Сказка для волка - Барбуца Евгения Васильевна - Страница 59

– Я этого не говорил, – настороженно отвечал Дмитрий.

– Никаких больниц, – тихо говорила я, сбиваясь периодически на шипение. – Никаких экспериментов. Если ты попытаешься передать меня кому-нибудь из ваших деятелей науки, я убью тебя своими руками.

– Детка, я не отдам тебя никому. – Он поднялся со стула и подошел ко мне, пристально глядя в глаза. – Никакому другому оборотню ты не достанешься. Ни как материал для эксперимента, ни как женщина. Никому.

В его голубых глазах полыхал священный огонь одержимости.

На рассвете мы покинули уютный домик.

После разговора с Дмитрием я долго размышляла на тему собственных желаний. Вопрос стоял ребром. Оставаться гордой или живой? По всему выходило, что жить мне хочется больше, чем оставаться гордой. Надолго ли?

Перед отъездом проявила характер и настояла на встрече с женщиной в подвале. Мне нужно было убедиться в том, что она жива. Жива. Вздохнув с облегчением, незаметно сунула ей в руку клочок бумаги. Надеюсь, она исполнит мою просьбу, придя в себя. Записку я написала тайком от Дмитрия. Это было не сложно, всего-то и требовалось, что выставить его из дома под благовидным предлогом, коим послужил голод. За домом стоял маленький сарай с курятником, куда и направился Дмитрий добывать нам еду. Ручку и бумагу нашла легко. Уговорить Дмитрия допустить меня к женщине было гораздо труднее. В подвал он спустился со мной, но не стал возражать, когда я решила проверить пульс у несчастной. План был откровенно никудышным, слишком много различных «если». Например: «если ее не убьют, после того как мы уедем». Но попытка не пытка, не так ли?

Кстати, обувь мне так и не нашли. Дима предпочитал носить меня на руках. Словно куклу.

– В детстве не наигрался? – съязвила я.

– Так меньше шансов, что ты сбежишь, – последовал благодушный ответ.

Наивный! Я закатила глаза, показывая свое отношение к подобным мерам предосторожности. Судя по всему, он не в курсе моей лесной прогулки в далекой сибирской тайге.

– От волка не сбежишь, – буркнула я.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – улыбнулся он.

– В туалет меня тоже на руках носить будешь? – недовольно посмотрела на него.

– Конечно.

Как оказалось, он не шутил.

– Поставь на землю! – заорала я, когда подобное произошло впервые. – Отпусти немедленно, я сама дойду!

– Ты босиком, – спокойно парировал Дима.

– Ненормальный! Псих! Да чтоб ты провалился, волчара блохастый! – извивалась я.

Плевать на жизнь, гордость на первом месте!

– Детка, на нас люди смотрят, – веселился он.

– Да хоть инопланетяне! – рявкнула я особенно громко.

Народ в придорожной кафешке, куда мы заехали пообедать, стыдливо отвернулся.

– Не вертись, Детка, не хотелось бы тебя уронить. Пол грязный, – сокрушался он.

На самом деле ему нравилось происходящее.

Пока мы ехали в машине, я старательно игнорировала все его попытки завести беседу. Молча пялилась на дорогу, всем своим видом давая понять, насколько я несчастна, что, кстати, недалеко от правды. Я скучала по дяде и довольно часто размышляла о Саше.

Полное игнорирование его персоны с моей стороны Дмитрия ввергало в отчаяние, вплоть до тихой ярости. Так что сейчас, в момент небывалого всплеска активности в моем исполнении, Дима просто млел от счастья. По крайней мере, именно это чувство было написано на его наглой, смазливой роже.

– Да иди ты! – выпалила я в сердцах.

Лишь спустя секунды до меня дошло, кого именно я послала. Сжавшись и зажмурив глаза, я ждала неминуемой расплаты. Но ничего не произошло. Несмело открыла ясные очи и увидела восторг на его лице.

– Псих, – недовольно проворчала себе под нос.

Подобные сцены повторялись еще пару раз, я орала – Дима веселился. Уже к вечеру мы въезжали в маленький районный центр. До Москвы оставалось не так уж и много. Чем ближе мы были к столице, тем сильнее я начинала ненавидеть этот город.

– Почему ты уверен, что Саша не последует за нами на территорию чужой Стаи? – как-то раз спросила я Дмитрия.

– Он не рассказывал тебе? – удивился тот.

– О чем?

– Его Стая превосходит остальные по числу волков и размерам территорий, – не отрывая взора от дороги, объяснял Дмитрий. – В Совете его ненавидят. Он угроза для хрупкого равновесия. Такая территория и для одной Стаи! Совет спит и видит, как бы восстановить справедливость. Плюс ко всему Назаров не позволяет на своей территории охоту на людей. Ты думаешь, я единственный Хорт, поощряющий охоту? Ошибаешься, Детка, нас таких много. Но и влияние Назарова достаточно велико. Знаешь, почему я присоединился к его Стае? Рассчитывал занять там место приближенного до поры до времени. Мой отец не посмел бы пойти против Назарова и не смог бы силой вернуть меня под свою опеку. Противно это признавать, но он действительно сила. Я это к тому, что ему не позволят вступить на территорию другой Стаи. Совет воспримет подобное действие как объявление войны.

– Что люди, что оборотни – все одинаковы, – усмехнулась я.

– Детка, мне не нравится выражение грусти на твоем личике, – сообщил Дима. – У Совета есть основания так поступать. Твой Назаров построил свою Стаю на костях. На территории России было несколько крупных Стай до Второй мировой. Но пришел он, и численность волков уменьшилась в разы, а Стаи объединились в одну. И прежде чем Совет опомнился, прекратив свои дрязги, у них под боком вырос ненасытный монстр. Стоит этому монстру проявить интерес к соседям, как там немедленно что-нибудь случается. А в общем итоге он присоединяет себе новые территории, что сопровождается кровью. Поверь мне, я по сравнению с ним белый и пушистый.

– Но, несмотря ни на что, ты прибыл сюда, дабы разыскать мою мать, – заметила я.

– Потому, что нынешняя ситуация – локальный конфликт, а вот если арена боевых действий перенесется на чужую территорию, не принадлежащую ни мне, ни Назарову, это уже непочтение к Совету. И война.

Отлично, я пропала.

– Дима, отпусти меня, а? – жалобно попросила я.

– Нет, – нахмурился он.

– Ну зачем тебе такие проблемы? Я не могу обернуться, не обладаю вашими суперспособностями, я больше похожу на человека, чем на одну из вас.

– Детка, не мели чепухи.

– Я не Аня. Я не заменю тебе ее, – разозлилась я.

– А мне не нужна замена. – Его хорошее настроение вмиг испарилось. – Мне нужна ты.

– Зачем?! – развернулась к нему лицом. – Решил с моей помощью сотворить оборотней с врожденным иммунитетом к человеческой крови? Хочешь заставить меня рожать в год по щенку? От кого-то определенного или через меня пройдет каждый из твоих волков? И у моих монстриков будут разные папаши, – расхохоталась я.

Дмитрий утопил педаль тормоза в пол, по всей округе разнесся противный визг шин, а я, не пристегнутая ремнем безопасности, со всего маху приложилась головой о приборную панель. Было больно. Еще один рывок, но уже куда-то вбок. И все это отдается тупой болью в голове. Открыла глаза, которые успела зажмурить в испуге, и увидела бешеный взгляд голубых глаз очень близко от меня.

– Закрой рот, Руслана, – процедил он.

– А то что? – с вызовом уставилась на него.

Ой. Что же это? Неужто последние мозги отбила?!

– Я не хочу тебя наказывать, – прорычал он. Его глаза полыхнули желтыми искрами, а кожа чуть потемнела, но он с собой справился и не обернулся прямо в машине. – Чтобы я больше не слышал от тебя подобной чуши! Никто, кроме меня, к тебе не прикоснется! Поняла?!

Я испуганно кивнула больной головой. Все-таки удар пришелся на пользу, мозги вернулись и благоразумие с ними.

– Не слышу, – рыкнул Дмитрий.

– Я поняла, – тихо отвечала я, чувствуя его жесткую хватку на своих плечах.

– Что ты поняла? – Его взгляд начал неуловимо меняться.

– Я больше не буду говорить глупостей, – покорно проблеяла я.

– Ты больше не будешь говорить о других мужчинах.

Его дыхание опаляло мои губы.