Статьи разных лет - Багатурия Георгий Александрович - Страница 133

Человеческие качества Маркса ярко проявлялись в его отношениях к людям – к соратникам и друзьям, к родителям, к жене и детям. Они особенно глубоко и полно обнаружились в любви и дружбе.

Дружба и любовь были для Маркса священны. Широко известна та поистине легендарная дружба, которая на протяжении сорока лет связывала Маркса и Энгельса и о которой Ленин сказал, что она превосходит «все самые трогательные сказания древних о человеческой дружбе» (Полн. собр. соч., т. 2, с. 12). В основе этой дружбы лежало глубокое единство взглядов, эти два человека удивительно дополняли друг друга. Они вместе создавали и развивали новое мировоззрение, вместе вели революционную борьбу.

Высоким образцом любви были взаимоотношения Маркса и его жены Женни. Самое наглядное представление о ней дают и письма Маркса к Женни и воспоминания современников. «Всю свою жизнь, – писала об отце младшая дочь Маркса Элеонора, – Маркс не только любил, но был влюблен в свою жену» (Воспоминания о Марксе и Энгельсе, с. 263).

Яркое представление о Марксе как человеке дает его уже упомянутая «Исповедь».

Отвечая на вопросы своеобразной семейной анкеты, Маркс говорил, что в людях он больше всего ценит простоту.

На вопрос: «Ваше представление о счастье», – он отвечал: «Борьба». А на аналогичный вопрос о несчастье – «Подчинение».

Наиболее отвратительным недостатком считал угодничество.

Его любимое занятие – «рыться в книгах».

Любимые герои – Спартак, Кеплер (один – вождь восстания рабов, другой – великий ученый).

Любимый цвет – красный.

На вопрос: «Ваше любимое изречение», – он отвечал словами римского драматурга Теренция: «Ничто человеческое мне не чуждо» (см. Воспоминания о Марксе и Энгельсе, с. 274 – 275).

А дочь Маркса Элеонора говорила о нем словами Шекспира:

(см. там же, с. 262). И именно потому, что он был так человечен, он так много сделал для человечества.

В те далекие от нас дни, когда не стало Маркса, Энгельс писал: «Самый могучий ум нашей партии перестал мыслить, самое сильное сердце, которое я когда-либо знал, перестало биться». «Человечество стало ниже на одну голову и притом на самую значительную из всех, которыми оно в наше время обладало» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 35, с. 384, 386). Сегодня мы можем сказать, что благодаря деятельности Маркса, благодаря реализации его идей человечество стало намного выше, значительно приблизившись к достижению тех исторических целей, во имя которых жил, трудился и боролся Маркс.

Как отмечал В.И. Ленин, Маркс создал учение, которое «соединяет строгую и высшую научность… с революционностью, и соединяет не случайно, не потому только, что основатель доктрины лично соединял в себе качества ученого и революционера, а соединяет в самой теории внутренне и неразрывно» (Полн. собр. соч., т. 1, с. 341).

Всю свою сознательную жизнь Маркс посвятил борьбе за освобождение рабочего класса, идейной подготовке этого класса к выполнению его всемирно-исторической миссии. Он исходил из того, что «теория становится материальной силой, как только она овладевает массами» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 422).

Маркс внимательно следил за развитием революционного движения в России. Вместе с Энгельсом он предвидел создание Российской Коммуны (см. там же, т. 19, с. 252).

Вождь российского пролетариата В.И. Ленин стал самым выдающимся последователем и продолжателем дела К. Маркса и Ф. Энгельса. В его гениальных трудах получили дальнейшее развитие все стороны марксовой теории. Под руководством созданной и закаленной им марксистской партии в нашей стране в Октябре 1917 г. был свергнут эксплуататорский строй и развернулось социалистическое строительство.

Ныне советский народ во главе с Коммунистической партией, руководствуясь марксистско-ленинским учением, построил развитой, зрелый социализм и практически приступил к созданию коммунистического общества, в котором «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех» (там же, т. 4, с. 447). Плечом к плечу с нами идут теперь по пути социализма народы большой группы стран. Международное коммунистическое движение превратилось в самую влиятельную политическую силу современности.

Так теория, основы которой были заложены Марксом, овладела массами и стала материальной силой. Так она воплощается в действительность.

Целостность марксистской теории коммунистического преобразования общества

[633] 

В Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС проводится огромная работа по изучению и публикации теоретического наследия К. Маркса и Ф. Энгельса. Основные ее результаты воплощены в 50-томном издании Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса (1955 – 1981) – наиболее полной в настоящее время публикации произведений и писем основоположников марксизма. Усилия коллективов двух институтов – Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС и Института марксизма-ленинизма при ЦК СЕПГ – воплощаются в беспрецедентном по масштабам и богатству научно-справочного аппарата издании Полного собрания сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса на языках оригинала – Marx – Engels Gesamtausgabe (MEGA). В нем будет опубликовано все без исключения теоретическое наследие Маркса и Энгельса. На базе таких наиболее полных и подлинно научных изданий развертывается дальнейшее исследование теории и истории марксизма.

Важное значение в данной связи имеет подготовка большого Предметного указателя ко второму изданию Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса. В 1978 г. вышли две книги этого указателя к основной части Сочинений – к 39 томам. В настоящее время готовится третья книга – к 11 дополнительным томам.

Предметный указатель – итог многолетнего труда философов, экономистов, историков. В нем содержится гигантский запас информации, заложенный в теоретическом наследии основоположников научного коммунизма. О масштабах его можно судить по тому, что он имеет тысячи рубрик, десятки тысяч подрубрик и сотни тысяч отсылок к текстам Маркса и Энгельса.

Особый интерес представляет раздел о коммунистическом обществе – «Коммунизм (общественная формация), коммунистическое преобразование общества». Он насчитывает более 600 подразделений и содержит около 12 тыс. отсылок к двум тысячам страниц, на которых встречаются прямые или косвенные высказывания Маркса и Энгельса о коммунистическом преобразовании общества и о самом коммунистическом обществе. Он позволяет наглядно представить и глубже понять все богатство марксистских идей относительно будущего общества, образующих целостную теоретическую систему.

Известно, что в отличие от своих предшественников – социалистов-утопистов основоположники научного коммунизма принципиально выступали против чрезмерной конкретизации представлений о будущем. «Мы не можем решать уравнения, не заключающего в своих данных элементов своего решения»[634] – говорил Маркс. И Энгельс подчеркивал, что о периоде после пролетарской революции Маркс говорит в «Капитале» «лишь в самых общих чертах»[635]. Как отмечал В.И. Ленин, «у Маркса нет ни тени попыток сочинять утопии, по-пустому гадать насчет того, чего знать нельзя»[636]. Напротив, подчеркивал он, «вся гениальность Маркса состоит именно в том, что он дал ответы на вопросы, которые передовая мысль человечества уже поставила»[637].

Подобные факты свидетельствуют о подлинной научности марксистской теории будущего, коммунистического общества, научной строгости ее основоположников в отношении прогнозов, о невозможности чрезмерной конкретизации и детализации научных представлений о будущем. Впоследствии и Ленин не раз говорил о невозможности предвидеть конкретные формы, темпы, этапы, сроки предстоящего развития общества. Однако все это не исключает принципиальной возможности предвидеть будущее, и не только в самых общих чертах. Классики научного коммунизма никогда не отказывались от возможности познать будущее, и всякого рода «футурологический агностицизм» был им органически чужд. Ленин не раз обращал внимание на эту сторону научного коммунизма, высмеивал оппортунистическое нежелание задуматься над такими проблемами, которые можно предвидеть и которые поддаются теоретическому решению. Ленин, например, критиковал социал-демократических филистеров, которые пытались отделаться от подобных проблем «уклончиво софистическим: „там видно будет“ или спасались „под сень „бесспорной“ (и бесплодной) филистерской истины, что конкретных форм наперед знать мы не можем…“»[638].