Энгельс – теоретик - Багатурия Георгий Александрович - Страница 71

На стадии разложения феодализма преобладающей формой государства сделалась абсолютная монархия. Энгельс показал исторические причины, которые вызвали возникновение и развитие абсолютизма: углубление классовых конфликтов в условиях распада феодальной системы, всеобщее социальное брожение вследствие ломки феодальных отношений и зарождения буржуазных, разложение старых сословий, рост плебейских и деклассированных элементов, усиление сопротивления крестьянства в ответ на попытки феодалов поправить свои дела за счет сельского населения. Широкий простор в этой обстановке получили децентрализаторские, сепаратистские тенденции, в том числе и среди городов, хотя города в целом поддерживали централизаторскую политику королевской власти. Это также вызвало потребность в сильной монархической власти, в абсолютной монархии «как в силе, скрепляющей национальности»[507].

На определенной стадии развития и в определенных условиях абсолютная монархия, отмечал Энгельс, играла прогрессивную роль. Она способствовала завершению процесса национальной консолидации и концентрации, начавшегося в ряде стран еще в предыдущий период, осуществляла во внешней и внутренней политике меры, до известной степени отвечавшие потребностям формировавшейся буржуазии (пресечение внутренних феодальных смут, мешавших торговле, поощрение развития мануфактуры, протекционизм и т.д.). Однако Энгельс постоянно указывал на то, что феодальная природа государства в период абсолютизма не изменилась. Устои феодального общества – феодальное землевладение, сословные привилегии – не были ни в малейшей степени поколеблены. Энгельс считал поэтому, что абсолютистское государство следует «обозначать скорее как сословную монархию (все еще феодальную, но разлагающуюся феодальную и в зародыше буржуазную)»[508]. Прогрессивность абсолютизма, подчеркивал он, была весьма относительна и исторически оказалась исчерпанной довольно быстро с развитием капиталистического способа производства. Абсолютная монархия, как и вся феодальная система в целом, стала величайшей преградой на пути утверждения этого способа производства и была сметена буржуазными революциями[509].

Обращал внимание Энгельс и на другие формы феодального государства: городскую республику разного типа (во главе с узкоолигархическим патрицианским управлением или во главе с представителями торгово-ремесленной цеховой верхушки), дворянскую республику с избираемым королем (средневековая Польша). Он считал, что феодальная государственность отличалась значительным многообразием в зависимости от условий места и времени. Типичным, однако, было преобладание монархического начала.

С образованием централизованной монархии был тесно связан процесс складывания наций. Энгельс внес существенный вклад в разработку марксистской теории происхождения наций. Основную предпосылку национальной консолидации и последующего национального развития он видел прежде всего в росте и укреплении экономических связей, в зарождении и подъеме буржуазии – главной распространительницы этих связей. Этот процесс лежал в основе политического объединения. «С конца средних веков, – писал Энгельс в работе „Роль насилия в истории“, – история ведет к образованию в Европе крупных национальных государств. Только такие государства и представляют нормальную политическую организацию господствующей европейской буржуазии и являются вместе с тем необходимой предпосылкой для установления гармонического интернационального сотрудничества народов, без которого невозможно господство пролетариата»[510]. Хотя решающее значение в процессе формирования наций имел генезис капиталистических отношений, самый процесс этот, как показал Энгельс, начался задолго до капиталистической эры на основе происходившего еще в недрах феодального общества развития производства, экономических связей, торгового обмена, складывания территориальной, культурной и языковой общности[511]. Важнейшую роль в образовании наций играли народные массы. Их трудом были созданы экономические предпосылки национального развития; народные обычаи, язык, нравы служили главным источником становления национального языка и культуры[512].

Процесс возникновения наций и особенно национальных государств мог, по мнению Энгельса, ускоряться или замедляться действием ряда исторических факторов надстроечного порядка. Преграды для централизации, писал Энгельс в «Заметках о Германии», нередко преодолевались неэкономическим путем, политическими средствами даже в тех случаях, когда экономические условия для этого еще недостаточно созрели. «Во Франции и Испании, – писал Энгельс об образовании в XV веке в этих странах „национально оформленных государств“, – тоже существовала экономическая раздробленность, но там она была преодолена с помощью насилия»[513]. В большой мере национальной консолидации способствовала, подчеркивал Энгельс, необходимость отпора иноземным захватчикам. Одной из главных причин сохранения феодальной раздробленности Германии, по мнению Энгельса, было то обстоятельство, что в период, когда в Европе повсеместно происходило образование национальных государств, эта страна была избавлена от иноземных вторжений и в ней «не ощущалось вследствие этого такой сильной потребности в национальном единстве, как во Франции (Столетняя война), в Испании, которая только что была отвоевана у мавров, в России, недавно изгнавшей татар…»[514]. Главной силой, дававшей отпор захватчикам, были народные массы. И в этом смысле им принадлежала решающая роль в форсировании процесса национального объединения.

Среди разрабатывавшихся Энгельсом проблем средневековой истории заметное место занимает проблема феодальной колонизации. Средневековье изобиловало примерами колонизационных движений, завоевательных войн, основания феодальных колоний на захваченной территории. Достаточно вспомнить набеги норманнов, крестовые походы и основание крестоносцами феодальных княжеств на Ближнем Востоке, «Drang nach Osten» («Натиск на Восток») немецких рыцарей, завоевание ими земель полабских славян и Прибалтики, колониальную политику итальянских городских республик – Венеции и Генуи. Энгельс уделял внимание многим из этих исторических событий. Но особенно детально исследовал он указанную проблему на примере завоевания Ирландии англо-нормандскими феодалами и истории английской средневековой колонии в этой стране (так называемого Пейла), просуществовавшей с 70-х годов XII века до 30-х годов XVI века и сыгравшей роль форпоста в дальнейшем колониальном подчинении всего «Зеленого острова» Англией.

Результаты этого исследования, имеющие большое значение для понимания важных сторон истории феодализма, запечатлены в составленной Энгельсом «Хронологии Ирландии», а также в его замечаниях к выпискам из различных источников и исторических работ, в частности, из сочинений участника завоевательных походов XII века Гиральда Камбрийского, английских авторов XVI и начала XVII века В. Кэмдена, Эд. Спенсера, Дж. Дэвиса и др., английских и ирландских историков Дж. Гордона, Т. Мура, Н. Мэрфи, Г. Смита, Дж. Прендергаста[515]. Анализируя историю вторжения англо-нормандских баронов и их многолетней борьбы с населением независимой части Ирландии, а также восстаний коренных ирландцев в самой английской колонии, Энгельс выяснил некоторые общие черты феодальной экспансии. Ее основной причиной была жажда захвата новых земель и ограбление коренных жителей, методы носили, как правило, кровавый и расистский характер (истребительные войны, закрепощение местного населения, грубые меры расовой дискриминации по отношению к покоренным, третирование обычаев «туземцев», запрещение браков с ними и т.д.).