Не так как у разбойников - Марк Урсула - Страница 7

Змея так рассмеялась, что Тому стало ещё страшнее. И вот Том ощутил, как колючий змеиный хвост начинает обвивать его ноги, поднимаясь всё выше и выше. Она собиралась задушить его! Но ведь руки Тома ещё были свободны! Когда голова змеи на очередном витке оказалась за спиной у мальчика, и взгляд её на миг перестал гипнотизировать Тома, он быстро выхватил свой меч и вонзил, что было сил, в змеиное тело! Ах! Меч разлетелся на куски, словно стеклянный, а в руке мальчика осталась только ржавая рукоятка! Теперь он пропал! Защищаться было нечем. Только кричать – что же ему ещё оставалось? Но кто его здесь услышит? Кто сможет помочь в этой тяжкой беде? Было ли с ним такое раньше? Было, кажется, во сне! И он тогда крикнул громко какое-то слово... Чьё-то имя... И это имя спасло его. Но что же это было за имя? Он позабыл! Напрочь забыл. Вылетело из головы. Не в силах вспомнить его, Том просто закричал. Закричал, что есть силы: „Помогите!" Но тут же похолодел – в ответ со всех сторон раздалось шипение. Том в ужасе наблюдал, как к нему ползёт множество ярко-красных змей. И всё вокруг шипело: „Ты наш-ш-ш! Ты наш-ш-ш!"

Это было, как танец. Танец смерти. У Тома всё похолодело внутри, и он сдался. Всё. Ему конец.

И вдруг сквозь змеиное шипение донёсся какой-то другой звук. Кто-то пел светлым детским голоском. Змеи насторожились, перестали шипеть и быстро расползлись по своим норам. Только та, самая большая, змея всё ещё держала Тома в своих тисках. Но и она перестала обвивать его новыми кольцами, замерла, глядя туда, откуда доносилась песня. Том не поверил глазам своим: меж деревьями он увидел маленькую девочку, которая приближалась, продолжая петь. Это была Дженни! Том захотел предостеречь её и крикнул:

– Дженни, стой, не подходи ближе! Беги отсюда! Спасайся! Она увидела его, обвитого змеей, но не побежала прочь, а по-прежнему шла к нему с песней на устах. Шла, делая шаг за шагом. Странно, но змея больше не шевелилась. Она только шипела: „Ты принадлежиш-ш-шь мне! На тебе мой знак!" Дженни всё поняла и крикнула:

– Том! Эта штука у тебя на шее – сорви её и выбрось! Выбросить? Выбросить талисман, который должен был сделать его непобедимым? Ну да, ведь и меч оказался тоже никуда не годным. Неужели всё это было большим обманом? Том решительно сорвал с шеи талисман и швырнул в болото. И сразу же смог вздохнуть свободней. Кольца змеи, сжимавшие его, ослабли.

Том, поражённый до глубины души, наблюдал, как Дженни бесстрашно поглядела в глаза огромной змее и вымолвила одно-единственное слово. Да, это было оно, то самое слово, которое так некстати позабыл Том, – имя его учителя! И снова Том поразился: голова и хвост змеи поникли. Это был её бесславный конец.

Но как же выбраться из этой западни – из колец мёртвой змеи, которая всё ещё обвивала нижнюю половину тела Тома? И тут снова помогла Дженни. У неё с собой был маленький острый меч с клинком, обагрённым кровью... Она легко перерубила толстое омерзительное тело змеи. Едва Том оказался на свободе, он подумал: „Бежать, бежать надо отсюда!"

ПРИКЛЮЧЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Вокруг всё стихло. Дженни взяла Тома за руку, и они долго молча

шли меж деревьев, поднимаясь по тропинке в ту сторону, откуда пришла Дженни. Казалось, девочка отлично знала дорогу. Когда они дошли до верхнего конца ущелья, туман рассеялся. Силы Тома были совсем на исходе. Болел глаз. Ныло всё тело от бёдер до пят. А на душе скребли кошки. Том совсем приуныл. Он упал на траву и дал волю слезам...

Девочка тихо сидела рядом и ждала. Когда рыдания Тома стали стихать, она погладила его по голове и убрала волосы с лица.

– Бедный Том! – сказала она голосом, полным сочувствия. – Чего ты натерпелся! Что с тобою сделало это чудовище! И как только всё это могло случиться?

Да, с чего, собственно, всё это началось? Наверное, с меча и с той штуки, что надевают на шею. Какое надувательство, надо же! И как это он попался на такую удочку?

Том хлопнул себя по лбу. Каким же он был слепцом! Ловко же его провёл этот торговец! Провёл? Нет, это был не просто обман. Он задумывал гораздо худшее! Эти крики о помощи – настоящие ли они были? Или это просто самая обыкновенная западня? Он содрогнулся...

Потрясённый, обескураженный. Том поглядел на Дженни и удивился другому: ведь его спасла эта маленькая, слабая девочка! Именно она – и никто другой! Непостижимо! Как она только не испугалась? И как вообще узнала, что он в опасности? Откуда у неё меч, откуда такая уверенность и храбрость?

Тогда Дженни начала рассказывать:

– Я долго была у отца. И он спросил меня, не хочу ли я исполнить одно поручение его сына. Разумеется, я сразу же поспешила к сыну, а он сказал, что ты в опасности и что я должна тебя выручить. Не успела я сказать, что сомневаюсь в своих силах, как он взял меч и провёл по нему тыльной стороной руки – прямо по острому лезвию! Я увидела, как у него потекла кровь и меч весь окрасился ею. Я так испугалась, но он мне сказал, что делает это охотно; так нужно, чтобы спасти тебе жизнь. Он дал мне меч и сказал, что меч этот и его имя сильнее всего на свете. Кроме того, мне не надо ни щита, ни шлема. Моя корона заменит самый лучший шлем. Ещё он велел мне надеть новые башмаки и петь те песни о короле, которые я уже знаю, – они тоже оружие. Все его враги страшатся этих песен.

Потом он указал мне дорогу и поторопил – сейчас, мол, самое время. И я отправилась. Искала тебя и вот, наконец, нашла.

Как? Ради него, негодного мальчишки, королевский сын должен был поранить себе руку, пролить свою кровь? Тому стало так стыдно, что он упал в траву и горько заплакал. Глупый и никуда не годный! Он всё сделал не так.

Когда рыдания Тома затихли, Дженни предложила сейчас же вместе пойти домой, к отцу. Но Том не вставал с земли. Как он мог предстать перед королём в таком виде? Без короны. Да и был ли он теперь королевским сыном? А что скажут все остальные? До чего же ему будет стыдно перед ними! Даже Дженни, наверное, не захочет больше водить дружбу с таким неудачником. Но где же она?

Том посмотрел по сторонам, но увидел не девочку, а высокую светлую фигуру. Кто это спешит ему навстречу? „Да ведь это мой учитель! Неужели он идёт ко мне?" – удивился Том и через мгновение сломя голову бросился в распростёртые объятия.

– Мальчик мой! – только и сказал королевский сын.

Но Том понял всё, что крылось в этих словах. Теперь он навсегда принадлежал этому учителю. И учитель никогда не оставит его в беде. Он спасёт его от всех напастей, потому что бесконечно могуществен и ещё потому, что бесконечно любит Тома. Всё это почувствовал Том в самой глубине своей души и с головой окунулся в эту любовь.

– Пойдём в замок, – сказал наконец королевский сын. – Там я займусь твоими ранами.

Больше всего на свете Том хотел, чтобы учитель взял его на руки, но он стеснялся появившейся Дженни и с трудом заковылял за ней и за королевским сыном. Тем временем настал вечер. Придя в замок, Том сразу же лёг в постель. Хорошо, что все ушли ужинать, и он, такой грязный и в синяках, никому не попался на глаза.

Королевский сын принёс ему полную тарелку супа. Каким вкусным был этот суп! Королевский сын, улыбаясь, подождал, пока Том не съел всё до последней ложки. А потом задал Тому вопрос. Не такой:

„Почему ты тайно убежал из замка?" И не такой: „Не кажется ли тебе, что я лучше знаю, когда настанет время для битвы?" И не такой: „Как же ты мог доверять чужому оружию больше, чем моему?"

Нет, королевский сын просто спросил его:

– Ты веришь мне, Том?

Том ответил от всего сердца:

– Да! Ради тебя я готов на всё! Я люблю тебя! И никогда больше не пойду ни за кем другим.

Спасибо! – обрадовано сказал королевский сын и провёл рукой над поражённым глазом Тома, а потом над его ногами, на которых не было живого места. Все раны мгновенно исчезли, и боль пропала тоже.