Добрая фея с острыми зубками - Сахарова Татьяна - Страница 53

— Депутат назначил встречу на завтра. Семь часов вечера. Ресторан «Жемчужина». Это где-то в центре. Но я там никогда не была.

— Я знаю это место, — откликнулся Оглоедов. — Вполне респектабельное, но, вместе с тем, не слишком раскрученное заведение. Кроме общего зала, имеются отдельные кабинеты для приватных ужинов.

— Странно, что он выбрал ресторан в самом центре города, — задумался Иван. — Я бы предпочел устранить свидетеля где-нибудь на отшибе. На пригородных трассах сейчас понастроили множество дорогих кабаков. Там вечно всякие бандитские разборки происходят, и с хозяевами всегда можно договориться. А лишний труп случайной посетительницы не должен вызвать подозрений милиции. Шальная пуля — дура…

— Не смеши меня, — отмахнулась я, — к чему такие сложности? Договариваться с хозяином кабака, инсценировать бандитскую разборку… Это ж сколько ненужных свидетелей наберется. Другое дело — яд. Ну, не яд, разумеется, в прямом смысле слова. Какое-нибудь сильнодействующее лекарство с пролонгированным сроком действия. Ничего не стоит подмешать несколько капсул в вино, а наутро в постели найдут уже остывшее тело. Будет, конечно, вскрытие, но оно покажет обширный инфаркт, кровоизлияние в мозг или что-нибудь в этом духе. Такая смерть среди вполне здоровых молодых людей вовсе не редкость. Какой патологоанатом станет возиться с анализом крови, если нет явных признаков насилия? А пока убитые горем родственники придут в себя и будут в состоянии усомниться в естественных причинах смерти, тело уже успеют похоронить. И все шито-крыто. Никакого лишнего шума, никаких свидетелей.

— Тебе нельзя идти на эту встречу, — категорично выразил свое мнение Генералов.

— Сережа прав, — тут же поддержала его Лариска. — Ты ведь не сможешь за ужином ничего не есть и не пить. К тому же нет никакой уверенности, что Верещагин воспользуется ядом, а не найдет какой-нибудь более изощренный способ убийства.

— Мне придется туда пойти, — жестко отрезала я. — Иначе этот кошмар никогда не закончится. Нельзя жить в постоянном ожидании того, что на голову свалится кирпич.

— Кирпич может свалиться на голову кому угодно и в любое удобное для него, то есть для кирпича, время, — скептически заметил Иван.

— Безусловно, — парировала я, — только «мой» кирпич — не такой уж абстрактный, а время и место его падения можно легко подкорректировать.

— Естественно, — с иронией продолжил мою мысль Сергей, — вот этому кирпичу и помогут завтра упасть на твою голову прямо возле «Жемчужины». Идти туда — настоящее самоубийство.

— Я буду не одна. Надеюсь, люди Караюшкуса будут меня прикрывать. Они скоро должны подъехать, и тогда мы обсудим план…

— Короче, — грубо оборвал меня главный редактор, — либо на завтрашний ужин вместо тебя идет Марина, и мы будем сегодня прорабатывать план ее безопасности, либо я немедленно отволоку тебя в твой собственный подвал и посажу там под замок до лучших времен.

— Правильно, — подхватил Оглоедов, — и вход в подвал мы будем сторожить по очереди.

— И Сереброву позвоним… — запел Иван уже знакомую песенку.

— Вы все с ума посходили, — возмутилась я. — Верещагин меня видел, он никогда не купится на подставу.

— Никита Когтев тебя тоже видел, и это ничуть ему не помешало… — с ехидством напомнила Лариска. — Ничего, наложит побольше косметики, в ресторанах освещение приглушенное. И вообще, ты заплатила Марине такую сумму, что она просто обязана отработать деньги сполна.

— Девушка их уже отработала. Тот наркоман мог вызвать своих дружков, и они бы обчистили мой коттедж под ноль.

— Анна Дмитриевна, — Антонина, позволившая Бандиту примоститься у себя на коленях, засопела заложенным носом, — мы все за вас переживаем. Если понадобится, то я сама помогу Сергею дотащить вас до подвала.

— Вот-вот, и я подключусь, — подхватила Лариска. Ну что с ними со всеми поделаешь? Просто коллективную травлю какую-то устроили. Подумать только, чуть больше месяца назад Лариска считалась моей единственной близкой подругой. Оглоедов, правда, тоже маячил где-то на горизонте, но нас связывали скорее деловые отношения. А вот теперь у меня собралась целая гвардия, и все страждут моей безопасности. Никогда бы не подумала, что друзья — это так обременительно.

В конце концов, я была вынуждена примириться с их доводами, тем более что прибывшие позднее коллеги Караюшкуса поддержали мнение большинства.

В половине седьмого следующего вечера недалеко от входа в ресторан «Жемчужина» примостился неприметный серый «Рено» с тонированными стеклами. Внутри салона расположились: я, Олег Юрьевич — партнер Караюшкуса, Валерий Григорьевич — начальник его департамента безопасности и их водитель. В нашем распоряжении имелось приемное устройство от микрофона, закрепленного булавкой на бюстгальтере Марины. Сама девушка должна появиться в ресторане в пять минут восьмого. В самом заведении уже более часа трое молодых «бизменов» весело празднуют удачную сделку. Бравые молодцы уже несколько раз выходили с нами на связь, сообщая, что посетителей в зале совсем немного и ничего подозрительного пока не происходит.

В режиме крайней осторожности уже осмотрены прилегающие крыши и лестничные пролеты зданий на предмет обнаружения снайпера. Предварительные поиски результатов не дали, и сейчас несколько человек, притаившись неподалеку с биноклями, держат под контролем окрестности.

В ближайшем переулке притаился темно-вишневый джип «Чероки», в котором ожидают приказа шестеро вооруженных бойцов. По утверждению Валерия Георгиевича, его вояки на несколько порядков превосходят по уровню подготовки хваленый спецназ.

А еще в полдень на вакантное место официантки в ресторан заступила новая работница. Одна из напарниц Марины напрочь отказалась отпускать подругу на дело без своего участия.

Короче говоря, подготовились мы капитально. И к летящему кирпичу, и к «случайной» бандитской разборке. Блюда и напитки на столе будет контролировать как сама Марина, так и новая «официантка». Нам казалось, что мы предусмотрели все.

Самых больших усилий стоило убедить моих друзей остаться дома. Все как один считали, что обязаны принять в операции непосредственное участие. Антонина с Лариской желали прогуливать поблизости от ресторана какую-нибудь собачонку. Оглоедов кричал, что при задержании депутата неплохо иметь под рукой юриста. А Иван и Сергей просто потирали кулаки и хрустели костяшками пальцев, демонстрируя боевую готовность. Но директор департамента безопасности остался непреклонен: дилетанты испортят все дело. Не нужно путаться под ногами и мешать специалистам.

Часы в нашем автомобиле запищали. Семь вечера — час икс наступил. Мы приросли к тонированным стеклам, и в салоне воцарилось напряженное молчание. Минуты шли, но Верещагин на пороге ресторана не появлялся. Или он любитель опаздывать, или заподозрил неладное и отказался от встречи. Лично я многое бы сейчас отдала за то, чтобы Верещагин не появился.

Из машины такси выпорхнула принаряженная Марина и скрылась за стеклянными дверьми «Жемчужины». С расстояния десяти метров даже родной отец принял бы ее за меня. Не обнаружив в зале депутата, девушка пристроилась за свободный столик, о чем и сообщила тихонько в микрофон.

Через несколько минут возле ресторана притормозил зеленый «Форд». Из него выскочил молодой мужчина и спешно направился ко входу. Это точно не Верещагин. Но, хотя я и видела прибывшего лишь мельком, что-то в его облике показалось мне смутно знакомым. Зеленый «Форд»… Ну конечно же, это помощник депутата Вячеслав Савицкий! Я видела его выходящим из подъезда Киселевой, и он был первым подозреваемым в ее убийстве.

— Началось, — прошипела я тихо, — Верещагин прислал своего подручного.

В подтверждение моих слов захрипело приемное устройство, и мы смогли услышать диалог внутри зала.

— Здравствуйте, Анна Дмитриевна. Меня зовут Вячеслав Савицкий. Я — помощник депутата Верещагина.

— Добрый вечер, господин помощник, — игриво ответила ему Марина. — Ваш патрон не придет? У него изменились планы?