Озмалетное путешествие в Стране Оз - Томпсон Рут Пламли - Страница 5

— Как, у вас с собой никаких волшебных инструментов? — испугалась Дороти. «Озпрель» тем временем задрожал — это газ под давлением подавался в подъёмный шар.

— Кое-что всё-таки есть, — признался Волшебник, нажимая кнопки с надписями «вверх» и «юг». — Вот, Дороти, возьми телескоп-всезнайку, может, сумеешь разглядеть «Озтябрь», когда мы поднимемся.

Волшебник взялся за руль и с мрачным видом уселся в кресло пилота. Дороти только успела взять в руки телескоп, как «Озпрель» взлетел.

Подталкиваемый кверху подъёмной силой волшебного газа, красавец-корабль устремился к звёздам.

Глава четвёртая. Первый полёт "Озтября" 

Старт «Озтября» ничуть не был похож на плавный взлёт «Озпреля». Для начала фарфоровый кофейник, стоящий в открытом шкафчике, на который Джеллия смотрела с большим интересом, врезался ей в подбородок. В следующую минуту девочка покатилась по полу кабины, уворачиваясь от летящей на неё зеленной посуды.

— Ой! Посуда взбесилась! — воскликнула бедная Джеллия, не понимая, что случилось.

— Прекрати! — завопил Железный Дровосек, проделав сальто и приземлившись вниз головой, причём одна его нога застряла под багажной полкой. — Прекрати! Чьи это шуточки?

— Маринованные огурцы! — раздался слабый всхлип из переднего конца кабины. — Ох, эти огурцы! — И это, скорее всего, и был ответ на негодующий вопрос Ника. Даже стоя на голове и вздрагивая от ужасной тряски, Железный Дровосек рассмотрел высокую зелёную фигуру, распростёртую на панели управления. Зеленобородого Солдата, наклонившегося, чтобы рассмотреть панель, сотрясла мощная судорога из-за двадцати девяти маринованных огурцов, которые он съел у Волшебника. Навалившись на панель, он придавил сразу десять ярких кнопок. Послушный их последовательным указаниям, «Озтябрь» взлетел в воздух и теперь, свистя и вращаясь, как летящая к Марсу комета, мчался в небо.

Джеллия, напуганная и покрытая синяками, могла только ухватиться за одно из кресел. Солдат, несколько раз крепко приложившись головой к панели, затих.

Только Ник оставался более или менее спокоен, как, впрочем, и всегда. Хотя его тоже здорово стукнуло при взлёте, он всё-таки был железный и боли не чувствовал, да и головокружениям подвержен не был. И даже то, что он застрял вниз головой, не причиняло ему больших неудобств. Слегка оправившись от неожиданности, он заметил, что в их полете наблюдается некоторый порядок и ритм. Это было и неудивительно. Солдат, повалившись на панель, нажал такие кнопки: «газ», «вверх», «юг», «быстро», «вращение», «спираль», «зиг», заг», «медленно» и «по кругу». Поэтому «Озтябрь» сначала поднялся вертикально вверх, потом немного повращался и полетел по спирали. Зиги и заги были чуть менее ужасны, а на одном из медленных кругов Железный Дровосек умудрился высвободить ногу из-под полки для багажа и с грохотом растянулся во всю длину в проходе. Так он неподвижно лежал, пока машина не стала описывать следующий медленный круг. Тогда он, вскочив на ноги, бросился вперёд и оттащил Солдата от панели управления.

Едва он успел пихнуть лишившуюся сознания армию на третье кресло, а сам рухнуть на сиденье пилота, как «Озтябрь» снова пошёл по спирали, быстро вращаясь. Это слегка сбило Ника с толку. Когда они вошли в корабль, он бросил только небрежный взгляд на панель управления и, поскольку его больше всего интересовали металлические элементы конструкции, пошёл обстукивать и рассматривать стены, намереваясь изучить панель позже. Оттащив Солдата от панели, он, естественно, полагал, что теперь озмолёт замедлит полет или перейдёт на другой курс. Но ничего подобного не произошло. Все кнопки, на которые нажал Солдат, так и остались нажатыми.

Ник ухватился за штурвал и с облегчением увидел, что с его помощью может заставить корабль лететь ровнее и чуть помедленнее. Держась за руль одной рукой, он попробовал другой освободить кнопку «вращение» и «спираль». Но даже его сильные железные пальцы не смогли их пошевелить. Он лихорадочно забегал глазами по панели, ища кнопку с надписью «стоп» или «вниз». Кнопка «вниз» быстро нашлась, и Ник уже приготовился ее нажать, но вовремя опомнился. Он сообразил, что если они ринутся вниз на той же скорости, с какой сейчас поднимаются вверх, то корабль наверняка разобьётся. Нет, решил Ник, поспешно отдёргивая пальцы от кнопки, по ка он немного не разберётся в управлении, лучше уж оставаться в полете. Непосредственной опасности нет, а он тем временем попробует освоиться.

Решительно держа руль обеими руками, он оглянулся посмотреть, как там Джеллия.

Джеллия сидела в проходе и явно ещё не совсем пришла в себя. Но ей сразу стало легче, когда она увидела, что Ник держится за руль. Она подобралась к нему и крепко схватилась за подлокотник его кресла. Тут «Озтябрь» вошёл в очередной, уже, наверное, двадцатый цикл вращения и спирали, Джеллия слетела с кресла и невольно оперлась рукой о панель, чтобы не рухнуть на пол.

— Что ты наделала! — выдохнул Ник. «Озтябрь» зловеще накренился. — Что же теперь...

Он не договорил, вместо слов у него вырвался только хриплый крик. Корабль остановился так же внезапно, как и взлетел. В подъёмном шаре, к счастью, ещё оставался газ, и «Озтябрь» повис на огромной высоте, покачиваясь на лёгком ветерке, дующем между облаков.

— Слушай, как тебе это удалось? — Выпустив руль, Железный Дровосек схватил Джеллию за плечи.

— Что? — испуганно прошептала Джеллия. — Что я сделала?

— Как что? Ты спасла корабль! Ты его остановила. Смотри, все кнопки свободны, ни одна не нажата!

Осторожно убрав неподвижно стиснутые пальцы девочки с панели, Ник заметил расположенную слегка поодаль от кнопок длинную плоскую клавишу. Это ее нажала Джеллия, после чего все кнопки вернулись в первоначальное положение.

— Вот оно, значит, как! — воскликнул Ник, радостно потирая железный лоб. — Каждый раз, как нужно изменить курс, надо нажимать эту клавишу, а потом снова действовать кнопками.

— Но мы опускаемся! — простонала Джеллия. И сама опустилась в кресло сзади Ника, глядя на него отчаянно округлившимися глазами.

— Опускаемся, говоришь? Что же, сейчас мы это дело прекратим!

И Ник нажал зелёную кнопку, которая заставляла шар надуваться. Дело в том, что после нажатия клавиши, когда все кнопки вернулись в исходное положение, подача газа, естественно, прекратилась, и подъёмный шар потихоньку стал опадать. Но сейчас он снова раздулся до отказа, корабль перестал медленно опускаться и снова неподвижно повис между облаком и звездой.

— Вот так! — тихонько сказал Железный Дровосек, сосредоточенно и сурово разглядывая панель управления. — Теперь мы можем не торопясь и спокойно выбрать курс и лететь как следует.

— Ник, неужели мы начнём все это сначала? — Джеллия тихонько заплакала, вытирая глаза оборкой своего нарядного платьица. — Ой, Ник, я никогда не думала, что летать так страшно и опасно. Пожалуйста, давай все оставим как есть!

— Ни в коем случае! — решительно ответил Дровосек. — Мы не можем просто так висеть в небе, это слишком опасно. А вдруг на нас налетит метеорит? Доверься мне, дорогая Джеллия. Я ведь Восточный Император, не забывай! — Ник гулко ударил себя кулаком в железную грудь. — Уж коли я смог управлять мигунами все эти долгие годы, то с маленьким воздушным кораблём как-нибудь справлюсь.

Неизвестно, стало ли Джеллии легче на душе от этих доводов, но самого Ника они успокоили, и он принялся искать среди выстроившихся в несколько рядов кнопок такую, на которой было бы написано «медленно». Найдя и нажав её, он неторопливо начал выстраивать курс, сверяясь с картой. Какое-то время можно подниматься, решил он, потом лучше полететь немного горизонтально, осваиваясь с управлением. К этому времени взойдёт солнце, и тогда он медленно, зигами и загами, пойдёт на снижение, чтобы спокойно и безопасно приземлиться поблизости от Изумрудного города.