Дети мира - Мишев Георгий - Страница 29

— Что нажать? — спросил Гомер. Он вытирал в это время прилавок.

— А? Чего? — встрепенулся дядюшка Одиссей. — Послушай, Гомер, будь хорошим мальчиком, опусти, пожалуйста, тент.

— Хорошо, дядюшка Одиссей, — ответил Гомер, смахнул кусочки хлеба с прилавка в передник, вышел за дверь и вытряхнул их на мостовую.

Он поглядел, как на них набросились голуби, а потом шагнул на тротуар и опустил тент над витриной и входом в кафе.

— Спасибо, Гомер, — сказал дядюшка, когда племянник снова появился у прилавка.

— На полице урядок? — строго спросил его шериф. — То есть я хочу сказать… на улице порядок? Никто не нарушает закона?

— Сюда направляется Далси Дунер, — сказал Гомер.

— Ох, — вздохнул судья, — опять этот самый несносный из горожан!

И все они уставились в окошко на самого несносного из горожан и увидели, что он остановился у городского монумента. Шериф сверкнул глазами и насупился, когда Далси — в который уже раз! — чиркнул спичкой о постамент, тщательно раскурил трубку и после этого швырнул горящую спичку в самую фигуру на постаменте. Затем он направился к кафе, но по пути не поленился сделать небольшой крюк, чтобы наподдать ногой куски хлеба и распугать голубей.

Бам! — грохнула дверь, пропустив в кафе Далси Дунера. Но ни шериф, ни судья — никто не вздрогнул. Они уже знали, как Далей Дунер умеет хлопать дверями.

— Ну, как живешь-можешь, Далси? — спросил шериф, подозрительно оглядывая его с ног до головы, словно ожидая в любую минуту нового подвоха.

— Все подозреваете меня в чем-то, да, шериф? — спросил Далси. — Вы самый подозрительный тип в штате Огайо!

Возможно, последняя фраза и не совсем точно выражала то, что он хотел сказать, но, как бы то ни было, слово не воробей: вылетит — не поймаешь.

— В свете нескольких неприятных инцидентов, имевших в своей основе действия некоего Далси Дунера, — заявил судья в обычной своей торжественной манере, — я нахожу, что подозрения нашего шерифа имеют веские основания и что…

— Добрый день, друзья! — раздался незнакомый голос.

Все повернулись к дверям и увидели, как через них протискивается какой-то совершенно посторонний человек. В одной руке у него был чемоданчик, в другой — складной стул и трость.

— Добрый день, друзья мои! — повторил незнакомец. — Вы, несомненно, самые счастливые люди на свете, а всего через минуту — да, всего через шестьдесят секунд, отнятых у вашего незаменимого времени, — я сделаю вас еще более счастливыми и еще более благодарными за то, что я прибыл к вам сюда со своим необыкновенным и сенсационным предложением!

После этих не совсем понятных слов незнакомец представился профессором В. О. Здухом.

— Профессор В. О. Здух, — твердил и твердил он, не переводя дыхания и успевая одновременно сделать множество дел: закрыть за собой дверь, сдвинуть на лоб шляпу, расставить складной стул, положить на него чемоданчик, прислонить трость, снять перчатки — и всё это, ни на минуту не переставая мило улыбаться. — Вот здесь у меня, — продолжал он и похлопал по крышке чемодана, — здесь у меня одно из чудес света! Да, друзья мои, — а ведь вы действительно мои друзья? — через мгновение я продемонстрирую кое-что перед вашим изумленным взором и сделаю вам предложение, приняв которое вы сможете изменить всю свою жизнь!.. Если, конечно, вы из тех людей, кто хочет изменить всю свою жизнь! — добавил он, делая ударение на «хочет» и колотя перчатками по крышке чемодана. — Я совершенно уверен, — снова заговорил он, — что вы именно из тех людей: людей разумных и умных, отважных и важных, умелых и смелых, огромных и скромных…

— Да что это он несет? — сказал Дали Дунер, но остановить профессора В. О. Здуха оказалось не так-то просто.

— …которые, — продолжал он, — не упустят случая сделаться обладателями удивительного вещества, феноменального продукта…

— Да мы вовсе… — начал Далси, но вынужден был умолкнуть.

— …который, — как ни в чем не бывало продолжал профессор, — я считаю за честь предложить вам…

Он перевел наконец дух и последовавшую затем драматическую паузу использовал для того, чтобы открыть замки чемодана и откинуть его крышку.

— …предложить вам, — повторил профессор, — и который называется «Еще более»!

Все присутствующие увидели, что чемодан профессора забит какими-то яркими банками.

— Что… — начал дядюшка Одиссей, но профессор перебил его.

— Вот именно «что»! — воскликнул он. — Именно, дорогие мои друзья. Я читаю этот вопрос на ваших приветливых лицах. «Что же такое, — написано на ваших лицах — это знаменитое „Еще более“ и как именно это феноменальное „Еще более“ может пригодиться лично для меня?» Минуточку терпения! Шестьдесят секунд терпения — и я покажу и докажу вам, что это вещество делает чудеса!

Он вынул из чемодана банку и без малейшей паузы продолжал:

— Для демонстрации своего опыта я позволю себе использовать вот эти прелестные пончики… Молодой человек, — обратился он к Гомеру, — будьте любезны, подвиньте сюда поднос, а вы, джентльмены, — он поклонился, — не откажите в любезности взять по два пончика…

Гомер пододвинул поднос, все взяли по пончику в каждую руку, а профессор тем временем провозгласил:

— Теперь, друзья мои, мы готовы. Начнем… Эй, сынок, ты забыл про меня — куда ты убираешь пончики?!

И профессор молниеносно нанизал две штуки на кончик своей трости, а оттуда они перешли к нему в руку.

Дядюшка Одиссей уже хотел спросить, а в чем же заключается сам опыт, но тут профессор громко воскликнул:

— Итак! — и постучал тростью, прося безраздельного внимания. — Итак, продолжаем демонстрацию опыта. Через одну минуту, нет, даже просто через шестьдесят секунд… Но сначала я познакомлю вас поближе с моим волшебным продуктом.

Он повертел в пальцах банку, показал на пробку и объяснил, что ее нужно слегка повернуть вправо или влево, и тогда открывается крошечное отверстие, через которое можно немедленно получить означенный выше продукт.

Судья, шериф, дядюшка Одиссей, Гомер и Далей — все сдвинулись плотнее, окружили профессора, не спуская глаз с его пальцев, поглаживающих крышку банки.

— Пока я продолжаю демонстрацию, — сказал профессор Гомеру, — будьте так любезны, молодой человек, налейте всем по чашечке вашего ароматного кофе.

— Хм, — сказал дядюшка Одиссей, — одна чашка кофе стоит…

— Все берут в рот пончик из правой руки — скомандовал профессор. — Вкусно, не правда ли?.. Действительно вкусно, — заключил он, сжевав добрую половину своего пончика. — Но, — добавил он, понизив голос, — но глядите внимательней… Я отворачиваю пробку и…

Профессор перевернул банку и раза два встряхнул ее над вторым пончиком. Потом снова поддел пончик на кончик своей трости и поднес к носу каждого.

— А! Ну, что скажете? — воскликнул он. — Необыкновенно, не правда ли?! Да, да, мои друзья, вы догадались: все дело в том, что знаменитое вещество под названием «Еще более» невидимо. Но этого мало! Оно к тому же и не пахнет! Убедитесь сами. — И он снова обвел тростью с пончиком на конце под носом у каждого. — Да, вы не можете его понюхать и вы не можете его увидеть!

И, в полном восторге от того, что это именно так, он потряс правой рукой, в которой была банка со знаменитым веществом, и левой рукой, сжимавшей палку с пончиком на конце.

— Давайте же кофе, молодой человек! — крикнул он затем и быстро продолжал: — Итак, что мы установили? Вещество «Еще более» абсолютно невидимо невооруженным глазом, его запах неразличим для человеческого носа, оно кажется бесшумным… Сахару, сахару и сливок не забудьте, молодой человек!.. Бесшумным, говорю я, для обыкновенного человеческого уха, его нельзя обонять известными вам способами, нельзя обнаружить прикосновением… Вы хотите, конечно, спросить: а зачем же нам вещество, которое нельзя увидеть, услышать, почувствовать, понюхать, наконец? Но смотрите, смотрите как следует! Вот я брызгаю совсем немного этого вещества в свою чашку с кофе — и моментально, да, друзья мои, мо-мен-тально — этот ароматный напиток делается ЕЩЕ БОЛЕЕ ароматным! Понимаете? ЕЩЕ БОЛЕЕ! То же самое произойдет и с вашим изумительным кофе, и с вашими прелестными пончиками. Они станут ЕЩЕ БОЛЕЕ изумительными, ЕЩЕ БОЛЕЕ прелестными!