Статьи разных лет - Багатурия Георгий Александрович - Страница 100

На первый взгляд указанные четыре пункта антикритики представляют собой лишь опровержение наиболее распространенных обвинений в адрес коммунистов. Однако при ближайшем рассмотрении удается обнаружить, что выделение именно таких вопросов и в такой именно последовательности не только не случайно, но обусловлено определенной внутренней логикой. Первые три пункта соответствуют трем типам общественных отношений: производственные (собственность), семейные, национальные; они мыслятся как отношения трех различных уровней или масштабов: в масштабе общества, семьи и между странами. Четвертый пункт закономерно следует за ними, поскольку формы общественного сознания являются производными от общественного бытия, поскольку общественные отношения определяют идеологическую надстройку.

Правильность такой интерпретации подтверждается следующим сопоставлением. В одном месте I главы Манифеста в ином контексте перечисляются те же элементы и в той же последовательности: «Жизненные условия старого общества уже уничтожены в жизненных условиях пролетариата. У пролетария нет собственности; его отношение к жене и детям не имеет более ничего общего с буржуазными семейными отношениями; современный промышленный труд, современное иго капитала, одинаковое как в Англии, так и во Франции, как в Америке, так и в Германии, стерли с него всякий национальный характер. Законы, мораль, религия – все это для него не более как буржуазные предрассудки, за которыми скрываются буржуазные интересы»[518].

Это сопоставление показывает, что такая последовательность (собственность – семья – нация – сознание) явно осознавалась авторами Манифеста. И действительно, она соответствует их общей материалистической концепции, согласно которой структура общества складывается из ряда звеньев: производительные силы – производственные и другие общественные отношения – политическая надстройка – формы общественного сознания.

В этой связи следует обратить внимание на то, что именно в Манифесте впервые прямо проведено различение между «производственными отношениями» и «всей совокупностью общественных отношений»[519], тогда как в других работах того же периода производственные отношения и общественные отношения часто в определенном смысле как бы отождествлялись[520].

Любопытно, что в черновом варианте II главы, от которого сохранилась одна страница, в конце фрагмента о собственности Маркс, обращаясь к буржуазным противникам коммунизма, писал: «…вы отрицаете самые очевидные факты, вы вынуждены их отрицать. Вы являетесь обращенными вспять утопистами»[521]. Опровергая обвинения противников, авторы Манифеста так или иначе характеризуют соответствующие стороны будущего, коммунистического общества. Затем они как бы возвращаются к тому моменту, к которому подвело читателя изложение в конце I главы, и теперь, в заключение II главы, рассматривают три вопроса: пролетарская революция, переходные мероприятия, общая характеристика коммунистического общества.

Очень четко сформулированы здесь две общие задачи диктатуры пролетариата: 1) последовательно отобрать у буржуазии все средства производства и сосредоточить их в руках пролетарского государства, т.е. превратить частную собственность на средства производства в общественную (в данный период – государственную) собственность и 2) «возможно более быстро увеличить сумму производительных сил», т.е. максимально быстро увеличить производство.

Программа конкретных переходных мероприятий хотя и представляет собой переработку аналогичной программы, намеченной Энгельсом в «Принципах», но содержит некоторые новые моменты и отличается большей логической последовательностью. В целом здесь можно установить соответствие между первой общей задачей диктатуры пролетариата и первыми шестью пунктами этой программы, между второй общей задачей и остальными четырьмя пунктами. Обе части сводятся в конечном счете к разрушительной и созидательной задачам преобразования общества.

Суммарная характеристика коммунистического общества в конце II главы весьма кратка (буквально два абзаца). Она сводится к трем моментам: «исчезнут классовые различия», «публичная власть потеряет свой политический характер», будет обеспечено «свободное развитие каждого». Однако, по существу, прямо или косвенно, в той или иной степени в Манифесте охарактеризованы все основные стороны будущего общества: и его производительные силы (I глава), и его общественные отношения и сознание (полемическая часть II главы), и – теперь в конце II главы – его бесклассовая структура, отмирание политической надстройки, положение человека.

Теоретическая часть Манифеста завершается классическим определением сущности будущего, коммунистического общества: «На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех»[522]. В этой итоговой формуле Манифеста запечатлена конечная цель коммунистического преобразования общества: свободное развитие каждого человека и всего общества в целом. Таков высший гуманистический принцип коммунизма. Такова его высшая цель.

Становление марксистского учения о фазах развития коммунистического общества

(К 100-летию «Критики Готской программы» К. Маркса)

[523] 

Сто лет назад, в начале мая 1875 г., Карл Маркс написал одно из самых выдающихся теоретических произведений научного коммунизма – «Замечания к программе германской рабочей партии». Этот исторический документ получил широкую известность под названием «Критика Готской программы».

Наибольший интерес в этом произведении Маркса представляет классическая разработка учения о двух фазах развития коммунистического общества. Энгельс говорил, что вопрос о переходных этапах к коммунистическому обществу – самый трудный из всех, какие существуют[524]. В нашу эпоху практического перехода целого ряда стран к социализму и нашей страны к коммунизму вопрос о ступенях становления и развития нового общества приобретает не только огромное теоретическое, но и непосредственно практическое значение. Эта сложнейшая и актуальнейшая проблема становится предметом размышлений, исследований, многочисленных дискуссий. Тем важнее вновь обратиться к богатейшему теоретическому наследию основоположников научного коммунизма и, в частности, проследить процесс становления марксистской концепции основных этапов коммунистического преобразования общества – концепции, разработка которой была доведена Марксом до наибольшей ясности и целостности в «Критике Готской программы».

Как показывают новейшие исследования и публикации по истории марксизма, эта фундаментальная теоретическая концепция, развитая в «Критике Готской программы», имела долгую, более чем 30-летнюю предысторию и получила дальнейшее развитие в трудах В.И. Ленина, в документах КПСС, материалах братских коммунистических и рабочих партий.

«Вся теория Маркса, – подчеркивал В.И. Ленин, – есть применение теории развития – в ее наиболее последовательной, полной, продуманной и богатой содержанием форме – к современному капитализму. Естественно, что для Маркса встал вопрос о применении этой теории и к предстоящему краху капитализма и к будущему развитию будущего коммунизма»[525]. В отличие от большинства своих предшественников основоположники научного коммунизма всегда считали, что переход от капитализма к коммунизму не может быть осуществлен сразу и в любое время, что это закономерно подготовляемый и закономерно развивающийся процесс, который будет проходить в своем развитии ряд стадий.