Энгельс – теоретик - Багатурия Георгий Александрович - Страница 86

Большой интерес представляют собой не только мысли Энгельса, относящиеся к историческому источниковедению, но и пример его собственного исследования источников. Он был одним из тех историков, которые глубоко понимали значение их комплексного изучения. «Если бы были изданы все памятники писаного права Ирландии, – писал он, например, относительно важности дополнять сведения летописей данными правовых и других письменных источников, – то эти анналы приобрели бы совершенно иное значение; многие сухие заметки предстали бы в новом свете, благодаря разъясняющим местам из сборников законов»[619]. Блестящим критиком источников проявил себя Энгельс в своих работах по истории первоначального христианства. Он сумел выделить в книгах Нового завета наиболее архаические элементы («Откровение Иоанна») и на этой основе воссоздать черты ранних христианских верований, показав их отличие от последующей христианской догматики[620]. При изучении источников по истории Ирландии ему нередко приходилось идти и другим исследовательским путем, а именно выявлять в источниках более позднего времени (например, в сочинениях английских авторов XVI и XVII веков об Ирландии) отражение более древних общественных институтов, уцелевших обычаев, характерных для более ранних периодов.

Как историку исключительно крупного масштаба Энгельсу было свойственно стремление к широким социологическим обобщениям. Но в то же время он никогда не пренебрегал и предварительной, порой весьма кропотливой, работой по собиранию конкретных исторических материалов, установлению фактов и деталей исторического процесса. Об этом весьма наглядно свидетельствуют составленные им подробные хронологические таблицы («Хронология Ирландии», «Хронология чартистского движения», подготовительные материалы к брошюре «Роль насилия в истории»[621]). Внимание к конкретному факту, стремление сочетать обобщающие характеристики с освещением отдельных сторон исторического процесса, особенно типичных, дать картину исторической обстановки и портреты участников событий пронизывают произведения Энгельса на самые разные исторические темы.

К историческим работам Энгельс предъявлял весьма высокие требования. По его убеждению, уровень исторического исследования определяется и глубиной объяснения социологических процессов, определяющейся в конечном счете методологическими, классовыми позициями историка, и бережным отношением к исторической правде, точностью в передаче исторических фактов, в трактовке содержания исторических документов. Нетерпимо относился Энгельс не только к сознательному искажению истории, но и ко всякому проявлению небрежности и недобросовестности в обращении с историческими фактами и источниками. Строгое соблюдение всех правил научной обработки материала, безукоризненное использование документов и цитирование их, не допускающее даже малейшего извращения их смысла, точный перевод иноязычных текстов – к этому, считал Энгельс, должен стремиться каждый уважающий свою науку историк. У Энгельса было весьма взыскательное отношение к тому, что входит в понятие культуры исторического труда. «Мне было бы очень неприятно, – писал он, например, Марксу 11 мая 1870 г., во время своей работы над книгой об Ирландии, – если бы оказалось, что я неправильно процитировал какое-нибудь кельтское слово, например, в родительном или именительном падеже множественного числа – вместо именительного единственного числа»[622].

Весьма важное значение придавал Энгельс литературному оформлению результатов исследовательской работы. Его собственные исторические произведения отличаются выдающимися литературными достоинствами. Их отличительная черта – необыкновенная ясность изложения самых сложных и запутанных проблем, изящество и легкость стиля, использование остроумных и метких литературных сравнений и исторических аналогий. С большим совершенством владел Энгельс умением передать колорит эпохи, воспроизвести яркие выдержки из источников, выделить и красочно описать характерный исторический эпизод. Нередко работы Энгельса содержат и значительные элементы дискуссии с представителями буржуазной историографии, отражающими его мастерство как полемиста. Немногими словами, иногда одним-двумя критическими замечаниями, Энгельс умел убедительно показать несостоятельность концепций буржуазных историков, тенденциозность их взглядов.

Как глубокое содержание, так и блестящее литературное оформление исторических трудов Энгельса позволили им сохранить всю свою свежесть и притягательную силу.

Из приведенного очерка видно, какие широкие масштабы имела деятельность Энгельса в области разработки марксистской исторической науки. Его исследования охватывали и общий ход исторического процесса, и различные его ступени, а также стороны – экономическое и политическое развитие, международные отношения и войны, рабочее движение и социалистическую мысль, науку и культуру, – и историю отдельных стран, и саму методологию исторического анализа, в том числе и проблемы критики исторических источников. Даже рассматривая отдельные исторические проблемы, например, отдельные периоды в истории разных стран – Германии, Англии, Франции, России, Ирландии и т.д., – Энгельс подходил к ним всесторонне, его интересовали не только экономические и социальные процессы, но и другие сферы жизни народа, включая сюда его духовную жизнь. Такое многообразие исторических интересов у Энгельса отнюдь не было выражением разбросанности или поверхностности, как это подчас бывало у буржуазных историков, занимавшихся сразу многими сюжетами. Наоборот, универсальность подхода к истории, энциклопедический характер знаний позволяли Энгельсу чрезвычайно глубоко разбираться в любых исторических явлениях, безупречно пользоваться для раскрытия их особенностей исторической аналогией, методом сопоставления истории различных народов и различных эпох.

В своих трудах Энгельс предстает перед нами как великий историк, обладавший необычайной исторической эрудицией и выдающимися исследовательскими дарованиями, способный разобраться в существе самых сложных и запутанных исторических процессов. Оставленное им наследство в области исторической науки отличается исключительным богатством мыслей, наблюдений, выводов. Оно еще нуждается в специальном детальном изучении.

Здесь были охарактеризованы далеко не все аспекты вклада Энгельса в историческую науку, да и в ряде случаев не представлялось возможным выйти за рамки лишь суммарных характеристик. Некоторые важные стороны этого вклада были освещены в других главах книги. В I главе, в частности, говорится об Энгельсе как историке естествознания и философии. Еще в 1844 г. в «Набросках к критике политической экономии», охарактеризованных во II главе, Энгельсом были высказаны важные мысли, раскрывающие существенные черты развития буржуазной экономической мысли. Эти страницы книги, наряду с тем, что было сказано в настоящей главе о взглядах Энгельса на эволюцию буржуазной историографии, должны дать некоторое представление о роли Энгельса в разработке истории естественных и общественных наук. Не рассматривались здесь и многочисленные высказывания Энгельса о различных писателях и литературных направлениях, а также его специальные литературно-критические работы. На эту тему написаны солидные исследования, к которым можно в данном случае отослать читателя[623]. Лишь бегло и в связи с другими проблемами были затронуты в главе работы Энгельса по истории религии, а между тем, придавая большое значение изучению в историческом развитии различных форм общественного сознания, в том числе и религиозной формы, Энгельс заложил подлинный фундамент материалистического изучения истории религии, особенно христианства. Имеются у него и важные высказывания по поводу развития атеистического мировоззрения.