Солнце и луна, лед и снег - Джордж Джессика Дэй - Страница 37

Глава 28

Великая сила северного ветра таяла по мере приближения к острову, и все больше и больше его массы отставало. Наконец от него остался лишь зябкий ветерок. Ласси кувырком полетела с неба на плотно смерзшийся снег у края серо-зеленой воды.

Последний маленький вихрь льдинок колыхался у ее ног.

— Это предел моих сил. Я должен отдохнуть здесь день-другой перед возвращением. — Он едва шептал.

— Спасибо тебе, тысячу раз спасибо, — сказала ласси, протягивая к нему руку в варежке. — Я приложу все силы, чтобы навредить королеве троллей и ее дочери. Ради тебя.

— Ради всего мира, — поправил северный ветер. Затем даже эта гроздь льдинок рассыпалась. — Прощай, — прошелестело в воздухе.

Ласси вскинула на плечи поклажу, слегка покачнувшись под ее весом. Ролло встряхнулся и понюхал воздух.

— Чем пахнет? — спросила хозяйка.

— Троллями, — мрачно ответил он.

— Ну, значит, мы прибыли куда надо.

И они тронулись в путь. Остров оказался не таким большим, как снежная равнина перед ледяным дворцом, но и не таким плоским. Девушка и волк долго взбирались по склону, а потом заглянули во впадину, где лежали два больших серых валуна. На валунах рос мох, а у одного торчала из бока крохотная сосенка.

— Странно, — заметила ласси. — Как тут может что-то расти?

Когда они проходили между валунами, Ролло напрягся и прижался к ноге хозяйки.

— Шагай быстрей, — прошептал он.

— Что?

— Шагай. Быстрей.

Лишь когда валуны остались у них за спиной и они поднялись на верхушку очередного взгорка, волк немного расслабился. Он остановился и оглянулся, и ласси тоже. Один из валунов изменил форму. Он сделался выше, и у него обнаружились два светящихся…

— Глаза, — слабо произнесла ласси.

Коленки у нее начали подгибаться, и Ролло толкнул ее, так что она покатилась по дальней стороне взгорка. Прочь от троллей.

Она лежала в небольшом углублении и дрожала. Ролло прижался к ней, по-прежнему настороженный, но тролли не погнались за ними.

— Что я здесь делаю? — У ласси застучали зубы. — Я не в силах противостоять королеве троллей. Я просто маленькая глупая девчонка. Отцовские страхи сбылись: меня забрали тролли. — У нее вырвался истерический смешок.

— Тихо, тихо, — прошипел Ролло, встревоженный более, чем когда-либо. — Тролли не забрали тебя. Ты пришла сюда драться. У тебя есть имя, ты шептала его мне, когда я был щенком. — Он негромко произнес имя ей на ухо.

Девушка поднялась на ноги, расправила плечи, хотя при мысли о троллях, оставшихся позади, по телу побежали мурашки, и продолжила путь. Сердце у нее еще колотилось, но она не останавливалась, пока не дошла до дверей дворца.

Ни стен, ни двора вокруг золотого замка не имелось, но они ему были и не нужны. Двери вздымались на высоту четырех человеческих ростов, и на них было выложено драгоценными каменьями изображение солнечного и лунного затмения. Над дверями в свете горевших по бокам факелов ласси с трудом разглядела герб королевы троллей: исбьорн на голубом фоне, над ним — корона, а под ним — зазубренный меч.

Только она подняла руку, чтобы постучать, как из боковой ниши выступила тень. Ласси полагала, что это узкое вогнутое пространство предназначено для статуи, но тень была слишком уж живая.

Снова тролль, на сей раз высокий и тощий, с канатами мышц на голых руках.

В руке он сжимал черный меч с зазубренным лезвием, как на гербе, а его одежда — голубой кожаный жилет и штаны — представляла собой своего рода ливрею. Сапоги у него были подбиты железом, предплечья закрыты железными наручами. В громадных ушах красовались массивные кольца, а острый длинный нос сам по себе был «украшением». Волосы у тролля отсутствовали, череп был разрисован синей краской.

— Да?

Ласси застыла. У Ролло шерсть встала дыбом, но он скорее заскулил, чем заворчал.

— Я, гм… королева… я ищу работу, — проблеяла девушка.

Тролль в ужасе уставился на нее сверху вниз:

— Зачем тебя понесло в такую даль, чтобы работать здесь? Ты же человек!

— Э… Ну… — Ласси собралась с мыслями, припомнив льстивую резьбу в ледяном дворце. — Но разве юная принцесса не прекраснее, чем любая человеческая девушка? Я прибыла служить ее милости.

— Она тролль, — проворчал стражник. — От одного взгляда на нее у козла шкура слезет.

Ласси не выдержала и хихикнула. Но тут же прикрыла рот ладошкой и оглянулась.

— Разве тебе полагается так говорить?

— Нет, но кто меня услышит, кроме тебя? Они все там празднуют. Вино, танцы, волшебные фокусы, а я торчи тут на холоде, и разговаривай с сумасшедшим человечком. Я проклят. — Казалось, он говорил это сам себе, но ласси все равно задрожала.

— Празднуют? Что празднуют?

— Разумеется, последнее бракосочетание принцессы Индейл[9] с каким-то несчастным человеческим дураком.

— О нет! — У ласси защипало в глазах. — Они уже поженились?

— Нет. — Тролль нахмурился. — Свадьба только через четыре дня. — Он нагнулся и вгляделся в ее лицо. — Ты девушка? Девушка, которой пришлось жить в ледяном дворце?

— Да, — шепнула она еле слышно.

— И ты добралась в такую даль? Так быстро?

— Мне помогли.

Тролль беспокойно огляделся:

— Если ты не дура, то выберешься отсюда. Уходи, возвращайся к своей семье.

— Не могу.

Тролль тяжко вздохнул. В лицо ей ударило дыхание, пахнущее камнем и льдом, не такое уж неприятное.

— Я и не надеялся, что ты последуешь моему совету. Никто не следует.

— Това здесь?

— Лучше не спрашивать. Лучше не быть здесь.

— Ты можешь хотя бы впустить меня? Я бы поговорила с… экономкой или с кем-нибудь насчет работы…

Тролль покачал головой:

— Позволить тебе войти в эти двери стоит дороже, чем моя жалкая шкура. — Он облизнул губы синим языком. — Один раз я это сделал, — признался он, понизив голос, — и если я сделаю это снова… ну, не многие пережили королевский гнев и один-то раз. — Он содрогнулся. — Вот почему мне велено изображать часового, словно кому-то может прийти в голову напасть на логово королевы троллей. Моя семья едва не умерла от унижения.

— Но… — Ласси запнулась, потом кое о чем вспомнила. — Я могу заплатить тебе! — Она с глухим стуком свалила ранцы на утоптанный снег и принялась рыться внутри. Первым под руку попался золотой чесальный гребень. — Вот! Чистое золото!

Он покачал головой:

— Очень красиво, но этот дворец целиком из золота. Если бы мне понадобилось золото, я бы просто отломал кусок подоконника.

— Ой. — У ласси поникли плечи.

— А что это, кстати?

Она выудила второй гребень и подняла их так, чтобы он мог получше их разглядеть.

— Это чесальные гребни. Понимаешь? Для шерсти.

— Правда? — Похоже, инструменты заинтересовали тролля. — И ты можешь чесать ими шерсть?

— Ну да. В смысле, именно этой парой я никогда не пользовалась, но уверена, что они прекрасно подходят для работы.

— Нет, я имею в виду, ты лично умеешь чесать шерсть?

— Конечно. — Ласси была озадачена: чесать шерсть под силу даже идиотам и маленьким детям.

— Что ж, тогда тебе, может, и есть что здесь ловить. Я сам не очень в, э-э, женских ремеслах. Но некоторые тут весьма ими увлечены. Высокородные дамы, если ты понимаешь, что я хочу сказать. — Он приложил длинный палец к боковине носа и подмигнул.

У ласси забилось сердце.

— Принцесса? Они ей понравятся?

— Возможно. Особенно если ты покажешь, как они работают.

— Тогда не мог бы ты отвести меня к ней?

— Нет, мне велено больше не пускать людей внутрь. Но если ты поболтаешься возле дворца под окнами и, может быть, немного почешешь шерсть… — Тролль нагнулся ближе. — Ее покои на западной стороне.

— Огромное тебе спасибо, — сказала ласси.

Не думая, она протянула руку в варежке и положила ее на лапу тролля. Часовой опешил и покраснел, сделавшись лиловым.