Статьи разных лет - Багатурия Георгий Александрович - Страница 74

А через несколько месяцев, в 1884 году Энгельс, как мы видели, разработал проблему любви в своей книге «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Так через сорок лет первые идеи Маркса, высказанные в его «Экономическо-философских рукописях 1844 года», получили свое завершающее развитие.

Ничто человеческое не было им чуждо в жизни, и ни одна проблема человеческой жизни не была обойдена в созданной ими теории. Вот почему тема «Маркс о любви» укладывается в проблематику теории научного коммунизма.

Маркс и Энгельс: характер творческого сотрудничества

[373]

Одной из главных особенностей современной науки является ее все усиливающийся коллективный характер. Основоположники научного коммунизма ясно осознавали эту тенденцию развития научного творчества и предвидели ее дальнейшее углубление и расширение. В совместно написанной ими работе «Немецкая идеология», этой подлинной энциклопедии раннего марксизма, они затронули и данный вопрос. Полемизируя с идеологом мелкобуржуазного индивидуализма и анархизма М. Штирнером, противопоставлявшим «единственные работы», которые может выполнять только данный индивид, «человеческим работам», которые под силу каждому человеку, К. Маркс и Ф. Энгельс писали: «Провозглашая единственность научного и художественного труда, Штирнер стоит здесь еще гораздо ниже уровня буржуазии. Уже сейчас признано необходимым организовать эту „единственную“ деятельность». И, приведя ряд примеров коллективного творчества в живописи, художественной литературе, астрономии и историографии, они продолжали: «Впрочем, ясно, что все эти организации, основанные на современном разделении труда, все еще приводят лишь к крайне ограниченным результатам, представляя собой шаг вперед лишь по сравнению с существовавшей до сих пор узкой обособленностью»[374]. Всей своей деятельностью Маркс и Энгельс дали многочисленные и весьма разнообразные образцы замечательного научного сотрудничества. Их совместный труд возник вместе с началом их поистине легендарной дружбы и продолжался на протяжении почти четырех десятилетий, принимая в разных условиях самые различные формы, но в конечном счете подчиняясь одной главной цели – борьбе за освобождение рабочего класса.

Начало их дружбы и совместной работы относится к концу августа – началу сентября 1844 года. Вспоминая об этом сорок лет спустя, Энгельс писал: «Когда я летом 1844 г. посетил Маркса в Париже, выяснилось наше полное согласие во всех теоретических областях, и с того времени началась наша совместная работа»[375]. «Полное согласие во всех теоретических областях» было основой их плодотворного сотрудничества. Однако не только характерное для них глубокое единство мировоззрения, единство взглядов, но и определенное различие этих людей было условием плодотворной совместной деятельности. Маркс и Энгельс взаимно дополняли друг друга, и это не следует упускать из виду. Об этом очень хорошо заметил в своих воспоминаниях Поль Лафарг: «Нельзя думать об Энгельсе, не вспоминая в то же время Маркса, и наоборот: жизни их настолько тесно переплелись, что составляли, так сказать, одну единую жизнь. И тем не менее каждый из них представлял собой ярко выраженную особую индивидуальность; они отличались друг от друга не только по внешнему облику, но и по характеру, по темпераменту, по манере мыслить и чувствовать»[376]. Да, они отличались друг от друга и «по манере мыслить». И это различие в конечном счете нашло свое внешнее выражение также в том разделении труда, которое сложилось между ними. Это разделение труда существовало в нескольких планах.

И Маркс и Энгельс были учеными энциклопедического типа. Созданное ими учение также имело синтетический характер: оно возникло на стыке нескольких научных направлений, впитало в себя высшие достижения философии, политической экономии, социалистической и коммунистической мысли, истории и естествознания. Однако не все составные части марксизма сложились одновременно. В разные периоды наиболее полно были разработаны различные его стороны, и в каждом конкретном случае различен был вклад каждого из двух его основоположников. Так, материалистическое понимание истории и теорию прибавочной стоимости Энгельс по справедливости считал двумя главными открытиями Маркса; не менее важной он считал также выработку диалектико-материалистического метода. Главным образом Марксу принадлежит заслуга создания в середине 40-х годов XIX в. целостной концепции материалистического понимания истории. Именно Маркс в конце 50-х – начале 60-х годов разработал теорию прибавочной стоимости и материалистическую диалектику как метод политической экономии. С другой стороны, именно Энгельсу принадлежит заслуга разработки диалектико-материалистического понимания природы. В наиболее полной мере это было сделано им в 70-х годах прошлого столетия. Именно Энгельс развил диалектико-материалистическое понимание военного дела и ряд других важнейших разделов марксистской теории. Различен вклад каждого из них и в создание и развитие теории научного коммунизма, хотя роль Маркса здесь и была преобладающей. Возьмем, например, тот раздел научного коммунизма, который можно было бы назвать теорией коммунистического общества. Если Маркс преимущественно разрабатывал экономические проблемы будущего общества, вопрос о фазах перехода к полному коммунизму, то Энгельс в большей мере исследовал такие проблемы, как преобразование сельского хозяйства, эволюция форм семьи, судьбы армии, диалектическое развитие будущего общества. Соответствующие различия можно выявить и в их исторических исследованиях.

Но поскольку все составные части марксистской теории образуют единое целое, поскольку разносторонность научной деятельности Маркса и Энгельса соответственно отражает не просто их многогранную личную одаренность, но и синтетический, интегральный характер созданной ими теории, постольку сложившееся между ними разделение труда выступает как форма проявления всестороннего научного содружества. Это разделение труда было связано и со специфической одаренностью и с различной естественно сложившейся специализацией того и другого. Энгельс, например, лучше знал естествознание – физику, химию, биологию и другие естественные науки. Об этом свидетельствует его «Диалектика природы». Маркс глубже изучал математику, что нашло отражение в его «Математических рукописях». Специально изучал он и некоторые прикладные технические науки (историю техники и технологию), агрохимию и т.д.

Маркс был прекрасным знатоком иностранных языков. Он любил повторять слова: «Иностранный язык – это оружие в жизненной борьбе», – и на протяжении всей своей жизни совершенствовал это оружие. Его основные произведения, и прежде всего «Капитал», написаны на родном ему немецком языке. Но когда ему понадобилось выступить против француза Прудона, он написал целую книгу – «Нищета философии» – на французском языке. В течение многих лет сотрудничая в прогрессивной американской газете «New-York Daily Tribune», Маркс писал свои статьи на безупречном английском языке. Он любил читать и перечитывать Эсхила – на древнегреческом, «Божественную комедию» Данте – на итальянском, «Дон Кихота» Сервантеса – на испанском. Когда ему было 50 лет, он начал изучать русский язык и через полгода мог читать уже не только экономическую, но и художественную литературу. Энгельс был феноменально одарен в филологическом отношении и знал почти все живые европейские языки, а также некоторые мертвые, да к тому же владел еще и диалектами. Недаром один из участников Парижской Коммуны как-то в шутку сказал, что «Энгельс заикается на двадцати языках» (в минуты волнения Энгельс начинал слегка заикаться). И действительно, он свободно владел почти двумя десятками языков. Эти свои познания Энгельс широко использовал и в совместной с Марксом научной работе и в их совместной политической деятельности, особенно в период I Интернационала.