Сказка для волка - Барбуца Евгения Васильевна - Страница 47

Ну а пока приходится ждать. И Сашу в том числе. Кто бы знал, как я не люблю это неблагодарное дело. Хуже ожидания, пожалуй, только квартальный отчет. Или нет? Все-таки хуже ожидания только внезапная налоговая проверка. Но опять же все относительно. И если выбирать между оборотнями и налоговой, я выберу домик в глухой деревне.

Саши не было долго. Очень долго. Я успела приготовить ужин, посмотреть кучу фильмов, понаблюдать за возвращением работающих оборотней в родные пенаты и порыться в собственном ноутбуке, выискивая любимые плей-листы. Чего уж там, я даже всерьез рассматривала попытку взлома кабинета Назарова. Останавливало лишь осознание глупости собственной затеи. Учует же, как есть унюхает!

Разозлившись, отправилась на боковую. Занят он, видите ли, охота у него, а позвонить, видно, руки не доходят! Я люблю одиночество, всегда мечтала о спокойной жизни, но бездействие и невозможность покинуть надоевший уже особняк выводили из себя.

И уже под утро, когда серые сумерки только-только начали намекать на рассвет, я услышала шум воды в ванной. А через некоторое время влажное, но горячее тело рухнуло рядом со мной на кровать, подгребая меня под себя и тихонечко засопев. Ни тебе здравствуй, дорогая, ни как прошел твой день. На мгновение почудился еле уловимый запах крови, что заставило напрячься и без того натянутые нервы. Всего лишь показалось. Но вот стальная хватка, которую экзальтированные барышни предпочли бы назвать крепкими объятиями, была вполне реальной.

Полчаса я усиленно размышляла, с чего бы вдруг Саша уже которую ночь проводит со мной в одной постели. Насколько знаю, у него здесь целых четыре спальни, но засыпал он рядом со мной. Чувствую себя персональной грелкой. Подумав еще немного, решила, что все это глупости, и продолжила смотреть приятные сны. Главное, что он вернулся живым и невредимым. Кажется.

Кстати, как выяснилось, спать с кем-то не очень удобно. Жарко, душно, и его рука весит целый центнер. В придачу меня, как куклу, из крепкого кольца объятий не выпускали. А силенок у него побольше моих будет, вот и мотало меня по всей кровати. Он повернется на левый бок и меня за собой потянет, он повернется на правый бок, и мне вновь приходится перекатываться через его тело.

Разбудила меня настойчивая мелодия мобильного телефона. Не моего. И кому приспичило в такую рань звонить?

– Говори, – услышала я сквозь полудрему хриплый мужской голос.

Последовала продолжительная пауза, дававшая надежду на возможность досмотреть сладкий утренний сон.

– Что?! – рявкнул Саша, резко вскакивая с кровати. – Вы куда смотрели, придурки?!

Естественно, я проснулась. Более того, бодрость так и хлестала из меня во все стороны. Мало того что он орет как ненормальный, так еще и материться начал, как прораб на стройке.

– Что случилось? – села я в постели, одергивая любимую ночнушку, черную, с двумя черепами на груди. Потерев глаза, окинула Александра вопросительным взглядом.

– Ру, все хорошо, – провел он ладонью по лицу, словно желал стереть что-то. Нажав отбой, посмотрел на меня. И столько усталости было в его голосе, что я невольно прониклась сочувствием к этому суровому на вид мужчине.

Пожалуй, фраза «все хорошо» – одна из самых пугающих. Особенно если ничего хорошего быть не может.

– Са-ша, – напряженно уставилась на него.

– Сегодня в шесть утра прилетел Борис. За городом на кортеж напали. Трое моих убиты. Двое ранены. Два трупа чужаков. Тело твоего дяди найдено не было.

Какая первая реакция у человека на страшную новость? Отрицание. Вот и я не могла поверить, что близкий мне человек попал в руки сумасшедшего.

Здесь и идиоту понятно, что его похитили. Самое мерзкое, что я знаю, кто это сделал, но помешать или что-либо изменить не в моих силах.

– Ты же ходил вчера на охоту, – заговорила я тихо. – Должен же был поймать этого урода. Ты же Хорт. Сильный, большой и страшный! Почему эта тварь еще жива?!

Я все-таки сорвалась. Кричала на Сашу, понимая, что он не виноват, но остановиться не могла.

– Ты обещал защитить дядю Борю, – всхлипнула я.

Меня прижали к широкой обнаженной груди, погладили по голове. Плакать я не собиралась. Никаких слез, я сказала! Слез не было, лишь жжение в глазах и горячее дыхание, обжигающее губы. Жаль, конечно, что дала выход своим эмоциям, но неправой себя не считала. Факт остается фактом, его люди не смогли защитить дядю Борю. А ведь меня предупреждали.

– Шшшш, Ру, успокойся. – Мое бренное тело перекочевало к нему на колени. Я была на грани, казалось бы, еще чуть-чуть, и приступ накроет меня с головой. Но я сдержалась. – Я вытащу Бориса. Веришь?

Что я могла сказать? Да ничего, потому как голос мне отказал. Молчаливого кивка в ответ было достаточно.

– Его не убьют, – задумчиво пробормотал Саша. – По крайней мере сразу.

Это он меня так утешает? Я подняла глаза, дабы взглянуть на Сашу поближе. Нет, не успокаивает, всего лишь размышляет вслух.

– Димке нужна информация, – бормотал он. – А Борис – мужик крепкий, сразу не расколется. Так что время у нас еще есть. Как минимум сутки.

– Саша, – я медленно сползала с его коленей, не отрывая пристального взгляда от его лица, – а почему ты его Димкой назвал? Как старого приятеля.

Он замер, растерянно глянув на меня. Но вскоре его лицо начало меняться, превращаясь в маску.

– Это естественно, – безразлично пожал он плечами. – Оборотней, носящих титул Хорт, можно по пальцам пересчитать.

Очередной кивок и нестерпимое желание что-нибудь разбить. Его лицо, например. Мне нужен был мой телефон, что-то мне подсказывало – стоит ожидать звонка от красавчика-психопата.

Покидая кровать, я старалась не смотреть на Назарова. И лишь в процессе поиска мобильника невольно заметила, как сильно трясутся у меня руки.

– Ру, – позвал меня Саша.

Игнорирую. Буря разнообразных эмоций заставляла сердце гулко биться в груди, казалось, я слышу собственный пульс.

– Руслана, – вновь позвал он.

Не обращая внимания, продолжила рыться в вещах в поисках мобильника. По-детски глупо и по-женски упрямо я пыталась сосредоточиться на одной определенной цели. Телефон. Остальное пока не важно.

– Маленькая, прекрати. – Внезапно жар опалил запястья, это Саша схватил меня за руки.

Резким движением он развернул меня к себе и пристально посмотрел в глаза. Нелюдь, чтоб его. Это же надо так бесшумно и быстро передвигаться. И пусть его замашки более не пугают, пусть даже его взгляд кажется не таким страшным, но что-то заставило меня замереть. Спорить с ним не было смысла. О чем? Если он сказал, что вытащит дядю, значит, так оно и будет. Насколько знаю, Назаров словами не разбрасывается. Ох, прав был дядя, не потяну.

В последнее время я только и делала, что ревела. Не спорю, это дело я люблю, помогает успокоиться и очистить мозги, частенько использую в качестве весомого аргумента на дяде Боре. Но слезы не помогут достичь цели, никогда не помогали. Могу ли я доверять Назарову? Нет, не доверять. Верить? Могу ли я верить ему? Альтернативы в любом случае нет. Но что-то все же останавливает. Иррациональность. Логика, не соответствующая человеческой. Неужели все происходящее – реальность?

– Ру, не молчи, – прижал он меня к себе.

Вот он, живое доказательство реальности. Он горячий, до одурения обжигающий, твердый, сильный, дышит и разговаривает. И он волк. Похоже, мне недостает безумия, чтобы смириться с невольным знанием. Мне! Той, кто всегда ходила по краю.

– Саша, – прошептала, прижимаясь к нему всем телом и преданно заглядывая в глаза.

Он не ожидал, оттого выпустил мои запястья из своего захвата.

Сойти с ума легко. В этом святом деле мне готов помочь каждый первый.

Сделала шаг назад. Еще слишком рано. Он пристально наблюдал за мной. Видел перемену в моих глазах. И остался стоять неподвижно. Молча.

Противно? Страшно? Нет. Тогда почему именно сейчас мне хочется оказаться в любом другом месте?