Песни и сказания о Разине и Пугачеве - Автор неизвестен - Страница 71

Легенды рассматривают эту внезапную смерть как прямое следствие враждебности Бородина к Пугачеву.

Легенды о Бородине однотипны. Все они одинаково осмысляют смерть яицкого старшины. В представлении уральских казаков он явился как бы собирательным образом врагов Пугачева, которые непременно погибают, в то время как его друзья и «сообщники возвышаются.

Рассказы, по-иному толкующие смерть Бородина (отравление его петербургскими чиновниками из зависти к его быстрой карьере), по отзыву Железнова, гораздо менее распространены среди уральцев.

ПЕСНИ И ПРЕДАНИИ О РАЗИНЕ И ПУГАЧЕВЕ В ЗАПИСЯХ ПУШКИНА

1—2. Впервые напечатано П. В. Анненковым в газете «Порядок» 1881, №. 11 (12 января), с пометкой: «Выписано из черновых тетрадей поэта в 1853 году».

В настоящее время рукопись записей Пушкина хранится в Библиотеке им. Ленина в Москве № 2368, Л. 51–52. Опубликовывая песни, Анненков высказал мнение, что песни эти сочинены Пушкиным. Но это мнение вскоре же встретило возражения. П. Д. Голохвастов, сопоставив песни с записями устных памятников, решительно высказался (газета «Русь» 1881, № 11), что песни эти записаны Пушкиным. Также Грот («Русь» 1881, № 13) выставил предположение, что песни были записаны в Михайловском в тот период, когда Пушкин просил своего брата прислать «историческое сухое известие О Ст. Разине». Впоследствии утвердилось мнение, что песни о сынке Степана Разина была записаны и, может бдоть, слегка стилизованы Пушкиным. Правда, исследов^-телями подчеркивалось, что к фольклорным записям Пушкина необходима особая осторожность, ввиду того, что поэт умел мастерски подражать народным образцам. Но по отношению к этим песням о сынке Разина, думается, можно с уверенностью утверждать, что они записаны Пушкиным. Подлинность их подтверждается их массовой известностью. В печати (не считая рукописных записей) насчитывается более ста вариантов. Запись Пушкина является одной из северных вариаций. Возможно, что, записав эти два образца, Пушкин заменил отдельные выражения, например, вместо «штапам-офицерам», — как встречаем во многих вариантах, — поставил: «боярам государевым»; затем слово «губернатор» заменил словом «воевода» (за исключением конца песни) и т. д.

Хотя интерес к Разину проявился у Пушкина в начале 20-х годов в период разъездов с Раевским-младшим по Кубании и Донской области (ео время ссылки на юг), — возможно, что тогда еще Пушкин слышал и песни о Разине, — но в Псковщине этот интерес возрождается; по всей вероятности, эти «песни» были записаны тогда же. Возможно, Пушкин слышал их, а моисет быть, и записал уже, незадолго до письма своего к брату Льву Сергеевичу осенью 1824 года. М. А. Цявловский полагает (сб. «Рукою Пушкина» Academia 193 >), что песни о Стеньке Разине были записаны Пушкиным от его няни, Арины Родионовны.

Местные краеведы отмечают песню о сынке в псковских районах. Кроме того по своей полноте и композиционному строю вариант Пушкина-ближе всего север

ным образцам. Обычно южные варианты более трансформированы и фрагментарны. Кроме того в северных вариантах весьма часто встречается измененное имя Разина «Сенька» (как и в записи Пушкина). В южных вариантах это изменение реже. Интересно отметить, что в 1902–1903 гг. вторая из пушкинских песен была записана А. И. Мякутиным в Оренбургском крае от полковых казаков в ряде станиц (М. 290; Л. 19). Вероятно, этот отрывок проник в казачьи полки уже книжным путем.

Копии пушкинских записей, переписанные (с незначительными разночтениями) писарским почерком, были обнаружены в бумагах Плетнева. Вместе с этой копией была и другая, тщательно переписанная рукой Погодина. В ней оказались три стихотворения, озаглавленные «Песни о Стеньке Разине».

I

Как по Волге реке, по широкой,

Выплывала востроносая лодка,

Как на лодке гребцы удалые,

Казаки, ребята молодые.

Па корме сидит сам хозяин,

Сам хозяин, грозен Стенька Разин,

Перед ним красная девица,

Полоненная персидская царевна.

Не глядит Стенька Разин на царевну,

А глядит на матушку на Волгу.

Как промолвит грозен Стенька Разин:

«Ой ты гой еси, Волга мать родная!

«С глупых лет меня ты воспойлэ,

«В долгу ночь баюкала, качала,

«В волновую погоду выносила,

«За меня ли, молодца, не дремала,

«Казаков моих добром наделила,—

«Что ничем тебя еще мы не дарили».

Как вскочил тут грозен Стенька Рази». Подхватил персидскую царевну,

В волны бросил красную девицу, Волге-матушке ею поклонился.

II

Ходил Стенька Разин В Астрахань город Торгевать товаром.

Стал воевода Требовать подарков.

Поднес Стенька Разин

Камки хрущатыя } (aic: bis)

Камки хрущатыя, — J 4 Парчи золотыя.

Стал воевода Требовать шубы.

Шуба дорогая,

Полы-то новы,

Одна боброва,

Другая соболия.

Ему Стенька Радин Не отдает шубы.

«Отдай, Стенька Радин,

«Отдай с плеча шубу.

«Отдашь, так спасибо;

«Не отдашь — повешу «Что во чистом поле «На деленом дубе,

«Да в собачьей шубе».

Стал Стенька Радин Думу думати:

«Добро, воевода,

«Возьми себе шубу,

«Да не было б шуму».

III

Что ни конский топ, ни людская молвь,

Не труба трубача с поля слышится,

А погодушка свищет, гудит,

Свищет, гудит, заливается,

Задывает меня, Стеньку Радина,

Погулять по морю, по синему:

«Молодец удалой, ты разбойник лихой,

«Ты разбойник лихой, ты разгульной буян.

«Ты садись на ладьи свои скорые,

«Распусти паруса полотняные,

«Побеги по морю по синему.

«Пригоню тебе три кораблика:

«На первом корабле красно долото,

«На втором корабле чисто серебро,

«На третьем корабле душа-девица».

Вероятно, в бумагах Плетнева и оказались именно те самые, записанные, а также и сочиненные Пушкиным «Песни о Стеньке Разине», о которых писал Пушкину Бенкендорф, не допуская их к печати. (См. Грот «Пушкин, его лицейские товарищи и наставники». Идд. 2, Спб. 1899, «Песни о Стеньке Разине», стр. 135–142).

3—4. Переводы Пушкина песен о Разине на французский язык с текста «Новиковского песенника», М. 1780. Ч. I, № 137, 134; то же у Киреевского, вып. VII,

стр. 33, 40 и 41; то же М. 343; Л. 73 и М. 339; Л. 69. То же настоящий сборник, Песни о разинщине, № 15 и 22. Переводы были сделаны Пушкиным для французского литератора Леве Веймара (Loewe Weimars), гостившего в Петербурге в июне-июле 1836 г.

В 1884 г. рукопись перевода была приобретена И. И. Курисом (херсонским губернским предводителем дворянства) на аукционе в Париже и предоставлена П. И. Бар-текову для опубликования. Последний издал ее в «Русском архиве» 1885 г. № 3, стр. 451–460. Затем текст пушкинских переводов перепечатывался в собраниях его сочинений. В настоящее время рукопись хранится в Ленинграде в архиве Института русской литературы Академии Наук СССР.

В статье Н. Н. Трубицына: «О русских, народных

песнях, переведенных Пушкиным на французский язык» (Спб, 1900, отд. отт. из LVII ч. Зап. историко-филологического факультета С.-петербургского ун-та) были перепечатаны переводы Пушкина с указанием вариантов народных песен. Песни переведены прозою.

5. Предание приведено Пушкиным в примечаниях к «Истории Пугачевского бунта», гл. Y.

Здесь текст дан по изданию 1834 года, примеч. № 17, стр. 52 («История Пугачевского бунта», часть I, Спб. 1834).

В конце марта Пугачев был разбит под Татищевой соединенными силами правительственных войск. Пугачев отступал. Реки между тем вскрывались, и убитые под Татищевой плыли вниз по течению. «Жены и матери стояли у берега, стараясь узнать между ними своих мужьев и сыновей» («История», гл. Y).

Легенда своим содержанием объединяет разинщину и пугачевщину.

В первоначальном тексте Пушкин поместил это предание в самый текст, но, по указанию Николая I, должен был перенести его в примечания. По преданию, старая казачка оказывается матерью Стеньки Разина. Она ищет своего сына между погибшими пугачевцами. Вероятно, этот рассказ Пушкин слышал в Оренбургском