Мост через вечность - Бах Ричард Дэвис - Страница 75

В конечном счете не имеет значения, соглашаемся мы или нет, или кто из нас прав. Важно то, что происходят между нами: всегда ли мы меняемся, растем ли мы и любим ли друг друга еще сильнее. Вот что имеет значение.

– Можно ли вставить словечко? – спросил я.

– Пожалуйста.

– Вещи, окружающие нас, – дома, работа, машины – все это обрамление, декорации для нашей любви. Вещи, которые принадлежат нам, наши жилища, события наших жизней – это пустые декорации. Как легко погнаться за оправой и забыть об алмазе! Единственное, что имеет значение в конце нашего пребывания на земле, это то, как сильно мы любили, каким было качество нашей любви.

Во время первого перерыва большинство слушателей поднялись и стали потягиваться, некоторые подошли к нам с книгами и попросили автографы. Другие встретились и начали разговаривать между собой без формального знакомства возле сцены, в месте, которое мы отвели для них.

Когда люди снова расходились по местам перед началом пятого часа нашей беседы, я коснулся плеча Лесли.

– Как самочувствие, маленький вук? С тобой все в порядке?

– Да, – ответила она. – Я никогда не думала, что будет так! Это прекрасно!

– Ты так сообразительна! – сказал я. – Так рассудительна и симпатична. Ты могла бы очаровать любого мужчину из зала.

Она пожала мою руку.

– Благодарю, но я выбираю этого. Кажется, пора начинать снова?

Я кивнул и включил микрофон.

– Мы готовы, – сказал я. – Давайте продолжим. Задавайте любые вопросы, которые когда-либо возникали в умах людей, начиная с самой зари человеческой цивилизации. Мы обещаем, что ответим на них к вашему полному удовлетворению!

Очень многое из того, о чем мы говорили, звучало необычно, но ничто не было неискренним: Мы были похожи на двух физиков-теоретиков, которые вышли на сцену, чтобы сказать о том, что если человек путешествует со скоростью, близкой к скорости света, то он становится моложе тех, кто остался на земле. Или о том, что свойства пространства на расстоянии одной мили от солнца отличаются от свойств пространства на таком же расстоянии от земли, потому что возле солнца пространство сильнее искривлено.

Это невероятные идеи, которые могут быть восприняты только с улыбкой, но тем не менее они истинны. Интересно, чем больше привлекает физика высоких энергий – своей правильностью или необычностью?

– Прошу вас, мадам, – сказал я, обращаясь к женщине, которая стояла на середине аудитории, ожидая с любопытством, куда она отправится с нами на этот раз.

– Вы собираетесь когда-нибудь умереть?

Легкий вопрос; мы ответим на него по очереди.

В этот день мы плавали по морю вопросов, увлекаемые ветром знания, который изменил и обучил нас.

Почему у нас появляются проблемы?

Может ли смерть разлучить нас? И поскольку вы, конечно, скажете, что она не может разлучить, скажите, пожалуйста, как нам поговорить с друзьями, которых нет в живых?

Правда ли, что в действительности зла не существует?

Как вы себя чувствуете, женившись на актрисе?

Приняли ли вы Господа Иисуса Христа в качестве своего Личного Спасителя?

Зачем нужно государство?

Вы когда-нибудь болеете?

Кто летает на НЛО?

Отличается ли ваша любовь сейчас от той, которая была год назад?

Сколько у вас денег?

Действительно ли Голливуд очарователен?

Если я жил раньше, почему я об этом забыл?

Так ли она удивительна, как ты говоришь? Что вам не нравится друг в друге?

Вы уже перестали изменяться?

Вы можете знать свое будущее?

Зачем, вы все это говорите?

Как тебе удалось стать кинозвездой?

Изменяли ли вы когда-нибудь свое прошлое?

Почему музыка так сильно действует на нас?

Пожалуйста, покажите какой-нибудь парапсихологический опыт.

Почему вы так убеждены, что все бессмертны?

Как узнать, нужно ли в данном случае вступать в брак?

Сколько других людей видят мир так, как вы?

Куда нам пойти, чтобы встретить того, кого нам следует любить?

Все путешествия этого дня, казалось, длились одно мгновенье, будто мы сами перемещались в пространстве со скоростью света.

Вскоре наступило время, когда мы захлопнули за собой дверь номера гостиницы и упали вместе на кровать.

– Не так уж плохо, – сказал я. – Хороший денек. Ты устала?

– Нет! – сказала она. – Там была такая хорошая атмосфера, столько силы, столько любви. Радость приходит и охватывает всех нас!

– Давай на следующий раз попробуем видеть ауру. – сказал я. – Говорят, что во время теплых массовых встреч аудитория и сцена окружена со всех сторон золотистым сиянием. Каждый будто наэлектризован.

Я посмотрел на ее блузку.

– Можно прикоснуться?

Она удивленно покосилась на меня.

– Что ты имеешь ввиду?

– Это обычай курсантов летного училища. Никогда не прикасайся к другому человеку без разрешения.

– Едва ли тебе нужно разрешение, мистер Бах.

– Я лишь подумал, что прежде чем сорвать с тебя одежду, я должен быть вежливым и спросить.

– Животное, – сказала она. – Когда мужчина спрашивал, остались ли еще драконы, мне следовало указать на тебя.

Я покатался на спине по кровати, взглянул на бесцветный потолок и закрыл глаза.

– Я – дракон. Но я и ангел тоже, не забывай этого. У каждого из нас есть своя тайна, свои приключения, правда? Мы одновременно идем вместе миллионами путей через время. Что мы делаем во все другие времена? Я не знаю. Но у меня есть одна очень странная уверенность, дорогая, – сказал я, – я уверен, что то, что мы делаем сейчас:

– :связано светящимися узами, – продолжала она, – с тем, что мы делали тогда!

Я вздрогнул и как бы проснулся, когда она закончила мою мысль.

Она лежала на боку на постели, и ее голубые как море глаза пристально смотрели в мои. Она понимала меня и знала еще так много всего.

Я обратился так нежно, как только мог, к жизни, которая сияла и танцевала в этих глазах:

– Здравствуй, тайна, – прошептал я.

– Здравствуй, приключение.

– Куда мы уйдем отсюда? – спросил я, исполненный нашего общего могущества. – Как мы будем изменять этот мир?

– Я видела наш дом сегодня, – ответила она. – Когда женщина спросила, знаем ли мы будущее. Помнишь наш сон? И тот дом во сне? Я видела леса на острове, и луга тоже. Я видела то место, где мы построим дом, в котором мы были во сне.

Один уголок ее рта едва заметно приподнялся от улыбки.

– Как ты думаешь, они – эти сотни других нас, рассеянных везде по пространству-времени, – не будут против? Учитывая все то, через что мы /`.h+(, – сказала она, – как ты думаешь, они не будут возражать, если мы сначала построим дом, а потом изменим мир?

Сорок девять

Небольшой экскаватор работал на вершине холма, и когда я вышел на поляну, он подкатил навстречу мне. Его стальной ковш был наполовину заполнен черноземом для сада.

– Привет, милый! – воскликнула Лесли, перекрикивая шум мотора. По рабочим дням она носила тяжелую белую спецодежду, и ее волосы выбивались из-под желтой каски тракториста. Руки прятались в тяжелых кожаных перчатках, которые управляли рычагами машины.

Она была мастерским экскаваторщиком в эти дни и с радостью работала над постройкой дома, который был уже так давно готов в ее уме.

Она заглушила мотор.

– Как дела у моего дорогого кузнеца слов?

– Хорошо, – сказал я. – Прямо не знаю, что читатели подумают об этой книге. Они наверное скажут, что она слишком затянута и слишком заполнена любовными приключениями, чтобы быть по праву моей. Но мне она нравится. И сегодня я придумал заглавие!

Она сдвинула каску на затылок и прикоснулась ко лбу внешней стороной перчатки.

– Наконец-то! И как оно звучит?

– Оно уже содержится в самой книге, оно там было уже давно. Если ты тоже найдешь его, тогда мы так ее и назовем, хорошо?

– Можно мне уже сейчас прочесть сразу всю рукопись?

– Да. Еще одна главка, и дело сделано.