Уроки покаяния по библейским сказаниям - Епископ (Нечаев) Виссарион - Страница 71

Скоро ли, или нет, наступит день Страшного Суда, к нему всегда должно быть готовым. В чем состоит приготовление к нему? В том, чтобы всегда помнить его и памятью его удерживать себя от всего того, за что грозит вечное осуждение. Достигнуть успеха в сем деле ни для кого не легко. Потому день последнего суда должен быть страшен не только для грешников, но и для праведников, ибо нет ни одного истинного праведника, который бы вместе с апостолом Павлом не почитал себя первым из грешников, не исповедовал себя паче всякого естества человеча согрешившим, если только он будет судить о своем нравственном состоянии не по сравнению с жизнью других людей, но по требованиям закона Божия. Стать в уровень с этими требованиями, вполне осуществить их в жизни ни для кого не возможно. Потому и оправдания на Страшном Суде Христовом мы можем ожидать собственно не от дел наших, как бы они ни казались нам совершенны, но главным образом от милосердия Божия, привлекаемого живой и деятельной верой в искупительные страдания и смерть Богочеловека, за нас претерпенные.

Но когда настанет день Страшного Суда, тогда прибегать к сему милосердию будет поздно. Суд сей будет единственно откровением правды Божией, воздающей каждому смотря по тому, воспользовался ли он, и как воспользовался в земной жизни дарованными ему благостью Божией средствами спасения. Итак, грешная душа, если не хочешь быть осужденной на Страшном Суде, поспеши отвратить это осуждение делами покаяния в настоящей жизни. Если хочешь, чтобы пощадил тебя праведный Судия на Своем Страшном Суде, умоляй Его об этой пощаде теперь, пока Он терпит твоим грехам, продолжая твою жизнь в этом мире в ожидании от тебя покаяния. Помни, что на Страшном Суде даже праведник едва спасется, а нечестивый и грешный где явится? (1 Пет. 4, 18).

Для надлежащего разумения сего покаянного стиха должно иметь в виду притчу Христову о домохозяине, не допускающем к себе в дом опоздавших гостей. Под домохозяином разумеет Христос Себя Самого, под домом — Царство Небесное, под гостями — верующих в Него.

Наступит время Страшного Суда, и последует окончательное решение участи каждого. Одним откроется вход в Царство славы для вечного блаженного общения с Богом. Для других заключатся двери Царствия. Напрасно они будут взывать: «Господи! Господи! Отвори нам». Он скажет им: «Не знаю вас, откуда вы». Напрасно они станут напоминать Ему о своих прежних отношениях к Нему: «Мы ели и пили пред Тобою, и на улицах наших учил Ты». Должно полагать, что под этим образом в притче представляются христиане только по наружности. Они внешним образом принадлежали к обществу верующих, соединялись с ними по временам в храме Божием, причащались Святых Таин, особенно любили присутствовать в многолюдных праздничных церковных собраниях (улицах) и здесь слушали слово Христово из Евангелия или из уст пастырей, но жизнью своей не походили на истинных христиан, по имени были христиане, по делам же язычники, если не хуже их, — каялись во грехах, но без сердечного сокрушения и без желания исправиться, — всю жизнь проводили в греховной беспечности, с ней перешли и в загробную жизнь. Им грозит осуждение непосредственно по смерти на частном Суде; но решительный Суд поразит их в день Второго пришествия Христова. Христос, праведный Судия, окончательно отвергнет их тогда: Не знаю вас… отойдите от Меня, все делатели неправды (Лк. 13, 27). Пред людьми они могли казаться честными и даже праведными, потому что люди судят о других только по наружности, своей благовидностью легко могущей обмануть зрителя, — и только на Страшном Суде откроется перед всеми, что это были беззаконники. Их раскаяние не будет принято тогда — время для него упущено. Всю жизнь они злоупотребляли благостью и долготерпением Господа, призывавшего их к покаянию; им осталось пожать плоды своего упорства во грехах. Господь не отворит им двери Царствия, потому что они сами не отверзали дверей своего сердца для Его благодати, зовущей ко спасению (см.: Откр. 3, 20). Помни это, грешная душа, и уготовляй себе вход в Царство Небесное делами покаяния: только кающемуся здесь отворены будут на Страшном Суде двери сего царствия.

Урок покаяния в сем стихе заимствован из двух Евангельских притчей: о брачной вечере (см.: Мф. 22, 2–4) и о десяти девах (см.: Мф. 25, 1–13).

В притче о брачной вечере изображается отвержение иудеев и призвание вместо них в Царство Божие, то есть в Церковь Христову, язычников. Учредителем вечери является в притче царь, случаем к учреждению ее, брак Царского сына. Под царем разумеется здесь Бог Отец, под царским сыном — Единородный Сын Божий, под браком — воплощение Его, или теснейшее, подобно брачному, соединение в лице Иисуса Божества с человечеством. Духовные блага и радости — плоды воплощения Сына Божия — представляются под образом вечери, или пира в Царском Чертоге, знаменующем Церковь Христову, или Царство Христово, в котором верующие многоразличными средствами благодати приготовляются к участию в Царстве славы.

Отвержение иудеев представлено в притче под образом сурового наказания тех, которые не приняли от царя приглашения на пир по случаю брака сына его. Иудеи неоднократно, — через пророков, Предтечу, Самого Христа и апостолов, приглашаемы были в Церковь Христову, но отказались войти в нее, и за то, что оскорбили и перебили тех, через кого получили приглашение, наказаны тем, что город их (Иерусалим) сожжен, и сами они были при этом перебиты. Вместо их призваны и вступили в Церковь язычники — хорошие и худые. Но те и другие соединены в Церкви только до тех пор, покуда она существует как Царство благодати, всех милующей и терпящей даже недостойных членов Церкви. В день Второго пришествия Христова Царство благодати прекратится и последует разлучение одних от других, решительное (ибо по смерти каждого оно не для всех решительно). Это разлучение в притче изображается так: когда гости собрались на пир, царь, устроивший его по случаю брака сына своего, пошел в пиршественное собрание и, заметив здесь одного из гостей не в брачной одежде, хотя тот получил ее от царя, — приказал связать ему руки и ноги, вывести вон из светлого чертога и ввергнуть в темничное заключение, место плача и скрежета зубов.

Не менее ужасна участь христианина, вступившего в Церковь Христову посредством Крещения, но не сохранившего дарованной ему в Крещении благодати оправдания, которая, как бы одежда, прикрывает нашу духовную наготу и укрывает от гнева Божия. Ему дарована возможность посредством покаяния возвратить сию благодать; но если он не пользуется этой возможностью, если живет не по-христиански, — он то же, что некрещеный, хотя принадлежит к обществу крещеных и вместе с прочими допущен к участию в молитвах и Таинствах Церкви, вместе с прочими присутствует на сем пиру духовном. Для истинного христианина это присутствие не менее вожделенно и радостно, как для подданного вожделенна и радостна честь присутствовать на царском брачном пиру. Но христианин только по имени нимало не дорожит тем, что радует истинных христиан, не разделяет их духовной радости и к духовной вечере относится с таким же пренебрежением, какое показал явившийся в царский чертог на пир не в брачной, пожалованной царем одежде. Последний был строго наказан за свою дерзость. Не миновать наказания и христианину, не дорожащему благодатью Божией, — ризой правды, пожалованной ему царем Богом в Крещении, и живущему в христианском обществе не по-христиански. Пусть Церковь не исключает его в сей жизни из числа своих членов, пусть терпит его в своих недрах наряду с истинно верующими. Он соединен с ними в Царстве благодати, но не будет дано ему вместе с ними место в Царстве славы. Царь Небесный на Страшном Суде осудит его на вечное заключение в адской темнице, где он вечно будет плакать от нестерпимой муки и скрежетать зубами от злобы на себя за то, что пренебрег в земной жизни средствами спасения.