В мире фантастики и приключений. Выпуск 3 - Варшавский Илья Иосифович - Страница 121

– Не надо больше ходить к оккультистам, - сказал я Еве. - Они не внушают мне доверия. И этот таинственный субъект с треугольной физиономией тоже.

– Он не имеет никакого отношения к нашему делу. Сегодня он неотступно следовал за мной, когда я ходила по магазинам.

– Надо заявить в полицию.

– Ерунда. Он не похож на того убийцу. Спокойной ночи, Фил.

Ночь я провел плохо - часто просыпался, курил. Кто этот Треугольный? А если он действительно убийца-маньяк? У меня возникло смутное предчувствие: что-то случится, надвигается какая-то опасность.

Под утро приснился Треугольный - лицо его было вымазано сажей, он крепко обнимал и целовал Еву, она улыбалась. Я ударил его ножом в затылок, потом три раза выстрелил ему в ухо.

5. ЕВА, СЕКРЕТАРЬ ЛИТЕРАТУРНОГО АГЕНТА

Я знала: все это чепуха, суеверие. Смешно верить в такие вещи нормальному человеку. Человеку, знакомому с периодической таблицей элементов, законом Бойля - Мариотта, учением об условных рефлексах и достижениями новейшей химии.

Мой трезвый ум говорил: абсурд. Но мое неразумное начало нашептывало: а что, если?.. Было страшновато, и в то же время мучило любопытство. Никогда мне не приходилось иметь дело с потусторонним миром.

У входа в общество тайноведения меня встретил Тайрон. Я приложила мизинец левой руки к правой брови и высунула кончик языка - последнее добавила от себя. Тайрон подвел меня к двери, выкрашенной в черный цвет, и слегка толкнул в спину.

Сперва было как в кинотеатре - войдешь с улицы и ничего не видишь. Потом понемногу стала различать людей, сидевших на стульях и диванах. Тайрон сел рядом со мной у двери.

Из-за ширмы вышла густо напудренная, костлявая женщина в черном кружевном платье. Волоча ноги, она подошла к креслу и тяжело плюхнулась на сиденье. Появился ассистент с седыми усами, весь в черном, поставил стакан воды на столик. Тайрон провел рукой по моему локтю и прошептал:

– Это женщина - медиум. А сейчас будет говорить наш ученый магистр Хесус Рубироса.

Я открыла сумочку и, нащупав портативный магнитофончик, нажала кнопку, потом клавиш - включила на запись. Тайрон ничего не заметил.

Из-за ширмы заговорил тихий приятный голос с мексиканским акцентом:

– Сейчас через посредство нашей уважаемой гостьи из Нью-Орлеана, доктора эзотерических наук Лоретты Деграншан-Бхагаван-Дас, мы вступим в соприкосновение. с внечувственным планом бытия. Люди с непросвещенным сознанием, отрицая возможность подобных контактов, ссылаются на так называемые точные науки. Но эти так называемые точные науки сейчас переживают острейший кризис, ибо не могут справиться с нахлынувшими новыми загадками. Открываются все новые и новые микрополя, не выходящие за пределы атома, и новые элементарные частицы внутри атома. Квантовая теория и теория относительности уже трещат по швам. Надо как-то объяснить поведение множества короткоживущих изменчивых ядер, попытаться обобщить теорию полей. Ученые тычутся, как слепые щенки. И те из них, которые имеют мужество говорить правду, признают, что мы не сможем понять важнейших явлений в мире, пока не откажемся от представлений, ограниченных трехмерным пространством и временем. Мы похожи на детей, которые находятся на первом этаже дома, огороженного забором. Мы слышим звуки и голоса, доносящиеся извне, ощущаем запахи, видим верхушки каких-то растений, мелькание каких-то предметов, но ничего не можем понять, потому что окно, нерез которое мы познаем внешний мир, упирается в забор. Нам необходимо подняться на второй, затем на третий этаж и еще выше, чтобы все увидеть и понять. Лестница, которая ведет на верхние этажи,-это путь постижения герметической мудрости. И овладеть ею можно только через так называемую фазу вайрагья, когда благодаря взлету духа вверх человек вступает в соприкосновение с существами из потустороннего мира, которые начинают говорить его устами. Сейчас доктор эзотерики Лоретта Деграншан-Бхагаван-Дас погрузится в фазу вайрагья…

Голос замолк. Я выключила магнитофон, защелкнула сумочку и оттолкнула локтем Тайрона: он придвинулся ко мне слишком близко.

Женщина-медиум стала слегка покачиваться. Потом задышала глубоко-глубоко, двигая плечами. Но постепенно стала успокаиваться, сопение прекратилось, плечи опустились. Седоусый ассистент приподнял столик со стаканом воды и перенес его в угол комнаты. Потом подошел к медиуму.

Тайрон прикоснулся к моему колену, я вздрогнула и чуть не выронила сумку. Хорошо, что она не упала на пол. Вайрагья была бы прервана, и меня вышвырнули бы вон. Я успела заметить, что Тайрон смотрит на меня в упор - очевидно, не может совладать с неоккультной стороной своей натуры.

Женщина-медиум вздохнула, дернула головой и произнесла с немецким акцентом:

– Я Карл-Адольф Эйхман, оберштурмбаннфюрер, умерший в результате механической асфиксии в ночь на первое июня тысяча девятьсот шестьдесят второго года в израильской тюрьме Рамлех. Готов ответить на ваши вопросы…

Я шлепнула Тайрона по руке. Присутствующие зашептались. Дама, сидевшая на диване впереди нас, спросила:.

– Я хочу спросить вас, мистер Эйхман, как вас укра… схватили в Буэнос-Айресе? В газетах и по радио рассказывали по-разному, не знаешь, чему верить. Хотелось бы узнать правду непосредственно от вас.

Женщина-медиум энергично кивнула головой, шаркнула ногой и очень толково рассказала о том, как 11 мая 1960 года, в половине шестого вечера, на углу улицы Кориентес произошло это похищение, и о том, как спустя несколько дней похищенного усыпили, запихнули в длинную корзину для ананасов и, погрузив на самолет израильской авиационной компании "Эль-Ал", доставили в Израиль.

Я записала на магнитофон слова оберштурмбаннфюрера.

Другая дама, сидевшая в первом ряду, сказала:

– Может быть, вам не совсем приятно вспоминать об этом… хотя теперь вам уже все равно. Расскажите, как вас… то есть как произошла эта самая процедура…

Женщина-медиум вскинула голову:

– Как меня повесили?

– Да… хотелось бы узнать, простите.

Тайрон шепнул мне:

– Это супруга ректора университета. Любит общаться с духами.

Дух Эйхмана удовлетворил любопытство дамы. Ассистент подошел к женщине-медиуму со стаканом воды. Она сделала несколько глотков и спустя несколько минут, судя по сопению, снова погрузилась в транс. Как только сопение прекратилось, женщина-медиум медленно произнесла - на этот раз без всякого акцента и слегка в нос:

– Я Эрнест Хемингуэй, умерший от огнестрельной раны второго июля тысяча девятьсот шестьдесят первого года в Кэчаме, штат Айдахо. Можете задавать мне вопросы.

Сзади меня зашушукались:

– Киносценарист?

– Да, фильм "Убийцы". Помните, там охотятся за шведом, бывшим боксером…

– Дрянной фильм.

Толстая дама в очках, сидевшая рядом с супругой ректора, обратилась к Хемингуэю с вопросом:

– Скажите, это правда, что в романе "Прощай, оружие" вы вывели сестру милосердия, в которую были влюблены?

Ассистент покачал головой и наклонился к женщинемедиуму. Та вздрогнула и опустила плечи. Ассистент снова покачал головой и объявил:

– Соприкосновение кончилось, сожалею. Прошу дам и господ проследовать в библиотечную комнату. После краткого антракта там начнется сеанс автоматического писания.

Мы вышли вслед за всеми в коридор и сели на диван.

Тайрон сказал:

– В прошлый раз на Лоретту Деграншан сошел дух Гитлера и очень подробно рассказал о том, как он покончил с собой тридцатого апреля тысяча девятьсот сорок пятого года и как трупы его и жены были по приказу Мартина Бормана подожжены оберштурмбанифюрером Гюнше. После того как чета Гитлеров обуглилась, начальник личной охраны фюрера группенфюрер Рагшенхубер собрал пепел и кости в жестяную коробку от собачьих бисквитов "Уиналот-мил" и взорвал эту коробку связкой гранат в северном углу сада рейхсканцелярии. Но Ратшенхубер не заметил, как обронил зубной протез фюрера. На следующее утро часовой Хофбек нашел этот протез и передал Ратшенхуберу.