Барсук выслеживает тигра - Чонси Нэн - Страница 39

— Нет, — остановила его мать. — Сначала посмотрим, как она будет заботиться о нем в дороге. Если привезет его домой живым и здоровым, тогда можно будет ей подарить его.

— Еще один вопрос — и самый важный, если мы не хотим, чтобы наш дом сгорел дотла и от него начался лесной пожар, когда мы будем далеко отсюда: кто принесет воды из ручья и зальет огонь в камине?

— Можно мне? — вызвалась Брон, вопросительно глядя на Крошку маму, а Сэм, хмурясь, смотрел на горячую золу в камине, — слой ее был почти в фут толщиной.

— Нет, Брон, тебе я поручила Шеппи и Тикки, и еще ты все свои вещи должна снести и навьючить на Наррапса. Бадж тоже не может — он должен привести Принца и Алмаза, а мы с отцом будем их навьючивать. Так что… Может, ты этим займешься, Сэм?

— Хорошо, тетя, — не очень охотно отозвался Сэм.

— Зальешь камин так, чтоб ни искорки не осталось, — сказал Дэйв. — А завтра, если кто проспит, будет есть холод ное. Ну, за работу! Надо всё сделать сегодня, а завтра встанем до зари. — Он потянулся и зевнул. — Я думаю, нам с мамой эту ночь спать не придется. Верно, женушка?

13. В ПОИСКАХ СЛЕДОВ

Солнце выглянуло меж двух скалистых „кулаков“ и окрасило в розовый цвет кудрявые облака; черные сойки летали вокруг с резкими хриплыми криками, как будто насмехаясь над маленьким отрядом, которому предстоял путь в неизвестность.

— Все готовы? — крикнул отец, заняв место впереди. Он посадил Шеппи на спину к Наррапсу впереди Брон.

Малышка радостно улыбнулась ему. Она крепко держала коробку с Тикки, а Брон обеими руками обхватила сестренку за талию.

— Кажется, брезент уложен не очень хорошо. — Говоря это, Бадж поправлял вьюк на Принце. — Может, привязать для равновесия еще что-нибудь с другой стороны?

— Верно, сынок. — Отец обошел вокруг Принца и посмотрел в сторону дома, откуда уже спешила к ним Крошка мама с последними узлами.

— Беги-ка возьми у матери узлы. Их-то и подвесим с другой стороны. А где же Сэм?

— Сейчас придет, — ответила Крошка мама. — Он заливает огонь в камине. Вещи мы все вынесли, Дэйв, и я только схожу в последний раз — гляну, все ли там в порядке.

— Ладно, женушка. Пора трогаться. Ставни не забыла закрыть?

— Закрыла. Осталось только проверить, хорошо ли Сэм залил огонь… Что там такое?

Услышав внезапный вопль Брон и какой-то стук, Крошка мама бросилась к пони. Оказалось, что коробка с Тикки свалилась на землю и лежала вверх дном, а бедный зверек, обомлев от страха, жался к стенке. Шеппи же вырывалась из рук Брон, желая слезть и спасти своего любимца.

— Она его уронила! — кричала Брон. — Я и не поняла сначала, что происходит… Хотела схватить коробку, а она — хлоп на землю! Да и мы чуть не упали — и всё из-за Шеппи!

— Зачем ты это сделала, Шеппи? — спросила Крошка мама, после того как навела порядок. Она стала гладить тяжело дышавшего зверька. — Бедняжка Тикки мог из-за тебя сильно удариться!

Шеппи, ничего не ответив, сняла свой красный беретик и протянула его тете, как человек, собирающий подаяние.

— Ага! — Крошка мама с улыбкой посадила в берет Тикки. — Ты, верно, хочешь взять его на минутку, чтобы извиниться перед ним?

Но как только Шеппи убедилась, что Тикки удобно устроился в ее берете, она сунула берет к себе за пазуху под пальто. Потом весело оглянулась на Брон и бросила торжествующий взгляд на Крошку маму. Пальто было старое, Иггино, — его отдали Шеппи на время путешествия, и оно ей, конечно, было широко. Поэтому, когда Брон начала бранить сестру, Крошка мама за нее заступилась:

— Оставь ее, пусть себе держит Тикки за пазухой, пока не станет жарко и она не захочет снять пальто. А коробку я привяжу к одному из вьюков.

— Давай ее сюда, — сказал отец. — И веди Наррапса вперед, а мы вас догоним. Пора трогаться, не торчать же нам тут целый месяц!

Крошка мама пошла рядом с пони впереди всех. За ними на некотором расстоянии шел Принц, весь обвешанный вещами, как рождественская елка, и Алмаз — он был отдан на попечение Сэма и тащил на себе только запас корма для всех трех лошадей. Следом шли оба мальчика, а последним — отец Баджа в своей старой синей куртке и широкополой шляпе. Он следил, чтобы кладь была в равновесии. По временам он смотрел вдаль, на юг, словно выбирая дорогу, — теперь солнце уже поднялось выше, и холмы были видны как на ладони.

— Вот поднимемся на пригорок и там дадим лошадям отдохнуть, — сказал отец через некоторое время, когда загон старой Бауры остался уже далеко позади. — Передай это остальным, Бадж.

Знакомая часть леса кончилась вместе с тропой, по которой они ехали. Тропа эта у вершины холма сворачивала на восток и вела к обширным горным лугам, где паслись стада. Они же держали путь в незнакомые места, на юг. После того как лошади были привязаны в тени, а путники улеглись, давая отдых усталым ногам, отец прошел немного вперед.

— Не развести ли огонь да поставить греть воду? — спросил Бадж.

— Нельзя, сынок. Здесь костер разводить опасно: и не оглянешься, как огонь перебросится на кусты — и вот тебе лесной пожар. — Отец вздохнул. — Обойдемся без чая, пока не удастся развести костер в высохшем русле какого-нибудь ручья.

— Тикки хочет пить, — объявила Шеппи. Ей было уже жарко в пальто, но она его не снимала, жалея Тикки, потому что солнце нещадно палило с ясного неба.

— Да он, кажется, спит, — со смехом сказала Крошка мама. — Но все-таки принесите кружки, я налью вам воды. Котелок я тоже наполнила. Давайте закусывать. Мешок с завтраком у Брон.

Брон раздала пакеты с ломтями хлеба, намазанными медом, и аккуратно собрала всю бумагу, в которую они были завернуты, — бумага была очень нужна.

— Пойду осмотрю местность, чтобы знать, куда нам держать путь, — сказал отец, поев. — Хотите со мной, мальчики?

Оба мальчика тотчас вскочили, гордые его предложением, и едва сделали несколько шагов, как лес сомкнулся вокруг них. Со всех сторон он выглядел совершенно одинаковым. Им уже казалось, что они никогда-никогда не найдут пути обратно. Но отец смело шагал сквозь кустарник, как будто перед ним была большая дорога.

— Где-то здесь неподалеку мы увидим ту долину, где я заметил Пеструшку, — сказал он.

И, когда они, перебираясь через стволы упавших деревьев и валуны, продираясь сквозь папоротники, оказались, наконец, на гребне холма, перед ними развернулась вся долина.

— Ах, папа! Ведь нам ни за что не спуститься!

Бадж и Сэм с ужасом смотрели на отвесный спуск высотой в несколько сот футов, а отец обводил долину зорким взглядом ястреба: он искал внизу прогалины, где могла пастись их Пеструшка.

— Правильно, сынок. Надо идти поверху до конца долины и спуститься там, где склон более пологий. Может, сразу найдем нашу телку. А может статься, она даже бродит где-то здесь, внизу, под самым носом у нас.

— Ещё повезло вам, что вы увидели ее в тот раз — ведь вокруг такой густой лес, — заметил Сэм.

— Надо обязательно найти ее или хотя бы ее след. А еще надо отыскать подходящее место для ночлега. Так что не будем задерживаться. Пошли, ребята! — Отец шел впереди, но на ходу оглянулся и добавил: — Ты прав, Сэм, мирты там внизу растут очень густо, и мне повезло, что я увидел Пеструшку. Но я думаю, найти ее в этой долине будет еще труднее. Трудности все впереди, это надо помнить.

— А у вас есть с собой компас, дядя Дэйв? — спросил Сэм, окинув испуганным взглядом бесконечный лес вокруг. — Вы бы, наверно, заблудились без компаса, правда?

Дядя только рассмеялся. А Бадж сказал с гордостью:

— Когда папа искал золото, те, что ходили с ним, называли его „человек-компас“. Верно, папа?

— И все-таки раз я заблудился, самым настоящим образом потерялся в лесу. А когда туман в лесу рассеялся, глянул я вниз с Трех кулаков и вижу, — еще шаг, и я полетел бы вниз. Угодил бы я тогда в нашу долину скорее, чем утконос ныряет в нору, завидев человека.