Дитя дьявола - Хейер Джорджетт - Страница 44

Отчасти из-за врожденного кокетства, отчасти из чувства вины, Джулиана ответила в весьма игривом тоне, что отнюдь не смягчило мистера Комина. Бертран де Вальме на его месте непременно нашел бы что сказать, но мистер Комин, не владевший искусством флирта, лишь мрачно заметил, что Париж не оказал на Джулиану благотворного влияния.

Они поссорились, но тут же и помирились.

Мисс Марлинг познакомила мистера Комина со своими новыми друзьями, включая виконта де Вальме. Мистер Комин, проявив прискорбное отсутствие такта, разговаривал с виконтом в пренебрежительном тоне. По правде говоря, виконт, прекрасно осведомленный о притязаниях мистера Комина, принялся усердно флиртовать с Джулианой прямо на глазах ее сдержанного и мрачноватого возлюбленного. Джулиана же, стремясь во что бы то ни стало разжечь в холодном мистере Комине хотя бы искру ревности, принялась не менее усердно поощрять ухаживания виконта. Кокетка лишь хотела, чтобы Фредерик обращался с ней как истинный завоеватель. Если бы мистер Комин сжал мисс Марлинг в железных объятиях, в полном соответствии с ее романтическими представлениями, виконт был бы тут же забыт. Но мистер Комин ничего подобного делать не собирался. Он был задет до глубины души поведением Джулианы; молодой человек не понял, что ветреность его избранницы являлась своего рода проявлением любви. Несмотря на рассудительность и серьезность, мистер Комин был молод и неопытен. Он хранил сдержанность, когда следовало проявить настойчивость, он высказывал претензии там, где следовало быть нежным и ласковым. Мисс Марлинг задумала преподать ему урок.

Именно эта похвальная решимость привела Джулиану на бал в дом Сен-Виров. Мистер Комин должен наконец усвоить, что нельзя наставлять и поучать мисс Марлинг. Но поскольку под кокетством и ветреностью Джулианы скрывалась искренняя любовь к мистеру Комину, она попросила кузена снабдить Фредерика приглашением на бал.

Танцевала мисс Марлинг, разумеется, с вездесущим виконтом. После второго танца виконт сопроводил ее в укромный уголок, где и обрушил на Джулиану пылкие признания в любви. От этого занятия Бертрана отвлекло внезапное появление маркиза Видала. Его светлость весьма недружелюбно приказал:

— Оставьте нас, Бертран, мне надо кое-что сказать Джулиане.

Виконт всплеснул руками.

— Вы совершенно невозможны, Доминик! Вы почему-то всегда хотите поговорить с Джулианой! J'y suis, j'y reste![63] Вы еще не прирезали этого несносного Фредерика?

— Видал, ты передал Фредерику приглашение на бал? — обеспокоилась мисс Марлинг.

— Передал, но не думаю, что он им воспользуется.

— A la bonne heure![64]— заметил неугомонный виконт. Он дерзко рассмеялся маркизу в лицо. — Так чего вы ждете, mon ami[65]? Вы определенно de trop[66].

— Я жду, пока вы уйдете, любезный, но ждать я буду недолго, — сказал его светлость.

Виконт притворно вздрогнул.

— Мне угрожают, Джулиана! Я это чувствую безошибочно. По-моему, его светлость собирается меня застрелить. Я почти покойник, но, если вы подарите мне розу с вашей груди, я умру счастливым.

У Видала весело блеснули глаза.

— Надеюсь, с той же готовностью вы согласитесь вылететь в окно?

— Ни в коем случае! — поспешно сказал виконт. Он вскочил и поцеловал руку мисс Марлинг. — Я подчиняюсь force majeure[67], дорогая Джулиана. Нет в нашем кузене finesse[68]. Если я еще помедлю, он определенно выбросит меня из окна.

— Мне кажется, вы сегодня не слишком храбры, виконт, — откровенно сказала мисс Марлинг.

— Но, обожаемая, примите во внимание рост нашего кузена! — взмолился виконт. — Его светлость наверняка обойдется со мной крайне грубо, и мой чудесный костюм будет безнадежно испорчен. Ухожу, Видал, ухожу!

Мисс Марлинг послала Бертрану воздушный поцелуй и повернулась к кузену.

— Знаешь, я нахожу его весьма занимательным, — призналась она.

— Вижу, — усмехнулся Видал. — Где Мери Чаллонер?

Мисс Марлинг широко распахнула глаза.

— Он тебе не нравится, Видал? Я думала, вы с виконтом добрые друзья.

— Так оно и есть, — проворчал маркиз.

— Тогда, должна заметить, мне кажется весьма странным, что ты угрожаешь своим друзьям выбросить их из окна.

Он улыбнулся.

— Напротив. Только своим друзьям я и обещаю выбросить их из окна.

— Господи! — Джулиана была искренне поражена непостижимостью мужской логики.

Его светлость отобрал у мисс Марлинг изящный позолоченный веер из слоновой кости и шлепнул ее по костяшкам пальцев.

— Послушай, Джу. Тебе все еще дорог Комин или нет?

— Боже милостивый, что ты хочешь этим сказать?! — воскликнула Джулиана.

— Отвечай!

— Ты же знаешь, что дорог. Но я не совсем понимаю, зачем…

— Тогда тебе лучше перестать флиртовать с Бертраном.

Мисс Марлинг вспыхнула.

— А я и не флиртую!

— Пусть так, — отступил его светлость. — Тогда прошу прощения. Но, как бы ты это ни называла, пора прекратить кокетничать с виконтом. Предупреждаю тебя как близкий родственник.

Она вздернула подбородок.

— Спасибо, Видал, но я буду поступать так, как хочу, и никому из вас не позволю читать мне нотации.

— Как хочешь, Джу. Но, когда ты потеряешь своего Фредерика, меня прошу не винить.

В ее глазах появился испуг.

— Я его не потеряю!

— Джу, ты поступаешь крайне глупо. Что за игру ты затеяла? Хочешь пробудить в нем ревность? Позволю заметить, этим ты ничего не достигнешь.

— Откуда ты знаешь? — спросила уязвленная мисс Марлинг.

Видал снисходительно посмотрел на нее.

— Ты выбрала не того человека для столь избитых приемчиков. Чего ты добиваешься?

Мисс Марлинг нервно затеребила складки платья.

— Я действительно люблю его, — пробормотала она. — Люблю, Видал!

— Ну и?

— Если бы он только был… хоть немного похож на тебя! — вырвалось у Джулианы.

— Боже правый! — изумленно вскричал его светлость. — С какой стати Фредерик должен походить на меня?

— Я не хочу сказать, что он должен быть в точности как ты, — нетерпеливо объяснила мисс Марлинг. — Просто я имею в виду… Я не могу это выразить… Вот, предположим, ты в меня влюблен, Доминик, а я стала бы… пусть флиртовать, если тебе нравится это вульгарное слово, с другим мужчиной — что бы ты сделал?

— Убил бы его, — не задумываясь, ответил маркиз.

Она тряхнула его за руку.

— Вряд ли ты поступил бы так на самом деле, но, думаю, ты на это способен. Видал, ты ведь не позволил бы другому мужчине увести у тебя возлюбленную? Только ответь мне серьезно!

Улыбка по-прежнему играла на лице Видала, но мисс Марлинг заметила, как плотно сжались его губы.

— Если серьезно, Джу, то нет.

— А как бы ты поступил? — допытывалась Джулиана, сгорая от любопытства.

Его светлость молчал, улыбка сошла с его лица, отчего оно сделалось необычайно суровым. Что-то тихо хрустнуло под его пальцами. Он опустил взгляд и угрюмо усмехнулся.

— Я сломал твой веер, Джу, — сообщил он. — Не расстраивайся, я подарю тебе другой.

Джулиана смотрела на него с благоговейным ужасом.

— Ты мне не ответил, — сказала она, нервно рассмеявшись.

— К твоему счастью, я поступил бы совсем не так, как поступит Комин, — ответил он.

— Да, — опечалилась Джулиана. — В том-то и беда.

— Не надо обманываться, дитя мое. При первом же знакомстве с моим прискорбным характером ты бы тут же бросилась в объятия своего благовоспитанного Фредерика. — Маркиз поднялся. Так где Мери Чаллонер?

— Она не придет. — Почему?

— По правде говоря, Видал, мне кажется, у нее нет желания встречаться с тобой.

— Черт ее побери! — только и сказал его светлость.