Очерки времен и событий из истории российских евреев (Уничтожение еврейского населения, 1941 – 1945) - Кандель Феликс Соломонович - Страница 68

При лагере "106" было стадо коров; молоко давали маленьким детям, а также беглецам из гетто, которые приходили в лес в крайней степени истощения. Из свидетельства Нахамы Рубенчик: "Немцы в нашей зоне жгли белорусские села. Жители уходили. А посевы пшеницы оставались. Мы их убирали. Сделали собственную мельницу, мололи зерно, пекли хлеб. Только соли не хватало… У нас в отряде были свои провизоры и лекари. Была собственная пекарня, даже колбасный цех. И кухня с котлами, в которых я готовила обед: первое и второе. Большой котел был на двадцать шесть ведер… Приходилось кормить очень много людей. На каждые десять бойцов варили ведро картошки…"

Группа подрывников из отряда Зорина пустила под откос эшелон с танками и автомашинами. В июле 1944 года отряд принял последний бой с отступавшими немцами; в бою погибло шесть партизан, Шолом Зорин был тяжело ранен, и ему ампутировали ногу.

К лету 1942 года в белорусских лесах оказалась большая группа беженцев из гетто, которые расположились неподалеку от действующих партизанских отрядов. Часть из них, способная держать оружие, занималась поисками продовольствия для остальных, но подступала зима, "люди были раздеты и разуты", и тогда командиры отрядов поручили политруку Н. Киселеву и еще нескольким партизанам вывести евреев за линию фронта. Шмуэль Кугель: "Поход длился около двух месяцев. Ночью мы шли, днем отдыхали; что ни день, то новый лес… Всего мы прошли пешком около тысячи километров".

Они преодолели территории, на которых располагались немецкие гарнизоны и полицейские посты, в январе 1943 года 218 человек оказались в расположении советских войск.

7

В 1929 году в Западной Украине была создана Организация украинских националистов (ОУН). Незадолго до войны она разделилась на две соперничавшие группы: во главе одной из них стоял С. Бандера, во главе второй – А. Мельник. ОУН ставила своей целью борьбу с "московским большевизмом", и советская разведка докладывала в апреле 1941 года: "Под руководством ОУН из украинцев… создаются формирования военного типа… (которые) должны будут составить основной костяк будущей украинской армии". В том же месяце съезд сторонников Бандеры определил: "Жиды в СССР являются самой преданной опорой господствующего большевистского режима и авангардом московского империализма на Украине…"

Вместе с передовыми немецкими частями вошел во Львов украинский батальон "Нахтигаль" ("Соловей"), сформированный перед войной; его солдаты носили немецкую форму, а на погонах у них была желто-голубая полоса под цвет национального флага Украины. "Немецкие машины двигались по морю цветов…" На афишных тумбах и на стенах домов были развешаны плакаты в честь победителей, которые прибыли "освободить украинский народ от власти жидов и НКВД". Воззвания на плакатах заканчивались призывом: "Бейте жидов и коммунистов! Да здравствует Степан Бандера, да здравствует Адольф Гитлер!"

Сторонники Бандеры провозгласили во Львове возрождение "самостийного" украинского государства, и глава вновь созданного правительства заявил: "Москва и жидовство – главные враги Украины". Вскоре после этого состоялось совещание руководителей ОУН, сторонников Бандеры, на котором было сказано среди прочего: "Главное – всюду много жидов. Особенно в центре…" – "С ними нужно поступать очень остро… Необходимо с ними покончить…" – " Относительно жидов примем все меры, которые приведут к их уничтожению…"

Обеспокоенный подобными заявлениями, львовский раввин Иехезкель Левин обратился за помощью к главе греко-католической церкви митрополиту А. Шептицкому. Тот заявил в ответ, что "Украинская держава не допустит пролития крови невинных", и предложил раввину убежище в своей резиденции. Левин отказался, вышел на улицу – его схватили, отвели в тюрьму, и домой он уже не вернулся. А через несколько дней Мельник, один из лидеров ОУН, выпустил воззвание "К украинскому народу", в котором провозгласил: "Смерть жидовским прихвостням, коммунобольшевикам!"

Призывы такого рода способствовали усилению погромных настроений на Украине. Во Львове местное население устроило с 25 по 27 июля трехдневное побоище под названием "Дни Петлюры", уничтожив более 2000 евреев, – это была месть за убийство атамана С. Петлюры в 1926 году. "Выплеснулись низменные страсти, не знающая предела ненависть, желание "отомстить" евреям за "тяжкую жизнь"… Каждый третий еврей объявлялся коммунистом, каждый второй был богачом, который "пил их кровь"… А Бог скрылся в облаках, и земля осталась без милосердия, без благословения, покрылась кровью и слезами…"

Украинские националисты рассчитывали, что немцы оценят их участие в антисоветской борьбе и позволят создать самостоятельное государство, но действительность оказалась иной. В Берлине не поощряли националистические намерения – это противоречило планам создания Великой Германии, а потому вскоре арестовали Бандеру и прочих лидеров ОУН, даже расстреляли журналистов киевской газеты за пропаганду украинской государственности. Вскоре немцы включили Западную Украину в состав Генерал- губернаторства, которое существовало на территории Польши, а южные районы передали Румынии, отторгнув плодородные украинские земли. После этого бандеровцы перешли к подпольным методам борьбы; это повлияло на их отношение к евреям, и весной 1942 года конференция сторонников Бандеры признала " нецелесообразным в данный момент принимать участие в антижидовских акциях, чтобы не стать слепым оружием в чужих руках".

На территории Западной Украины действовали отряды Украинской повстанческой армии (УПА), бойцы которой не разбирались в политических намерениях своих лидеров и на практике исполняли лозунг: "Бей жида, ляха (поляка), кацапа (москаля) и немца!" А сторонники Мельника распевали популярную песню: "Смерть! Смерть ляхам! Смерть! Смерть московско-жидовской коммуне! В кровавый бой ОУН нас поведет…"

В 1943 году началось наступление Красной армии, и в листовках украинского подполья появился иной призыв: "Немцы – наши временные противники; они как пришли, так и уйдут отсюда. Поэтому отныне необходимо обратить наши основные силы на борьбу с Советами", чтобы "очистить леса и деревни от чуждых элементов". Теперь "чуждыми элементами" стали советские партизаны, поляки и конечно же евреи. Порой украинцы уговаривали евреев-врачей, слесарей, механиков, прочих специалистов присоединиться к их отрядам, обещая защиту от немцев, но при подходе Красной армии их уничтожали. Убивали и советских военнопленных, прятавшихся по селам, чтобы они не вступили в "красные" партизанские отряды.

В августе 1943 года Чрезвычайный съезд сторонников Бандеры провозгласил: "Не дадим себя вырезать на еврейский манер" и признал право евреев на существование среди других народов Украины, – но к тому времени почти все украинские евреи были уже уничтожены.

В лесах Западной Украины и Западной Белоруссии началась гражданская война, во время которой каждый выступал против каждого. Отряды Украинской повстанческой армии воевали не только с немцами, но также с советскими и польскими партизанами; известно немало случаев, когда бойцы УПА нападали на партизан-евреев и на жителей семейных лагерей. Партизаны-поляки Армии Людовой придерживались просоветской ориентации; партизанские отряды Армии Крайовой, подчиняясь польскому правительству в Лондоне, сражались с немцами, украинцами и "красными" партизанами. Поляки без особых симпатий относились к евреям, считая их сторонниками Москвы, отнимали у них продовольствие и оружие; однажды они напали на двенадцать евреев из отряда Ш. Зорина – в живых остался только один‚ притворившийся мертвым.

Перед неминуемым отступлением немецких войск бойцы УПА и отрядов Армии Крайовой старались установить контроль над обширными территориями; одни из них надеялись, что эти земли отойдут в будущем к украинскому государству, а другие – к польскому. В лесах и деревнях шла ожесточенная борьба между украинцами и поляками, и если одна из сторон сжигала деревню своих противников и уничтожала ее жителей, то назавтра другая сторона уничтожала жителей другой деревни и убивала в лесах уцелевших беженцев. Их жертвами становились в основном украинские и польские крестьяне; порой поляки объединялись с советскими партизанами, объединялись они и с евреями, спасаясь от неминуемого уничтожения.