с ним — днем зверем, ночью невидимым мужчиной — целый год, то он свободен.

— По-моему, это даже более жестоко, чем просто красть их и жениться сразу, — сказала ласси.

— Такова природа троллей, — просто сказала Това. — Мне не позволено разговаривать с твоим принцем. Но я готовлю ему подносы с едой. Спрячу в одном записку и предупрежу его, чтобы не пил сегодня вина. И посмотрю, не удастся ли мне отыскать его парку. Парку твоего брата я нашла скорее благодаря везению, нежели уму. Он не давал мне спать, разговаривая во сне, я расхаживала по комнате и однажды ночью споткнулась о нее.

— Но как ты узнала, о чем здесь говорится? — Ласси провела пальцами по вышивке. — Для меня бы это не значило ничего, не научи меня Ханс Петер тролльским символам.

— Мой отец был капитаном «Морского дракона», — объяснила Това. — Он и раньше сталкивался с троллями и научил меня рунам — так они называются.

— Он учил и Ханса Петера?

— Скорее всего. Они уже много дней торчали на одном месте, застряв во льдах, когда их обнаружила принцесса троллей. Большая часть экипажа погибла. — Лицо Товы сделалось печальным. — Я навещала родителей спустя несколько месяцев после того, как поселилась в ледяном дворце. Отец думал, что Ханс Петер тоже умер.

Ласси обняла Тову одной рукой, утешая.

— Разумеется, — продолжала Това, — отец мой теперь богатый торговец и владеет множеством кораблей. — Тон ее был горек.

Не успела ласси ответить, как обе юные женщины подпрыгнули, услышав голос тролля из глубины дворца:

— Эй, ты! Недоумка!

— Это я, — натянуто улыбнулась Това.

Они снова обнялись. Това вскарабкалась по снежному наносу под окном, а ласси подсадила ее, помогая забраться внутрь.

— Прости, — вскрикнула она, когда Това полетела вверх тормашками на пол гостиной принцессы Индейл.

Това со смехом вскочила на ноги и отряхнула юбки.

— Со мной все в порядке. — Она быстро огляделась. — Я оставлю это окно открытым. Продолжай прясть, чтобы заключить сделку на сегодня. Если она не придет через несколько минут, я придумаю, как ее заманить. И переправлю записку принцу.

Она убежала в ответ на все более визгливый зов. Ласси уселась обратно и продолжила прясть.

Спустя некоторое время притащился Ролло.

— Ты все еще тут сидишь? И ничего не высидела? Прошло уже несколько часов.

— Ролло! — Ласси бросила веретено и ухватила его за меховой воротник. Она была так возбуждена, что поцеловала его в нос, отчего волк чихнул. — Мне не терпится рассказать тебе…

— Ничего, потерпишь, — проскрежетал голос откуда-то сзади. — А сейчас продолжай прясть.

Ласси резко обернулась, но в окне за спиной было пусто. Она услышала покашливание, словно у нее над головой по камню провели напильником. Подняв глаза, девушка оцепенела. Окна на втором этаже были заполнены троллями. Казалось, весь двор, за исключением собственно принцессы, собрался поглазеть на ласси. Приказ, как и кашель, исходил от самой королевы.

Она повелительно наставила на ласси палец:

— Продолжай. И повернись лицом к нам.

Дрожа, ласси повиновалась. Когда на веретене набралось достаточно более или менее ровной нити, ласси подняла его, чтобы двор полюбовался. Они похлопали и начали отходить от окон. Опасаясь, что королева тоже сейчас уйдет, ласси присела в глубоком реверансе.

— Ваше величество, могу ли я просить о милости?

— Чего тебе?

— Ваше величество столь мудры, — осторожно начала ласси. — Вы наверняка знаете, что я обменивала свое имущество и мастерство на возможность провести две последние ночи с нареченным принцессы Индейл.

— Я слышала. — Покрытые красным лаком ногти королевы забарабанили по подоконнику.

— Мне подумалось, что, поскольку вашему величеству доставило такое удовольствие наблюдать, как я пряду, то… может быть… я заслужила… еще одну ночь? Я отдам вашему величеству это золотое веретено и тонкую нить, которую напряла.

— Очень хорошо. — Королева троллей повела ладонью. Веретено выскочило у ласси из руки и перелетело к троллихе. — Явись на закате к парадным дверям. — Тут она погрозила пальцем. — Последний раз позволяю подобное, поняла? Завтра моя дочь с принцем поженятся, и больше никаких шашней с человеческими девицами.

— Разумеется. Ваше величество очень добры.

Ласси снова присела в реверансе, и окно со стуком захлопнулось.

— Быстро в пещеру, — приказала ласси Ролло.

— Что? Почему?

Ласси поддернула юбки и побежала, не глядя, последовал ли он за ней.

— Не хочу, чтобы принцесса видела, как я тут стою. Она может потребовать еще подарков, а у меня не осталось ничего, кроме грязных рубашек и драных чулок. Не хватало только разозлить ее сегодня.

— Ладно, но тогда ты расскажешь мне, что произошло, пока я спал?

— Да, я все тебе расскажу. А потом мне надо будет попытаться поспать. Впереди очередная долгая ночь.

Глава 31

Одетая в лучший из оставшихся нарядов, ласси шла за королевой и ее дочерью по залам золотого дворца. Обе троллихи ухмыльнулись ей, оставляя ее одну в покоях принца (Ролло не считался), но ласси улыбнулась в ответ. «Это должно сработать», — сказала она себе.

От волнения она снова не могла читать, и Ролло мерил комнату шагами вместе с ней. Прошло не больше часа, и в гостиную просунула голову Това, улыбнулась ласси и сказала, что передала записку.

— А если он ее не прочел, — прошептала она, — мне, наверное, удастся отыскать противоядие к сонному зелью.

— Спасибо тебе!

— Мне надо идти. — Това подмигнула и беззвучно притворила за собой дверь.

У ласси упало сердце, когда слуга-кентавр, как и в две предыдущие ночи, внес в комнату обмякшее тело принца. Но, скатив юношу на кровать, кентавр подмигнул ей, в точности как Това. Уходя, он даже нагнулся и погладил Ролло по голове.

— Ваше высочество? — Ласси мягко потрясла принца за плечо.

Глаза его внезапно распахнулись, и ласси ахнула. Он широко улыбнулся ей:

— Привет, моя ласси.

Не задумываясь, она бросилась ему в объятия. Он легко поймал ее, и они прижались друг к другу. Он целовал ее щеки и губы, а она припала к нему, смеясь и плача, как прежде с Товой. Но это было совсем другое дело.

— Просто не верится, что ты и есть мой исбьорн, — сказала она наконец.

— А мне не верится, что ты проделала такой путь, — откликнулся он. — Как ты попала сюда?

— Я скакала на конях, одолженных мне тремя старыми женщинами, которые тоже любили и потеряли своих исбьорнов. Затем я летела верхом на ветрах — восточном, западном, южном, а северный принес меня сюда, — под конец перечисления ей не хватило воздуха.

Принц крепко стиснул ее в объятиях:

— Тысячу раз спасибо тебе. Ты забралась в такую даль. Видеть тебя и говорить с тобой в человеческом облике — больше, чем я мог надеяться. — Затем его темные брови сошлись на переносице, лицо затуманилось. — Но завтра я должен жениться на Индейл.

— Должен быть выход.

Принц покачал головой, сжав губы. Он поудобнее устроил девушку у себя на коленях, а она обняла рукой его широкие плечи.

— Даже если удастся выбраться из дворца, нам ни за что не миновать стражу. Да и с острова пути нет.

— Мы обязаны что-нибудь придумать. Должен быть выход. И для нас, и для Товы.

— Товы, девушки-горничной?

— Да. Когда мой брат Ханс Петер исбьорном жил в ледяном дворце, Това была с ним. Она последовала за ним сюда, но ему удалось бежать.

Принц удивленно поднял брови:

— Как?

— Това переделала вышивку на его парке. Я покажу тебе.

Ласси спрыгнула с его колен и, поспешив в другую комнату, схватила парку со стула, на котором оставила. Принц зажег в спальне еще свечей и внимательно изучил вышитые полосы.