Ограбления и кражи: Бандиты, грабители, воры и мошенники - Ревяко Татьяна Ивановна - Страница 100

«Игроки в карты» — вторая картина де Хоха, написанная Меегереном. Новая подделка будет пущена в продажу значительно позже и будет продана лишь в 1941 г. За 750 тыс. франков ее приобретет богатейший промышленник Ван дер Ворм.

Капитал от продажи «Христа в Эммаусе» и «Любителей выпить» позволяет Меегерену расходовать ежемесячно 600 тыс. франков. Со своей женой он ведет разгульный и расточительный образ жизни. Меегерен неумеренно употребляет алкоголь, начинает пробовать морфий.

52-летнего Ван Меегерена скапливается капитал в 4 млн. франков, вырученных от продажи его трех последних картин.

Новым посредником для художника становится Ван Страйвесанде. Меегерен передает ему своего «Христа и неверную жену», а затем случайно узнает, что он тесно связан с нацистскими кругами. Однако уже поздно. Баварский банкир Алоис Мидль прослышал об открытии неизвестной картины Вернера и информировал об этом Вальтера Хофера — агента гитлеровского режима, которому поручен розыск художественных ценностей в оккупированных странах. В конце концов в сделку вмешивается Голландское государство. За картину назначена цена в 1 млн. 650 тыс. гульденов (около 6 млн. франков). Немцы требуют покупки этого шедевра голландского национального достояния и продажа картины превращается в государственное дело. После тайных переговоров сделка осуществляется следующим образом: в обмен на картину третий рейх возвращает Голландии 200 подлинных полотен, которые были украдены нацистами во время вторжения. После получения этих картин Голландское государство выплачивает наличными деньгами запрошенную сумму Мидлю и Ван Страйвесанде. Последний отдает около 4 млн. франков Меегерену. Меегерен не испытывает удовлетворения. Он знает, что Мидль и Вальтер Хофер работают на рейхсмаршала третьего рейха и коллекционера произведений искусства Германа Геринга.

В период с 1939 по 1943 г. Ван Меегерен создает 13 подделок. 5 из них не были проданы. Остальные 8 принесли 7 млн. 254 тыс. гульденов, т. е. примерно 250 млн. франков, из которых Меегерен получил самое меньшее — 170 млн.

Соляная шахта в Альт-Аусзее (Австрия) в 1945 г., личная коллекция Геринга, искусствоведческая комиссия союзнических держав — таковы факторы, которые привели к странной развязке этой истории.

В нацистских архивах обнаруживаются следы цепочки, которая приводит к Ван Меегерену. Выясняется, что он — это последнее звено в цепочке людей, связанных с продажей картин. В конце мая 1945 г. люди, ведущие расследование, появляются у Ван Меегерена. 29 мая 1945 г. Хан Ван Меегерена арестовывают по обвинению в сотрудничестве с врагом. Фальсификатор оказывается в отчаянном положении. События принимают абсурдный оборот. Меегерен обвиняется в сотрудничестве с гитлеровцами и разграблении художественного национального достояния. Однако он же вернул в Голландию 200 подлинных художественных произведений. На допросах Меегерен хранит молчание. Сказывается отсутствие наркотиков, к которым он уже успел пристраститься. Молчание становится для обвинителей своего рода доказательством виновности. 12 июля Меегерен делает сенсационное признание, что он сам автор интересовавшей суд картины.

Несмотря на сведения, сообщенные художником, полиция и служба безопасности хотят быть абсолютно уверенными, что Меегерен способен имитировать мастера XVII в. Меегерен берется на глазах у полицейских в своей мастерской создать нового Вермера. В конце июля в своем большом доме на Кайзерхрахт под постоянным наблюдением Ван Меегерен начинает писать своего последнего Вернера. Это — «Молодой Христос, проповедующий в храме».

Вся Голландия взбудоражена. В печати развернулась шумная кампания. Все обсуждают сенсационное дело Ван Меегерена. Юридически трудно доказать его виновность, поскольку он раскрыл себя и поскольку покупатели его подделок отнюдь не случайные люди.

В конце сентября 1945 г. Меегерен заканчивает работу над «Молодым Христом, проповедующим во храме». 11 июня 1946 г. по приказу министерства юстиции назначена специальная комиссия по расследованию. В нее входят эксперты, историки искусства, химики.

Утром 29 октября 1947 г. у дверей четвертой палаты амстердамского городского суда собралась огромная толпа. Сюда примчали журналисты со всего мира.

12 ноября 1947 г. объявляется решение суда: Хан Ван Меегерен приговорен к минимальному наказанию — одному году лишения свободы. Его подделки не уничтожаются, а возвращаются их владельцам.

26 ноября 1947 г. Меегерен поступает в клинику Валериум. Перед этим он подписал просьбу о помиловании на имя королевы. 30 декабря 1947 г. Хан Ван Меегерен умирает от сердечного приступа. Проведенный в декабре опрос общественности показал, что он был в то время самым популярным человеком в стране.

ФАЛЬШИВЫЕ ДИПЛОМЫ

В 60-е гг. в СССР было широко известно дело об изготовлении фальшивых дипломов. Ленинградские оперативные работники долгое время разыскивали преступную группу, занимавшуюся изготовлением фальшивых дипломов об окончании ленинградских вузов. Изловить членов группы было чрезвычайно сложно. Это объяснялось тем, что группа строилась по конспиративному принципу «рваной цепочки». Каждый член группы знал лишь того, с кем имел дело, общей же личной связи между всеми членами группы не было.

Изготовление дипломов шло по хорошо отработанной системе. Качество было чрезвычайно высоким. Поддельные дипломы практически не отличались от подлинных.

Над раскрытием группы работали судебные эксперты Центральной ленинградской научно-исследовательской лаборатории судебной экспертизы. Их усилия увенчались успехом. Экспертам удалось доказать, что рельефная надпись на обложках выполнена специально изготовленными пуансонами на прессовом оборудовании одного из крупных заводов, Заказ на эту работу «размещал» технолог этого завода С., сами обложки были изготовлены. в переплетной мастерской по «заказу» работника жилуправления Б., который достал и специальную бумагу с рисунком, близким к рисунку защитной сетки.

Шрифт был похищен в одной из ленинградских типографий. Были изготовлены наборы необходимых текстов. Тексты печатались в этой же типографии. Готовые обложки и листы с текстом передавались мастеру К., который на своем рабочем месте изготовлял готовые бланки дипломов. Был найден гравер, который за большую плату изготовил гербовые печати шести институтов.

Покупателям продавались либо чистые бланки, либо уже заполненные дипломы. Цена составляла 300–500 рублей. Подписи должностных лиц на дипломах копировались по образцам подлинных подписей. Всего преступной группой было изготовлено более тысячи дипломов, половину из которых им удалось реализовать.

Точкой в этом деле стал некий Гарик, занимавшийся в одном из южных городов починкой модной женской обуви. Гарик влюбился в одну из своих клиенток. Избранницу Гарика огорчало то, что у него нет образования: Против того, что дочь выйдет замуж за сапожника, были и родители девушки. Гарик нашел выход из этой ситуации. Он заявил своей возлюбленной: «Будет у меня и высшее образование, для этого мне лишь нужно съездить в Ленинград». Гарик вернулся с новеньким дипломом инженера.

Эта история превращения сапожника в инженера не была укрыта от следственных органов. Гарик был вызван в необходимые инстанции, где после долгих препирательств рассказал, у кого купил диплом. После этого вся преступная группа была разоблачена.

ВЫШЕ ЗАКОНА

Этой женщине сейчас 58 лет, но на вид ей можно дать все 70. Ее покинули друзья и знакомые. Она мало общается со своими родственниками. Она живет на большой даче в поселке Жуковка под Москвой, которую ей построили за бесценок по распоряжению отца. Невероятно растолстевшая и неопрятно одетая, она редко выходит из дома. Ее муж — еще недавно всесильный генерал, которому подчинялась вся милиция Советского Союза, смещен со всех партийных и государственных постов и арестован. В следственной тюрьме Лефортово он дает показания. Он знает очень много, и эти показания могут бросить тень не только на іего самого. Его жену уже дважды подвергли принудительному лечению от алкоголизма, но женский организм очень плохо поддаемся лечению. Она и сейчас почти всегда пьяна. В Москве говорят, что иногда по ночам эта женщина выходит из дверей своей большой дачи с лопатой в руках, чтобы проверить, сохранились ли на участке зарытые ею в разное время драгоценности. Она не читает газет и журналов и плохо понимает, что за «перестройка» происходит в нашей стране, где она так вольготно и весело вела полную приключений и авантюр жизнь.