Статьи разных лет - Багатурия Георгий Александрович - Страница 102

Переход Маркса и Энгельса к коммунизму относится к 1842 – 1843 гг. и в известном смысле завершается выходом в свет «Немецко-французского ежегодника» в феврале 1844 г. Сразу после этого весной-летом 1844 г. в «Экономическо-философских рукописях» Маркс предпринял первую серьезную попытку дать систематическое научное обоснование коммунистического мировоззрения. Центральной проблемой этой работы, по существу, является проблема частной собственности, которую Маркс рассматривает как проблему отчуждения труда.

С точки зрения основной проблемы «Экономическо-философских рукописей» Маркс рассматривает предстоящее преобразование общества как определенный процесс упразднения самоотчуждения человека, как процесс становления подлинно человеческого общества. Применяя материалистическую диалектику, в частности закон отрицания отрицания, к познанию будущего, он предвидит, что после упразднения частной собственности (которое, разумеется, тоже представляет собой определенный процесс преобразования и будет продолжаться определенный период времени) общество будет последовательно проходить в своем развитии две существенно различные стадии. Первую Маркс называет: «коммунизм как таковой», вторую: «коммунизм как завершенный гуманизм». Эта вторая ступень, по Марксу, есть высшая форма коммунизма, совпадающая с гуманизмом, – подлинно человеческое общество.

Вот наиболее важное место, в котором Маркс особенно ясно высказывает эту – на первый взгляд совершенно парадоксальную – мысль: «Коммунизм… является… для ближайшего этапа исторического развития необходимым моментом человеческой эмансипации… Коммунизм есть необходимая форма и энергический принцип ближайшего будущего. Но коммунизм как таковой не есть цель человеческого развития, не есть форма человеческого общества»[535].

Это место является предметом различных интерпретаций, многочисленных дискуссий, нашедших отражение и в литературе. Между тем оно, очевидно, имеет вполне рациональный – к тому же, довольно глубокий и вполне марксистский – смысл; хотя мысль Маркса и выражена в непривычной для нас форме.

То, что Маркс называет здесь «коммунизм как таковой», это – уничтожение частной собственности само по себе, замена ее общественной собственностью. Ведь в «Экономическо-философских рукописях» Маркс постоянно определяет коммунизм как «положительное упразднение частной собственности». Но этот великий исторический акт не является самоцелью. Целью подлинно человеческого развития общества Маркс считает не просто уничтожение частной собственности; это, скорее, не цель, а лишь средство. Формой подлинно человеческого общества он считает не просто общество, основанное на общей собственности; это, скорее, лишь предпосылка того, что в «Тезисах о Фейербахе» он определит как «человеческое общество или общественное (обобществившееся) человечество». Конечная цель коммунистического преобразования общества не уничтожение частной собственности само по себе, а всестороннее свободное развитие самого человека, каждого члена общества и всего общества в целом. Вот почему в высших формах своего развития коммунизм и гуманизм совпадают. Научный коммунизм и является высшей формой гуманизма.

В «Экономическо-философских рукописях» Маркс выявляет диалектический характер процесса упразднения частной собственности, развитие этого процесса в глубоком соответствии с диалектическим законом отрицания отрицания. Это позволяет ему гениально предвидеть различие между первоначальной и высшей формой будущего общества. Первоначальное отрицание частной собственности само в какой-то мере будет обременено недостатками прошлого и поэтому будет нуждаться в дальнейшем отрицании. Три десятилетия спустя, в «Критике Готской программы», недостатки, свойственные первой фазе коммунистического общества, Маркс проще и конкретнее определит как «родимые пятна старого общества». Прежде чем новое общество сможет «начать с самого себя» (так в «Экономическо-философских рукописях»), прежде чем оно станет развиваться «на своей собственной основе» (так в «Критике Готской программы»), оно вынуждено будет развиваться на основе, унаследованной от старого общества. И Маркс предвидит уже в 1844 г. всю сложность предстоящего процесса преобразования общества: «Для уничтожения идеи частной собственности вполне достаточно идеи коммунизма. Для уничтожения же частной собственности в реальной действительности требуется действительное коммунистическое действие. История принесет с собою это коммунистическое действие, и то движение, которое мы в мыслях уже познали как само себя снимающее, будет проделывать в действительности весьма трудный и длительный процесс»[536].

Так в «Экономическо-философских рукописях» Маркса намечается в зародыше различение двух основных фаз развития будущего, коммунистического общества.

Процесс становления материалистического понимания истории, начавшийся в 1843 г., вошел в 1845 г. в свою решающую фазу, когда стало возможно разработать это новое мировоззрение как целостную концепцию. В основе этого нового достижения лежало одно совершенно конкретное открытие Маркса – выяснение диалектики взаимодействия и развития производительных сил и производственных отношений. Следствием этого открытия 1845 г. явилось окончательное выяснение общей структуры человеческого общества (производительные силы – производственные отношения – политическая надстройка – формы общественного сознания) и общей закономерности его исторического развития (начало учения об общественных формациях), а также вывод о необходимости пролетарской, коммунистической революции как результате развития противоречий между производительными силами и производственными отношениями буржуазного общества. Тем самым было осуществлено исторически первое, философское, или социологическое, обоснование научного коммунизма. А целостность разработанного теперь диалектико-материалистического понимания истории явилась необходимой предпосылкой для разработки целостной марксистской концепции предстоящего, коммунистического преобразования общества. Эти важнейшие теоретические достижения нашли свое воплощение в совместном труде Маркса и Энгельса – рукописи «Немецкой идеологии» (1845 – 1846) и в их последующих произведениях.

Открытие диалектики производительных сил и производственных отношений подвело научный фундамент под марксистскую концепцию трех основных стадий коммунистического преобразования общества. Именно развитие производительных сил создает материальные предпосылки коммунистической революции, в ходе которой разрешается противоречие между развитием крупного машинного производства и частной собственностью. С уничтожением частной собственности развитие производительных сил получает неограниченный простор и создает материальные предпосылки для перехода к высшей форме коммунизма.

Теоретические достижения «Немецкой идеологии» легли в основу программы Союза коммунистов – первой международной пролетарской организации, основанной на принципах научного коммунизма. Становление марксистской программы Союза коммунистов прошло три основных этапа: 1) в начале июня 1847 г. Энгельс составляет первоначальный «Проект Коммунистического символа веры», 2) в конце октября он перерабатывает его в «Принципы коммунизма», 3) в декабре 1847 – январе 1848 г. на этой основе Маркс и Энгельс создают «Манифест Коммунистической партии».

В «Принципах коммунизма» снова, но уже в ином плане намечается различение двух фаз развития будущего, коммунистического общества. Намек на эти последние можно обнаружить в ответе на 24-й вопрос: «Чем отличаются коммунисты от социалистов?» Характеризуя различные направления донаучного социализма, Энгельс, в частности, пишет, что, идя по пути с коммунистами, демократические социалисты «хотят осуществления части мероприятий, указанных в [18] вопросе, но не в качестве переходных мер, ведущих к коммунизму, а в качестве мероприятий, достаточных для уничтожения нищеты и устранения бедствий нынешнего общества». Мероприятия, указанные в ответе на 18 вопрос, Энгельс характеризует как «переходные меры, ведущие к коммунизму» и вместе с тем – как «социалистические мероприятия»[537]. Отсюда следует, что в зародыше здесь уже намечается важное различение: Энгельс начинает различать социализм и коммунизм как две последовательные ступени развития, как две стадии коммунистического преобразования общества. Правда, в некоторых случаях понятия социализма и коммунизма у Маркса и Энгельса бывали практически равнозначны. Но этого нет в данном случае, где как раз дается ответ на вопрос, чем отличаются коммунисты от социалистов. А поскольку цель одних – коммунизм, а других – социализм, то такой вопрос эквивалентен другому: чем отличается коммунизм от социализма. И Энгельс показывает, что в теоретическом отношении социалисты менее последовательны, не доводят до логического конца критику частной собственности, а в практическом отношении они хотят осуществить лишь часть тех преобразований, которые ведут к полному уничтожению частной собственности, то есть готовы пройти лишь полпути к коммунизму. Но и коммунистам необходимо сначала пройти эту часть пути к их конечной цели. Таким образом, социализм представляет собой определенную стадию на пути к собственно коммунистическому обществу.