Второй наместник Тагана (СИ) - "Тенже" - Страница 83

— Сними, лежать неудобно, — попросил он.

— А что мне за это будет? — лениво поинтересовался Арек.

— Давай я тебе минет сделаю?

— Не... опасно. Укусишь со зла, как я потом?

Саша фыркнул. Подумал, перебрал альтернативные варианты, не нашел подходящего и пообещал:

— Не укушу. Я осторожно.

В общем-то, торг был бессмысленным — путы растворялись, вот уже и ноги двигались, только онемение осталось — но ситуацию требовалось обговорить. И так слишком много недосказанности.

— Я должен тебе поверить?

— Я прежде тебе гадостей не делал, — напомнил Саша. — Не до разумения — были. Но это стечение жизненных обстоятельств.

— Я тебе вроде тоже гадостей не делал... — рассеянно ответил Арек. — Но ты мне не веришь. Что ты сразу в путах подумал? Первое?

— Подумал, что удавлю, когда отпустишь.

— Всерьез решил, что я тебя насиловать начну?

— Знаешь... в таком положении...

— Книга «Искусство любви в путах» уже пятьсот лет на втором месте продаж. На первом Книга Пепла и Пламени — собрание священных текстов.

— Гм...

— В эротических играх есть место и господству и подчинению. В эти игры можно играть по-разному, — поймав взгляд

Саши, Арек ответил на невысказанный вопрос. — Нет, мы с

мужем не увлекались. Пару раз сходили в клуб, посмотрели на

представления... это было чистое восхищение точностью магии,

не дань возбуждению.

— Мне как-то и в голову не приходило... Не то, что вы могли

ходить по таким клубам. Что есть такое... искусство. Что это не

только...

— У каждой медали есть оборотная сторона... Уровень!

Уровень!

— Правда? Это цветочные часы теперь будут?

— Ага.

Мышка защелкала еще быстрее. Арек уткнулся в ноутбук,

позабыв об эротических играх. Александр сел, повел плечами,

разминая мускулы, и с искренней досадой проговорил:

— Это бессмысленно. Просто так, безоговорочно, безог-

лядно, ни ты, ни я друг другу верить не сможем. Надо... при-

выкнуть, что ли? Узнать поближе. Но это не наш случай. Что

успеешь за десять встреч? Или сколько осталось? Девять,

восемь?

— Что-то он повис на автосохранении... уф-ф... Пропустило!

Я тебя внимательно слушаю, не вздумай обижаться. Я слушаю и

размышляю. И у меня есть поправка к прежнему соглашению.

Поправка звучала ошеломляюще. И была связана с изме-

нившимся семейным положением господина наместника. Ко-

ли чество встреч теряло числовую определенность — не шесть-

семь-восемь — оно заменялось сроком. «На то время, пока я

буду состоять в браке с Хайнцем. Если, конечно, мне по каким-

то причинам не придется уехать с Тагана». Получалось — на

год. Около года. Примерно столько времени должен был про-

существовать фиктивный брачный союз.

В первую минуту Саша обрадовался перспективе и открыл

рот, чтобы сказать: «Да, конечно!», но прикусил язык. Арек

устраивал его как принимающий партнер в сексе, как надежный

товарищ, который поможет вынести труп, как...

«Он не устраивает меня, как кеннориец, имеющий виды на

мою задницу».

Прежняя политика — динамить, в упор не замечать намеки

и попытки обольщения — годилась для десятка встреч. Пы-

таться растянуть эту игру на год было глупо. Недовольство

выплескивалось уже сейчас — сегодняшний конфликт тому

примером. А что случится через месяц, через два? Что повлечет

за собой не вовремя высказанный упрёк?

— Мне надо поразмыслить, — выдохнул Александр. — Я не могу решить такой важный вопрос сгоряча.

Он понадеялся, что эти слова прозвучат, как продолжение речи о взаимном доверии. Что наместник не расслышит в них банальной трусости и признания в очередной лжи.

«Ты уж прости, но я не собирался и не собираюсь подставлять жопу под твой член. Давай остановимся на достигнутом — я позволяю твоему языку гулять по промежности и яйцам. Это замечательно, это мне нравится... тебе этого хватит?»

Судя по внимательному взгляду, Арек в последнюю очередь подумал о взаимном доверии. Но никаких претензий не высказал и вроде бы как даже и не обиделся из-за отсутствия немедленного ответа. Кивнул и вновь уставился в ноутбук.

— Я пойду? — неуверенно спросил Александр. — Откроешь ограду?

— Открою. Боишься, что я снова на тебя наброшусь?

— Нет! Не боюсь. Просто...

— Как хочешь. Я сейчас выпью грамм пятьдесят коньяка и лягу спать. Мне завтра рано вставать. И день обещает быть трудным.

Саша сочувственно покачал головой и не стал повторять вопрос об ограде. Беспричинной вспышки гнева и насилия он не боялся, а бегство выглядело очень уж позорным.

Последние минуты вечера — перед отходом ко сну — протекли удивительно мирно. Они дружно выпили по бокалу коньяка, задымили и проветрили спальню, забрались под одеяло и улеглись спина к спине. Как уставшая от ежедневных объятий супружеская пара.

Утром действительно пришлось подняться рано — затемно.

Кофе пили наспех, Арек читал сообщения в телефоне и хму-

рился, а Александр, так и не решившийся сказать ни «да», ни

«нет» в ответ на вчерашнее предложение, тихо радовался тому,

что обстановка не располагает к выяснению отношений.

— Я не смогу вернуться сегодня. Придется торчать в столице,

а может быть, и переночевать в Нератосе.

— А когда тебя ждать?

— Завтра... нет, наверное, не завтра. Послезавтра вечером. Я позвоню.

— Договорились, — отсрочка давала возможность выбрать

правильное решение. — Позвони, даже если не приедешь. Рас-

скажешь, как у тебя дела.

— По телевизору расскажут, — усмехнулся наместник и от-

ложил телефон. — Выйдешь первым? Или тебя куда-нибудь подвезти?

— Первым.

Они не поцеловались: скупого касания щекой к щеке, двой-

ного выдоха: «Leb wohl» было достаточно, чтобы подтвердить обещание — «встретимся послезавтра».

Арек

Шепот тонул в гуле голосов, выкриках и щелчках фотоаппаратов.

— Улыбайся!

— Я уже не могу, хаупт.

— Еще раз назовешь меня хауптом в присутствии журналистов — яйца дверью прищемлю, — пообещал Арек, приникая к уху законного супруга, чтобы ни одна скотина, умеющая читать по губам, не могла понять его слова.

Хайнц еле заметно вздрогнул, отстранился и немного натянуто улыбнулся.