Партитура Второй мировой. Кто и когда начал войну - Нарочницкая Наталия Алексеевна - Страница 95

С(идс) возражал, указывая на праздность наших вопросов, ибо английское правительство заявило уже в парламенте, что оно придет на помощь Румынии всеми средствами, имеющимися в его распоряжении. Поскольку мы уже заявили Галифаксу о готовности помогать Румынии, С(идс) не понимает, почему мы не можем сделать об этом публичную декларацию, которая оказала бы соответственное впечатление на Германию и успокоила бы общественное мнение. Дело срочное и не терпит отлагательств.

Я указал, что заявление английского правительства в парламенте носило общий характер и не дает представления о тех мерах, которые Англия сочтет возможным применить к Германии. Если Греции может быть оказана помощь британским флотом, то этого нельзя сказать про Румынию, которая не может подвергнуться нападению со стороны моря. Вряд ли Англия сможет послать контингенты войск в Румынию. Конечно, Англия может объявить войну Германии, в случае ее нападения на Румынию, порвать с нею всякие отношения, объявить блокаду. Имеется ли это в виду английским заявлением? Что сделает Франция? Что сделает Польша? Какая помощь ожидается от нас, особенно, ввиду сделанных нам сообщений о нежелании Румынии иметь нашу помощь? Мы, правда, сказали в принципе, что не отвергаем помощи Румынии, но прежде чем принять на себя формальные обязательства и заявить об этом публично, мы хотели бы знать, о чем идет речь. Мы не знаем также, что происходит между Германией и Румынией, между Германией и Польшей, зачем Гафенку едет в Берлин, не поступит ли он гам подобно Гахе и Урбшису, капитулировав и оставив всех гарантов в дураках. Англия, может быть, об этом что-нибудь знает, а мы ничего не знаем об этом. Может быть, т. Майский, который ожидается на днях в Москве, кое-что сообщит нам на основании своих разговоров с английскими министрами. Наконец, мы не обязаны принять английское предложение в том виде, как оно сделано, и мы можем выдвинуть свои контрпредложения. Во всяком случае, мы хотели бы раньше всего знать все элементы создавшегося положения.

С(идс) продолжал настаивать на том, что заявление британского правительства включает всякую помощь, а что касается нашей помощи, то мы сами должны определить ее и что, во всяком случае, об этом могут быть разговоры между военными впоследствии. Он опасается, что мы продолжаем питать недоверие к английской политике, несмотря на то, что она в корне изменилась и что о капитулянтстве не может быть и речи. С(идс) также боится, что наш сегодняшний ответ вызовет сомнения в нашей готовности прийти на помощь жертвам агрессии и даже предположении о нашем капитулянтстве.

С(идс) ясно выражал свое недовольство по поводу нашего ответа, но на прощание сказал, что для него, однако, важно то, что мы уже обещали Англии помогать Румынии.

Литвинов[490]

13

Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР В. П. Потемкина с временным поверенным в делах Франции в СССР Ж. Пайяром

16 апреля 1939 г.

Пайяр сообщил мне следующее:

1. Вчера английский посол в Москве Сидс, явившись к народному комиссару иностранных дел Литвинову, поставил по поручению своего правительства вопрос, не пожелает ли правительство СССР выступить с публичным заявлением о своей готовности оказать помощь любому из своих европейских соседей, который, подвергшись агрессии, окажет ей сопротивление и признает помощь СССР для себя желательной. Французское правительство было своевременно информировано о демарше английского посла. Оно поручило Пайяру заявить НКИД, что, со своей стороны, присоединится к вчерашней акции английского правительства. При этом Пайяру предложено было пояснить, что поддержка французским правительством английского демарша не должна быть истолкована, как снятие с очереди тех предложений, которые уже переданы Сурицем в Москву от имени Боннэ. Указанные предложения продолжают живейшим образом интересовать французское правительство и сохраняют свою силу.

2. 13 апреля, по поручению своего министерства, французский военный атташе Палас явился в Наркомат обороны и просил приема у маршала т. Ворошилова, чтобы поставить перед ним некоторые конкретные вопросы, относящиеся к возможностям сотрудничества французского и советского генштабов в случае военного конфликта с Германией. Тов. Осетров, принявший Паласа, заявил ему, что, во-первых, маршал Ворошилов отсутствует, и что, во-вторых, вопросы, с которыми Палас явился, подлежат обсуждению в порядке дипломатическом.

Палас ознакомил Пайяра с вопросами, которые должен был поставить перед т. Ворошиловым. Первый из них сводится к тому, какую помощь СССР мог бы оказать Франции, если бы последняя из-за Польши вынуждена была воевать с Германией. Второй вопрос имеет более конкретный характер. Паласу поручено выяснить, не может ли СССР снабдить французскую армию известным количеством противовоздушных орудий и прожекторов. Пайяр не ставит этих вопросов перед НКИД в дипломатическом порядке. Он лишь информирует нас о том, что было поручено Паласу, и чего последний до сих пор не мог выполнить вследствие невозможности получить прием у т. Ворошилова.

3. Пайяр зачитал мне полученную им сегодня телеграмму Боннэ, в которой сообщается о том, что английский посол в Париже Фиппс уведомил Боннэ об официальном согласии советского правительства оказать помощь Румынии в случае нападения на нее Германии. Боннэ добавляет, что об этом сообщении Фиппса он информировал вчера т. Сурица.

Пайяр осведомился у меня — соответствует ли действительности сообщение Фиппса.

Я дал Пайяру отрицательный ответ.[491]

14

Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР М. М. Литвинова с послом Великобритании в СССР У. Сидсом

17 апреля 1939 г.

Сидс пришел ко мне в 22 часа и не скрывал своего недовольства, что я вызвал его из театра и не дал ему досмотреть пьесу. Он поэтому вначале сухо отнесся к моему предложению, но по мере слушания он заметно оживлялся и к концу сказал, что находит предложение очень интересным и немедленно передаст его в Лондон. По поводу французского предложения С(идс) сказал, что, как Пайяр ему сообщил, французы поддержали английское предложение. Я уточнил, что тот же Пайяр нам заявил, в связи с английским предложением, что его правительство, однако, не снимает своего собственного предложения. По поводу отдельных пунктов нашего предложения я, в ответ на вопросы С(идса), дал ему следующие разъяснения:

1. Пункт 2. Боннэ сам предлагал нам обязательство о взаимной помощи. В английском же предложении говорилось о гарантиях для всех наших западных соседей. Кроме того, мы при этом учитывали заявление, сделанное в парламенте сэром Джоном Саймоном, в ответ на вопрос члена палаты, что английское правительство не отвергало бы предложения о военном союзе с СССР?

Пункт 3. Опыт показал, что пакты о взаимной помощи, не подкрепленные соответственными уточнениями военных обязательств, дают часто отказы. Отсутствие таких уточнений в пактах между СССР, Францией и Чехословакией несомненно сыграло отрицательную роль в судьбе Чехословакии.

Пункт 4. Заявление Чемберлена в парламенте о помощи Польше несомненно было вызвано надвинувшейся на Польшу угрозой со стороны Германии. Заявление же, однако, было сделано об агрессии вообще и поляки могли это понять, как обещание помощи и против СССР. Хотя мы и не собираемся нападать на Польшу, но мы все же считали бы соглашение между Англией и Польшей против нас несовместимыми с отношениями, которые предлагаются ныне установить между нами и Англией.

Пункт 8. Мы считаем крайне желательным соглашение с Турцией. Мы не включаем ее в число участников предлагаемого нами общего соглашения, так как Турция вряд ли согласилась бы и имела бы возможность оказать какую-либо помощь нашим соседям, исключая Румынию. Необходимо поэтому особое соглашение с Турцией. Кроме того, сам английский посол говорил мне, что между Англией и Турцией уже ведутся переговоры о каком-то соглашении.