Контакт - Саган Карл - Страница 103

— Значит, вы перекачиваете материю в Лебедь А целых 600 миллионов лет?

— Да, ваши радиоастрономы уже успели ознакомиться с некоторыми из побочных эффектов ранней стадии наших работ. Теперь мы ушли далеко.

Она подумала, пройдут новые сотни миллионолетий, и радиоастрономы Земли, если она еще будет существовать, смогут обнаружить вблизи Лебедя А значительный прогресс в перестройке Вселенной. Постаравшись успокоиться, она ждала новых откровений, дав себе обет не думать о собственном ничтожестве. В космосе обнаружилась целая иерархия могучих существ, подобных которым она не могла даже представить. Но и для Земли отыщется ступенька на этой лестнице — иначе зачем им все эти хлопоты?

Тьма втекала обратно в зенит, уступая место Солнцу и голубому небу. Все стало прежним: легкий прибой, песчаный берег, пальмы, дверь Магритта, микрокамера, пальмовая ветвь и… отец.

— А эти облака и кольца межзвездного газа возле центра Галактики, разве они не являются результатом периодических взрывов? Разве не опасно располагать станцию именно здесь?

— Эпизодических, а не периодических. Они не настолько сильны, как в Лебеде А. Они предсказуемы. И мы ждем их заранее — приходится только вовремя присесть, так сказать. Ну когда случается что-нибудь серьезное, станцию приходится отводить подальше. Все это, понимаешь, повседневная рутина.

— Конечно. Рутина. Значит, вы и построили все это? Ходы в том числе… Вы и… инженеры из других галактик?

— Нет, мы ничего не строили.

— Я чего-то не поняла. Поясни.

— Так было во всех галактиках. Мы, например, происходим из многих миров Млечного Пути. Когда первые из нас изобрели звездолеты, то вскоре случайно наткнулись на одну из пересадочных станций. Конечно, тогда мы не знали, что это такое. Мы даже не знали, что это искусственные сооружения, пока не набрались смелости и не нырнули в эти дыры.

— Кто это «первые»? Предки… вашей расы… вида?

— Нет-нет, мы все не родня по крови, мы происходим из многих миров. И понемногу мы разыскали много ходов, они были различного возраста и по-разному украшены, но все оказались заброшенными. Большая часть ходов действует до сих пор. Мы только кое-что починили и усовершенствовали.

— А другие искусственные объекты? Мертвые города? Какие-нибудь анналы? Случайно оставшиеся строители?

Он покачал головой.

— И никаких заброшенных заводов величиной с планету?

Он повторил жест.

— Значит, существовала галактическая цивилизация, которая упаковала вещички и уехала отсюда, не оставив иных следов, кроме станций?

— Более или менее так. В других галактиках дело обстояло точно так же. Миллиарды лет назад они куда-то исчезли. И мы не знаем куда.

— Но куда они могли подеваться?

Он в третий раз, но уже медленнее, качнул головой.

— Значит, вы не…

— Да, мы только «обслуживающий персонал», — проговорил он. — Но однажды они могут вернуться.

— Если позволишь, еще вопрос, — попросила Элли, выставив вперед указательный палец, как это делала с двухлетнего возраста, — еще один.

— Хорошо, — невозмутимо отвечал он, — но у нас осталось только несколько минут.

Она вновь поглядела на дверь и слегка поежилась, когда мимо проскочил небольшой полупрозрачный краб.

— Я хочу узнать о ваших мифах, о религии. О том, что наполняет вас священным трепетом. Неужели творцы, обладающие немыслимым могуществом, сами не способны на благоговение?

— Люди тоже создают одухотворенные вещи. Я понимаю, о чем ты спрашиваешь. Конечно, мы ощущаем и благоговение, и трепет. Мне просто трудно передать тебе это ощущение во всей полноте. Я приведу тебе простой пример, не совсем точный, но он позволит тебе получить представление…

Отец умолк на миг, в этот момент у нее кольнуло слева в затылочной части. Элли поняла, что он как-то перебирает ее нейроны. Неужели прошлой ночью они что-то пропустили? Если так, отлично. Значит, и они не наделены совершенством.

— …о природе благоговения в нашем понимании. Возьмем, например, число «пи», отношение длины окружности к ее диаметру. Конечно, ты знаешь и про это число, и про то, что оно бесконечно. Во всей Вселенной не найдется такого создания, которое могло бы вычислить «пи» до последней цифры — умственные способности тут ни при чем, поскольку у числа нет предела. Ваши математики сумели вычислить его до…

Она вновь ощутила покалывание.

— …Никто из вашей Пятерки не знает… Ну, скажем, до десятимиллиардного знака. Надеюсь, тебя не удивит, что математики других миров дерзнули на большее. Предположим, что расчеты некоторых из них позволили уйти после запятой на десять в двадцатой степени знаков. И тогда происходит следующее: хаос цифр исчезает и начинается невероятно долгий ряд, состоящий только из нулей и единиц.

Он небрежно чертил пальцем ноги круг на песке. Элли чуть помедлила, прежде чем ответить.

— Потом участок с нулями и единицами заканчивается и вновь начинается беспорядочный набор цифр? — Заметив слабое поощрение в его глазах, она продолжила: — А число нулей и единиц? Оно равно произведению простых чисел?

— Да, одиннадцати чисел.

— Значит, внутри числа «пи» содержится сообщение, имеющее одиннадцать измерений? Кто-то во Вселенной пытается обратиться к нам с помощью… математики? Но как… помоги, я не понимаю. Ведь математика не подчиняется произволу. То есть число «пи» повсюду имеет одно и то же значение. Как можно заложить послание в «пи»? Значит, оно заложено в самые основы Вселенной?

— Именно.

Элли молча глядела на него.

— Дело обстоит даже лучше, — продолжал он. — Предположим, что последовательность нулей и единиц проявляется только в десятичной системе счисления, а в остальных наблюдается некая путаница. Предположим также, что существа, впервые обнаружившие это, обладали десятью пальцами. Понимаешь? То есть число «пи» миллиарды лет дожидалось внимания десятипалых математиков. Значит, это послание как бы адресовано нам.

— Но ведь это только пример, и речь вовсе не о десяти в двадцатой степени знаков? У вас же не десять пальцев?

— Действительно, — он вновь улыбнулся.