Начало пути - Садов Сергей Александрович - Страница 88

Впрочем, азбука не совсем для немых, но суть та же. В ней только все идет с военным уклоном.

— Потом каждый отряд разрабатывает дополнительные свои жесты и знаки, но они, как правило, носят сигнальный характер и вне отряда о них никто не знает.

— Зачем? — вылез Митька.

— Занадом, — отрезал Дмитрий Иванович. — Сам подумай, а завтра расскажешь.

Митька надулся, но спорить не рискнул.

Вечером уроки тактики, перемешанные рассказами из личного опыта.

— Сами понимаете, выкладывать все я не могу, но кое-что… но однако дальше вас эти беседы уйти не должны.

Все дружно кивали и плелись спать, чтобы в пять утра снова отправиться на пробежку и очередные занятия.

— А ты не слишком взялся? — Даже Юрий Петрович не выдержал, хотя и наблюдал не все занятия.

— Насколько я понял, времени у нас осталось не очень много, последнее лето? Пусть лучше сейчас запарятся.

— Хм…

— А ты… я видел тебя в городе с…

— Тс-с-с. — Юрий Петрович нервно обернулся, потом молча поманил за собой Дмитрия Ивановича во двор, махнул служанке, чтобы принесла в беседку пива с закуской. Кивнул инструктору на соседнее кресло и сам разлил пиво.

Понимая, что предстоит серьезный разговор, Дмитрий Иванович отказываться не стал. Чуть хлебнул.

— Так все серьезно?

— Я с ней, еще когда Оксана была жива, познакомился. Но тогда это было…

— Простым увлечением?

Юрий Петрович вздохнул.

— Я не изменял жене. Я восхищался Наташей, но… издалека, что ли. Меня всегда восхищала ее жизнерадостность, умение даже в трудную минуту сохранять трезвую голову…

— Лешка знает?

Юрий Петрович вздохнул и помотал головой.

— Не то чтобы я скрывал это. Скорее надеялся, что он сам заметит и начнет разговор. Но ты их так загрузил…

— Почему сейчас?

Отец Леши мрачно отставил свою кружку.

— А ты сам как думаешь?

— Потому что Лешка уходит к Снежане?

— Мне наследник нужен, пойми!

— Не кричи.

— Извини… Я люблю Лешку. Но именно поэтому и не могу ему мешать. Свой выбор он сделал. Думаю, он меня поймет. Он уже несколько раз пытался завести разговор на эту тему, но тогда я был не готов.

— А ты уверен в этой Наташе?

Юрий Петрович мрачно усмехнулся.

— Моя служба безопасности просветила почти всю ее жизнь под микроскопом. Она именно такая, какой и кажется. Сейчас редкость, что люди не носят маски. Она одно из редких исключений. И у нее есть сын… На два года младше Алексея.

— Кха… ну знаешь… не боишься? Я в том смысле…

— Я знаю, в каком. Они, кстати, не знают, кто я. Считают, что я мелкий служащий в органах власти.

— Какая-то мелодрама… извини.

— Мальчишка, кстати, умница. Учится великолепно…

— Так же, как и твой сын.

— Мой сын… как это сейчас молодежь говорит… читер. Благодаря Снежане у него вместо шести лет было двенадцать. Не то чтобы я имел что-нибудь против, сам неплохо заработал на этом, но гордиться тем, что за двенадцать лет освоил восемь классов…

— Родня твоя их съест… Извини, конечно, но…

— Знаю… потому и не говорю им пока, кто я.

— Что собираешься делать?

— А что тут делать? Думаешь, я не смогу всем объяснить, что можно, а что нельзя делать при моей жене?

— А твой сын как отреагирует? Не боишься, что будет против?

— Сын? Хм… попрошу помощи у Снежаны. Девушка великолепно разбирается в людях… Надеюсь, она сумеет все объяснить Алексею и поможет сблизить их… Наташу и ее сына, с моим… достаточно, чтобы они приняли друг друга.

— Это логично… да… Снежана умеет… находить ключ к людям.

— Знаю. Когда дело касается людей, я ей, пожалуй, верю больше, чем себе. Да и умеет она произвести правильное впечатление. Именно правильное, на тех, на кого хочет. Где аристократку покажет, где «своего парня», но всегда в тему. К тому же именно из-за нее мне и приходится делать это…

— То есть, если бы Леша остался с тобой…

— Я бы продолжал восхищаться Наташей издалека. Да, я люблю ее, но прежде всего из-за этого и постарался бы не сближаться с ней. Как ты правильно сказал, ее съедят.

— А сейчас?

— А сейчас у меня нет выбора. Не оставлять же мне все… — Юрию Петровичу явно пришлось приложить усилие, чтобы сдержать эмоции и не выругаться, закончив фразу нейтрально… — Инессе и ее сыночку. А ведь именно они все и загребут, если Лешка пропадет. Инесса своего не упустит. Кстати, я потому и хочу, чтобы Снежана и Наташа подружились. Я не всегда смогу быть рядом, а Снежана сумеет ее защитить и, надеюсь, обучит кое-каким штучкам. Как поставила она на место Инессу… до сих пор вспоминаю с удовольствием. И ведь ни единого грубого слова, абсолютная вежливость. Но всем было ясно, кто есть кто.

— Абсолютная уверенность в своем праве повелевать, — хмыкнул Дмитрий Иванович. — Если бы не мой армейский опыт, Снежана и мной бы командовала… Впрочем, у нее и сейчас неплохо получается… пока я позволяю. Такое впитывается с молоком матери… Тут, пожалуй, ты прав. Но тогда тебе придется поспешить.

— Знаю. У вас ведь на выходных очередные соревнования? Вот туда Наташу с сыном и приглашу.

— Может, сначала сына подготовишь? — усмехнулся Дмитрий Иванович. — А то как бы не было нежданных проблем.

— Поговорю. Завтра. Думаю, он поймет.

— Кстати… если у этой твоей Наташи есть почти взрослый сын, то где муж?

— Они в разводе. Была там очень некрасивая история, муж ее подставил, повесив на нее очень крупный долг. Я тайком выкупил его и распорядился не торопиться со взысканием… немного пересчитали проценты, сделали небольшую скидку, якобы ошибочно договор оформили.

— Ты мог бы его совсем простить.

— Мог бы. Но это было бы слишком подозрительно, и она догадалась бы, что что-то нечисто. И тогда денег не взяла бы. Гордая очень. Кто я для нее? Совершенно посторонний человек, который вдруг берет и тратит на нее большую, с ее точки зрения, сумму.

— А сумма большая?

— Я в месяц на этот вот особняк столько трачу.

…Судя по офигевшему виду Алексея и довольно-задумчивому Ленайры, отец все-таки просветил сына, а заодно и его подругу по поводу своих матримониальных планов. Ну и правильно, негоже, если такие вещи узнаются внезапно при встрече. А вот остальные, похоже, ни о чем еще не знали.

В перерыве между упражнениями Дмитрий Иванович отозвал девушку и прямо спросил о произошедшем.

— Я вчера ему сразу сказал, чтобы не дурил и объяснился с сыном, но не был уверен, что он послушает.

— Слава богам, у него все-таки хватило решимости поговорить с Лешкой.

— Как пережил Алексей новость?

— Ну-у-у… Он все-таки не дурак и прекрасно понимает, что рано или поздно это должно было случиться. Был шокирован, поскольку считал, что случится это поздно, а не рано. Я ему немного мозги вправила, и теперь он полностью одобряет действия отца.

Дмитрий Иванович расхохотался.

— А до этого не одобрял?

— Говорю же, шокирован был, никак не мог определиться. Зато потом долго рассказывал, как будет играть с младшим братом. Этот чудик, оказывается, всю жизнь мечтал о младшем брате или сестре.

— Вот видишь, сколько пользы. А сама что думаешь?

Ленайра пожала плечами.

— Не мое это дело обсуждать выбор Юрия Петровича. Если эта Наташа хороший человек, то могу только пожелать ему счастья. Я же вообще неловко себя чувствую — единственного сына забираю. Они, конечно, будут видеться, когда захотят, но…

— Он тебя просил помочь представиться?

— Просил. Но я сразу сказала, что если он хочет потерять Наташу, то я готова пойти и рассказать о нем правду. Она никогда не простит, что об этом ей скажет посторонний. Но пообещала помочь позже… когда возникнут последствия его рассказа.

— Думаешь, она примет правду?

Ленайра снова пожала плечами.

— Сразу, может, и нет. Скорее всего, прогонит. Но видите ли, в чем дело, она оценит, что он расскажет ей это сам, без посредников. И вот тут есть хорошие шансы, если действительно его любит, что она его простит. А вот если бы появилась я и все рассказала… Понимаете, как это выглядело бы со стороны? Хуже было бы, только если бы он прислал своего секретаря.