Исторические портреты. 1613 — 1762. Михаил Федорович — Петр III - Сахаров Андрей Николаевич - Страница 163

Тридцатые годы, то есть эпоха Анны, не выпадали из этого ряда. Именно в эти годы был сделан серьезный шаг к будущим разделам Польши. Первого февраля 1733 года Умер шестидесятичетырехлетний польский король Август II. Польше началось «бескоролевье» — отчаянная борьба за власть. Эта борьба контролировалась согласованными действиями России и Австрии. Союзники «оберегали» дворянскую демократию Речи Посполитой, чтобы не дать усилиться королевской власти, а значит, и польской государственности. Ситуация осложнялась тем, что в борьбу за престол ввязался некогда изгнанный из Польши Петром I экс-король Станислав I Лещинский. Заручившись поддержкой зятя —  французского короля Людовика XV, он приехал в Польшу. Россия отреагировала решительно и бескомпромиссно: «По верному нашему благожелательству к Речи Посполитой и к содержанию [в] оной покоя благополучия и к собственному в том натуральному великому интересу [избрания Станислава] никогда допустить не можем". Таков был окончательный вердикт русского правительства. Срочно к польской границе была двинута русская армия.

Тридцать первого июля русские войска с двух направлений вторглись в Польшу, а в августе их примеру последовали австрийцы. Союзникам не удалось предотвратить выборы Станислава на собрании всей польской шляхты, но почти сразу же вновь избранный король бежал в Гданьск — к Варшаве подошли войска русского генерала Петра Ласси. Вольный город дал убежище Станиславу, рассчитывая на приход французской эскадры с десантом. Расчет оказался неверен — превосходство русских и австрийцев оказалось подавляющим. Началась осада Гданьска. Ласси был заменен Минихом. В мае 1734 года французы высадились на берег и почти сразу же были смяты русскими войсками, после чего французский флот покинул Балтику.

В конце июня Гданьск сдался, Лещинский же накануне бежал в крестьянском платье за границу. К этому времени в Польше полыхала гражданская война. Сторонники России, поощряемые деньгами, поспешно избрали на польский трон сына покойного короля Августа II. Новый король Август III, поддержанный русским корпусом, начал борьбу со сторонниками Станислава. Противники жгли, разоряли города и села, убивали и грабили их жителей. К осени 1734 года, опираясь на русские штыки, Август III взгромоздился на польский трон. Отныне стало ясно, что судьба польской государственности уже мало зависит от самих поляков. Россиян Австрия в этой войне, называемой войной «за польское наследство», сделали решительный шаг к будущему разделу этого принадлежащего только полякам наследства.

Результатом успешной польско-русской войны 1733 — 1734 годов стало еще одно «приращение» к Российской империи. Война резко ослабила Польшу — сюзерена Курляндии, и Бирон, несмотря на ворчание Пруссии, спокойно прибрал к рукам курляндскую корону. С этого момента Курляндия перестала быть спорной территорией — для всех стало ясно: ее хозяева сидят в Петербурге. И когда в 1762 году к власти пришла Екатерина II, она вернула герцогскую корону Бирону — в его лояльности России не приходилось сомневаться: Курляндия была наша!

Осенью 1735 года Россия неожиданно начала воину против Турции. В XVIII веке это была вторая, после Прутского похода 1711 года, русско-турецкая война. А всего же за два века противостояния с 1676-го по 1878 год турки и русские проливали кровь друг друга в одиннадцати войнах. Это была борьба за господство над Черным морем, Балканами, Кавказом, за торжество одной веры над другой. Борьба с «неверными»за расширение земель ислама для одних для других была борьбой с «басурманами», за изгнание их из Константинополя, который к тому времени уже для доброго десятка поколений турок был родным Стамбулом.

Главнокомандующий русской армии Миних составил план войны, которая через четыре года должна была увенчаться триумфальным вступлением русских войск в Константинополь и водружением креста на храм Святой Софии — поруганной святыни православия. Как и много раз позже, жизнь показала нереальность подобных планов, хотя начало войны было успешным — весной 1736 года сдалась сильная крепость в устье реки Дон — Азов, и в мае наступил черед вассала Турции — Крымского ханства. Русские войска через Перекоп вторглись на Крымский полуостров.

Русские войска беспрепятственно углубились в Крым, татары отступили в горы, запылали крымские аулы и города, был разграблен и сожжен великолепный ханский дворец в столице Крымского ханства городе Бахчисарае. Но вскоре повальная смертность от дизентерии, жары, недоедания стала опустошать ряды русской армии, и она поспешно покинула Крым, устилая путь трупами своих солдат. Впоследствии, в ходе войны, русские еще дважды вторгались в Крым, уничтожая все, что не удалось уничтожить в первый раз. В военных действиях против турок, которые развернулись в Причерноморье и Молдавии, преимущество было на русской стороне.

Но война все же шла не по плану Миниха. Потери были огромны — не менее ста тысяч человек, причем люди гибли не под пулями турок и стрелами татар, а от болезней, от непривычно жаркого климата. Ведение боевых действий не было продумано, снабжение солдат — из рук вон плохо. Миних не сумел приспособиться к особым условиям войны на юге, не щадил солдат, которые, повинуясь указам фельдмаршала, двигались по степи в огромном каре и от жары, пыли, усталости и голода замертво падали в строю. Но самым серьезным недостатком Миниха было полное неумение использовать результаты достигнутых побед. Все завоеванные крепости (кроме Азова) пришлось оставить, каждая кампания начиналась не с завоеванных рубежей, а из глубокого тыла.

Не были согласованы военные действия со вступившей в войну Австрией. Неудачной оказалась и дипломатическая работа. На мирном конгрессе 1738 года в маленьком украинском городе Немирове Россия предъявила туркам чрезмерные территориальные требования, и переговоры сорвались Белградский мир 1739 года, заключенный от имени России французскими дипломатами, не был победоносным. Россия получила лишь Азов, некоторые территории на Украине и надежды на будущий успех в новой войне за Черноморское побережье, так как южное направление имперской политики с той поры стало наиболее перспективным и многообещающим для России.