В поисках тигра - Хоук Коллин - Страница 55

Они писали мне до востребования, и Нилима, забиравшая нашу почту, зачитывала мне послания из дома по телефону. Мистер Кадам неизменно указывал мне, о чем написать в следующем письме. Кроме того, его люди тайно присматривали за моей приемной семьей. Я знала, что они вернулись с Гавайских островов загоревшие и отдохнувшие, и за время их отсутствия никто не наведался к ним домой. Похоже, Локеш пока не нашел их.

На пятый день путешествия по шоссе Дружбы мы выехали из Гьяндзе и сделали небольшую остановку на озере Ямдрок. Его еще называют Бирюзовым озером, и нетрудно догадаться почему. Озеро сверкало, как ослепительный драгоценный камень на фоне заснеженных гор, питавших его водой. Мистер Кадам сказал, что у тибетцев это озеро считается священным и его постоянно посещают паломники. Они верят, что здесь живут божества-покровители. Тибетцы бдительно следят за тем, чтобы озеро не обмелело, ведь, согласно древнему преданию, если вода покинет озеро, Тибету придет конец.

Мы с Кишаном терпеливо ждали, пока мистер Кадам вел оживленный разговор с местным рыбаком, пытавшимся продать ему свой дневной улов.

Когда мы вернулись обратно в машину, я спросила:

– Мистер Кадам, скажите, сколько языков вы знаете?

– Хм-м-м, непростой вопрос. Честно вам скажу, я точно не знаю. Давайте считать вместе. Я владею основными языками, необходимыми для торговли с Европой – испанский, французский, португальский, английский и немецкий. Далее, я хорошо говорю на большинстве азиатских языков. Русский и скандинавские языки я знаю хуже, совсем не говорю на языках Африки и островов, а также владею только половиной языков и диалектов Индии.

Последнее заявление меня озадачило.

– Половиной? Сколько же в Индии языков?

– Вообще здесь насчитываются сотни современных и классических языков. Однако лишь тридцать из них официально признаны индийским правительством.

Я ошеломленно вытаращила глаза.

– Разумеется, большую часть языков я знаю весьма поверхностно. Это относится прежде всего к диалектам, которые я усваивал на протяжении многих лет. Но самым распространенным языком в Индии считается хинди.

Мы миновали еще два горных перевала и наконец начали спускаться на Тибетское плоскогорье. После пятидневной поездки у меня начала развиваться автофобия, поэтому мистер Кадам занимал меня беседой, пытаясь отвлечь от дороги.

– Тибетское плоскогорье иногда называют Крышей мира из-за его высоты. Оно расположено на высоте около четырех с половиной тысяч метров над уровнем моря, – сообщил он и, подсчитав что-то в уме, добавил: – Это примерно четырнадцать тысяч семьсот пятьдесят футов. В списке наименее населенных мест планеты Тибет занимает третье место после Антарктиды и Северной Гренландии. Здесь расположены несколько больших озер с солоноватой водой…

Я со стоном закрыла глаза, но это не помогло.

– Что еще за солоноватая вода? – промычала я.

– О, это очень интересный вопрос! – оживился мистер Кадам. – Как известно, в зависимости от степени солености воды озера делятся на четыре типа: пресные, солоноватые, соленые и минеральные. Солоноватым озером, к примеру, является Каспийское море, вода в нем содержит больше солей, чем в пресноводном источнике, но меньше, чем в море. Чаще всего солоноватая вода встречается в так называемых эстуариях, или затопляемых устьях рек, где соленая морская вода смешивается с пресной, несомой рекой или ручьем…

Кишан негромко зарычал с заднего сиденья, и мистер Кадам прервал свою лекцию:

– Взгляните-ка, мисс Келси! Мы почти добрались до дна!

Он оказался прав, и всего несколько минут езды по нормальной, ровной, лишь отчасти ухабистой дороге сотворили чудо, и я возродилась к жизни. Еще через два часа мы въехали в Лхасу.

15

Инь и ян

Мистеру Кадаму не удалось добиться встречи с самим Далай-ламой, однако он договорился о свидании с его представителем в Тибете. При этом он постарался изложить причины нашего визита как можно более расплывчато, чтобы не посвящать посторонних людей в суть дела. Это, конечно, был не лучший вариант, но спасибо и на том. Встречу нам назначили на понедельник, так что у нас оказалось целых три дня на отдых.

Чтобы убить время, мистер Кадам возил нас на экскурсии. Мы осмотрели монастырь Ронгбук, дворец Потала, храм и монастырь Джоханг, монастыри Сера и Дрепунг и, разумеется, тратили деньги на рынке Баркор.

Мне очень нравилось осматривать удивительные достопримечательности в компании Кишана и мистера Кадама, но с каждым днем меня все сильнее терзали приступы тоски. Тупая боль одиночества становилась особенно невыносима по вечерам, и каждую ночь мне по-прежнему снился Рен. Я верила Дурге и знала, что она сдержит данное мне обещание позаботиться о нем, но разве это могло меня утешить? Мне хотелось самой быть с ним рядом.

В субботу мистер Кадам повез нас за город, чтобы опробовать наше новое оружие. Начал он с Кишана и его диска. Любопытно, но с золотым диском повторилась та же история, что и с гадой, – он оказался слишком тяжел для мистера Кадама, но в самый раз для нас с Кишаном.

Я не могла дождаться, когда мистер Кадам займется мной. Первым делом он показал мне, как натягивать тетиву.

– Запомните самое главное: то усилие, с которым вы натягиваете тетиву, определит силу вашего лука. Она называется силой натяжения и в целом зависит от мышечной силы лучника.

Он попытался натянуть тетиву моего лука – и не смог. Зато Кишан справился с этим играючи. Мистер Кадам с минуту растерянно смотрел на лук, а затем поручил меня заботам Кишана.

– А почему стрелы такие маленькие? – первым делом спросила я.

– Длина стрелы зависит от роста лучника, – охотно объяснил Кишан. – Все определяется длиной растяжки, у тебя она небольшая, а значит, эти стрелы идеально тебе подходят. Высота лука также зависит от роста лучника. Никому не хочется иметь дело с чересчур громоздким луком, верно?

Я согласно закивала.

Кишан показал и объяснил мне назначение прочих элементов лука и стрел – зарубок для тетивы, полочки, на которую укладывается стрела при заряжении и натяжении лука, и самой тетивы. Затем наступило время попробовать оружие в деле.

– Первым делом займи правильную позицию. Отведи ведущую стопу примерно на пять – десять дюймов назад, ноги на ширине плеч, – инструктировал Кишан.

Я в точности выполнила его указания. Несмотря на то что мне это оказалось сделать намного труднее, чем Кишану, я с успехом справилась с делом.

– Отлично. Помести стрелу в выемку на луке, пусть лежит у тебя на большом пальце, оперением назад. Теперь захвати тетиву тремя пальцами и зажми стрелу между указательным и средним пальцами. Очень хорошо, молодец. Крепко сожми руку, которой держишь лук, и посмотри на мишень. Оттягивай тетиву назад, пока не коснешься большим пальцем уха, а кончиками трех остальных – уголка рта. После этого выпускай стрелу.

Он несколько раз показал мне весь процесс стрельбы, выпустив две стрелы в росшее вдалеке дерево. Я старалась как можно точнее копировать все его движения. Но когда дело дошло до натягивания тетивы, у меня задрожали руки. Кишан встал у меня за спиной и помог мне довести дело до конца.

Убедившись, что я изготовилась к стрельбе, он сказал:

– Все, теперь ты готова. Прицелься и стреляй.

Я так и сделала. В тот же миг я почувствовала щелчок, и моя стрела с резким звуком сорвалась с тетивы.

И воткнулась в землю в футе от дерева.

– Замечательно, мисс Келси! – воскликнул мистер Кадам. – Для первой попытки просто великолепно!

Кишан заставил меня тренироваться до изнеможения, и вскоре я научилась попадать в ствол дерева, а не мимо, хотя и не в самый центр. Мистер Кадам был в восторге от моих успехов. Он полагал, что отчасти они объясняются моими неустанными тренировками с молниями. Мы очень быстро обнаружили, что стрелы в колчане не заканчиваются, хотя бесследно исчезают из мишени.