Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Собрание сочинений. Том 6

де Вега Лопе Феликс Карпио

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Собрание сочинений. Том 6 - де Вега Лопе Феликс Карпио - Страница 66

Изменить размер шрифта:

Леонарда

Да, бранить тебя я буду,

Хоть и не за милосердье

(Женщина соболезнует

Женщине обыкновенно),

Но за то, что даме знатной

Ты подачку бросил, дерзкий,

В миг, когда ей душу отдал.

Фелисьяно

Ты права: я глупость сделал.

Впрочем, иногда полезно,

Утешая человека,

Выразить ему участье

Ощутимо и предметно.

Только потому в придачу

Золото и дал к душе я,

Что оно в сравненье с нею

Веса вовсе не имеет

Для того, кто сердцем чист,

Хоть встречаем в наше время

Золотой мешок мы часто,

Золотое сердце — редко.

Но прощай! Бегу…

Леонарда

И все ж

Поступил ты, брат, прескверно.

Фелисьяно

Поступить не мог иначе

Я в подобном положенье.

Леонарда

Нет, ты мог, Фелисиано,

Даже от любви ослепнув,

С незнакомкой обойтись

Осторожней и умнее,

Ей сказав: «С сестрой живу я.

Вас, без всякого сомненья,

Приютит она, покуда

Вам замять скандал с дуэлью

Деньги друга не помогут».

Фелисьяно

Значит, ты ее приветишь,

Если с ней придем сюда мы?

Леонарда

Разве бог мне сердца не дал?

Хочешь, я за нею съезжу,

А при случае — по-женски

Ей замолвлю и словечко

За тебя, мой брат любезный?

Фелисьяно

Ах, сестрица, пред тобою

Упаду я на колени,

Если ангела такого

Ты утешишь и пригреешь!

Лошадей подать вели-ка,

Да отправься поскорее

В переулок Змея, ставший

Для меня теперь Эдемом.

Все отдать тебе согласен

Я за это — жизнь, именье.

Лишь души моей не требуй —

Ею ведь не я владею.

Леонарда

Лошадей, Руфина! Брату

Рай я привезу в карете.

Руфина

(Леонарде, тихо)

А тогда — два против двух!

Фелисьяно

Ангел Анхела! О, если б

Ты под этот кров явилась!

Леонарда

(в сторону)

Вы, Хуан, должник мой вечный!

Руфина

(в сторону)

Мне ж не ангела, Мартин,

Посылает бог, а беса!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ПРОХОДНАЯ КОМНАТА В ДОМЕ ДОНА АНТОНЬО

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Дон Хуан, Мартин.

Мартин

То, что случилось с нами, лишь присниться

Во сне могло.

Дон Хуан

Нет, это явь, мой друг.

Мартин

Вот уж и небо золотит денница,

Цветами усыпающая луг…

Дон Хуан

Итак, в каморке этой, как в темнице,

Встречал я час, когда все спит вокруг

И ночь вперяет в мир свой взор совиный,

Привычный путь свершив до половины.

Я думал о сестре… Вдруг в тишине

Дверь скрипнула. Вошла твоя мулатка

И молвила, что Леонарда мне

Пробраться в спальню к ней велит украдкой,

Чтоб с нею поболтать наедине.

Пьян от надежды, дерзостной, но сладкой,

Я в темноту, Руфине вслед, побрел,

Схватясь рукою за ее подол.

И вот стою я в комнате богатой,

Которая озарена слегка

Одной свечой, чей отблеск желтоватый

Колеблется от вздохов ветерка.

Везде благоухают ароматы,

Парча сверкает и шуршат шелка.

«Настал блаженный миг!» — сказал себе я,

При этом все же несколько робея.

Тут шепчет мне рабыня: «Господин!

Что ж вы боитесь подойти к кровати?»

Я осмелел, откинул балдахин

И — как любовь порой слепа некстати! —

Прелестной, словно юный райский крин,

Красавице открыл свои объятья,

Но в них узрел — ей богу, я не вру! —

Не Леонарду, а свою сестру.

Она вскричала: «Ты нашелся все же!»

И, вновь ее обняв, увидел я,

Что с Анхелой хозяйка делит ложе,

Отворотясь, но вздохов не тая.

Тогда, — хоть сознаваться в том негоже,—

Почувствовал я, что сестра моя

Доставила бы радости мне больше,

В гостинице оставшись чуть подольше.

Когда устали мы с сестрой болтать,

Я у нее спросил: «Ответь, зазнайка:

Кто лечь тебе позволил на кровать

С той стороны, где спать должна хозяйка?»

Сестра в ответ: «Она сама, чтоб дать

С тобою мне поговорить. Вставай-ка

Да ложе обойди и перед ней

Сполна свою признательность излей».

«Нет! — Леонарда вскрикнула тревожно.—

Нет! Я боюсь… Не смейте подходить!»

И, с толку сбит боязнью этой ложной,

Утратил разом я и пыл и прыть.

Она же, словно я злодей безбожный,

Задумавший насилье совершить,

От страха напускного побелела,

Изобразив его довольно смело.

То издавая стон, то хохоча,

То прячась с головою, то небрежно

Приоткрывая шею, грудь, плеча,

Она рвалась и билась так мятежно,

Что недотрогу, время улуча,

Я попытался б урезонить нежно,

Когда б она рабу не позвала

И к ложу та свечу не поднесла.

Разбросив косы — волны в море страха,

В меня вперилась Леонарда вновь

И убедилась, — но уж не впотьмах, а

При свете, — что во мне кипит вся кровь.

Тогда плутовка, став алей шарлаха,

Хотя чиста была моя любовь

И я не помышлял о совращенье,

Под простыни нырнула в возмущенье.

Ловчей она ломалась, чем иной

Комедиант завзятый и отпетый.

К тому ж я знал, что брат ее родной

Домой не возвратится до рассвета,

Поэтому под сенью тьмы ночной

Я рад был задержаться в спальне этой…

О женщина! Коль в ход ты пустишь ложь,

То и судьбу вкруг пальца обведешь.

Я отошел к стене, встал у пилястра

И долго на постель глазел молчком.

Вдруг с ножки, что белее алебастра,

Упала наземь туфелька тайком…

Своею жизнью дон Хуан де Кастро

Тебе, мой друг Мартин, клянется в том,

Что нет во всей Севилье достославной

Ни туфельки такой, ни ножки равной!

Ниспосланный мне столь внезапно клад

Я поднял с полу и унес с собою,

Считая, что вознагражден стократ

Теперь за все лишения судьбою.

Когда сюда вернулся я назад,

Уже алело небо голубое,

И не во сне, а наяву со мной

Произошло все это, милый мой.