Начало пути - Садов Сергей Александрович - Страница 112

— А почему на руке?

— Удобно, — пожала плечами Ленайра. — Не мешает, быстро достается, всегда под рукой и незаметен. Так, хватит вопросов в коридоре. Я к себе, а потом спущусь в подвал, вам тоже стоит занести вещи по комнатам. Я никуда не убегу, обещаю, так что время на вопросы и ответы будет.

Когда все ребята с шумом стали разбредаться по комнатам, девушка придержала Лешку.

— Как там у твоего отца?

Тот пожал плечами, задумался.

— Непонятно. Настроение у него явно улучшилось, один раз даже ходил вроде бы на свидание… по крайней мере, букет он заказал огромный.

— Гм… зря, — поджала губы Ленайра. — Эх, не посоветовался он ни с кем.

— Почему зря? — удивился Лешка.

— Леш, сам подумай, кто такая Наташа? Обычный человек, не миллионер. Я была у нее в квартире. Где она там этот огромный букет хранить будет? А зная твоего отца, букет он купил поистине огромный. Да дело даже не в этом. Она только-только смирилась с тем, что ее ухажер миллиардер, твоему отцу надо бы пока дать время ей свыкнуться с этой мыслью и ничем не показывать, особенно при встречах, своего положения. Обычного букета было бы вполне достаточно… ну ладно, шикарного. Хочешь сделать приятное — подари те цветы, которые девушка любит, но не слишком много, а просто букет.

— Эх, где ж ты раньше была!.. — Ребята обернулись. Позади стоял Юрий Петрович и задумчиво кусал губы. — То-то Наташа была не очень рада подарку… Там были ее любимые цветы, но она… не обрадовалась. В следующий раз посоветуюсь с тобой. — Коршунов неторопливо прошел мимо. Повернулся. — А что посоветуешь подарить при следующей встрече?

— Ничего сверхдорогого. А лучше съездите куда-нибудь. С ней и ее сыном… на шашлык, например. Покажите, что умеете развлекаться так, как это делают простые смертные.

— О-о-о… — Юрий Петрович замер на миг, потом развернулся и кинулся обратно в свой кабинет. — Спасибо, Снежана, — бросил он, уже скрываясь за поворотом.

— Ну-с, здесь, кажется, все развивается нормально, — подвела итог девушка. — Осталось подождать, когда он представит нас Наталье Игоревне и ее сыну официально. И что-то мне подсказывает, что случится это после шашлыка.

— Почему? — удивился Лешка.

— Из-за сына Наташи, — улыбнулась Ленайра. — Не думаю, что она обманывала меня, когда говорила, что Костя очень хочет со мной встретиться, но не может позвонить, поскольку потерял бумажку с номером телефона, который я ему дала. Полагаю, на шашлыках он взрослых достанет с просьбой отправиться ко мне в гости.

…Ленайра оказалась права, и в следующее воскресенье Юрий Петрович попросил остаться в доме только Лешку и ее, объяснив, что Наталье Игоревне и ее сыну будет тяжело вот так сразу знакомиться со всеми и хотелось бы обставить пока все по-семейному. Просьбу он снабдил заказанной трехдневной экскурсией по музеям Питера для всей их компании. Услышав об этом, Ленайра явно заколебалась — оставаться знакомиться с Наташей, которую уже знала, или отправиться с друзьями в Питер на три дня. Юрий Петрович ее колебания заметил и чуть не рассмеялся, потом пообещал, что и она с Алексеем отправится в такую же поездку, но чуть позже.

— Мы же там были? — удивился Лешка.

— Ты серьезно полагаешь, что за несколько поездок на неделю можно пройтись по всем питерским музеям? — удивилась девушка. — Но получилось так, что я напрашиваюсь, — вздохнула она. — Юрий Петрович, я понимаю, насколько для вас важно это представление, я просто помечтала, вовсе не собиралась туда ехать.

— Снежана, — хмыкнул отец Леши. — Я тебя с семи лет знаю, так что не надо мне ничего объяснять. Для тебя же нет ничего важнее долга, и никакие развлечения не заставят забыть об этом. А предстать вместе с моим сыном перед Наташей ты считаешь своим долгом. Так что тут я не волнуюсь. А поездка… Ребята, я не знаю, что вас ждет впереди, но в это лето я намерен сделать так, чтобы вы его помнили даже спустя десятилетия. И если вы думаете, что впереди только Питер, то вы глубоко заблуждаетесь. Как вы смотрите на Долину гейзеров на Камчатке? А на экскурсию на Северный полюс?

Уходила из кабинета Юрия Петровича Ленайра, вопреки ожиданиям Лешки, не радостная, а крайне задумчивая. Зная подругу лучше отца, он видел, что ее слова Юрия Петровича заставили о чем-то серьезно задуматься. Впрочем, очень быстро она пришла в себя и снова оживилась, отправившись лазить по Интернету, заявив, что надо поискать еще места, где хотелось бы побывать.

Лешка вздохнул, но с расспросами приставать не стал, зная по опыту, что пока сама не захочет, не расскажет. Его подруга была той еще партизанкой.

В оставшиеся дни ребята пропадали на полигоне, дружно, под нажимом Ленайры, решив, что надо хорошенько потренироваться перед тем, как отправляться на экскурсию. Дмитрий Иванович словно этого и ждал, насев на ребят с комплексными тренировками, и на этот раз не ограничивался временем с утра и до полудня. Занимались весь день и в любую погоду.

— А врага вы тоже попросите подождать, пока дождь закончится? — спросил он у ворчащего Кольки.

Ни о каких играх сейчас речи уже не шло, занятия были серьезными, и все это понимали. Хотя еще парочку боев с другими командами ребята провели, выиграв их всухую. Правда, и команды были слабоваты, но тем не менее эти победы весьма воодушевили ребят, к чему, собственно, их наставник и стремился. Активнее налегли на фехтование, правда, Аню и Митьку от него освободили, вместо этого Юрий Петрович нанял репетиторов для занятий с Аней медициной, также позаботившись и о практике в больнице, а Митька серьезно занялся программированием и системотехникой.

В последний день перед поездкой в Питер друзья ближе к вечеру собрались на уже закрытом для посещений полигоне и вели между собой бои на шпагах. Ленайра выступала в роли судьи — все дружно признали, что реальных соперников тут для нее нет. Аня, вся мрачная, сидела рядом, наблюдая за схваткой своего брата и Витьки.

Борис победил, скинул маску и радостный подошел к девушкам.

— Как я его? — гордо вопросил он.

— Чудесно ты его! — ни с того ни с сего вдруг вызверилась Аня, от гнева у нее чуть ли не волосы зашевелились. — Ну что за радость тыкать друг в друга этими спицами?!

— Ты чего? — удивился Борис; сидящая рядом Ленайра тоже с недоумением покосилась на подругу.

Та, сообразив, что действительно завелась ни с того ни с сего, махнула рукой.

— Извините… день был тяжелый. Сегодня в больницу привезли человек пятнадцать… драку массовую затеяли на рынке. Персонала и так не хватало, а тут еще это… даже меня припрягли помогать в операционной. Ничего, конечно, серьезного не доверили: подай, принеси, отойди и не мешай, просто медсестры и так от усталости падали, ошибаться стали, нужно было их контролировать…

— И что? — осторожно спросил Борис.

— То, что те идиоты драку с ножами устроили. Поэтому я насмотрелась на то, какие следы на теле оставляют вот эти самые железные прутики, что у вас в руках.

— Аккуратные дырочки, — хладнокровно отозвалась Ленайра. — Эти ваши шпаги совершенно не боевое оружие, парадное. А вот боевые шпаги, те да, после них следы жуткие. А чего вы на меня смотрите? Когда я решила пойти именно по боевой стезе, дед, чтобы вправить мне мозги, как он выразился, свозил меня в одну боевую часть, которую инспектировал по приказу императора. Там кочевники наскочили на наши пограничные крепости. Ну, он и взял меня на место боя… Так вот, самые жуткие раны оставляют не ножи, не боевые шпаги и даже не мечи. Булавы. Вы когда-нибудь видели, во что превращается голова человека, по которой хорошенько треснули шипастым шаром, весом килограмма в три?

Колька нервно сглотнул и покосился на невозмутимую девушку.

— Судя по всему, наука тебе впрок не пошла, — пробормотал он.

— О… меня вырвало прямо там. Мне тогда лет десять было… Деда все в крепости сочли чокнутым, потащившим внучку на поле боя… только он-то меня лучше всех знал. Но моей решимости недооценил. Я потом уже и без него на то поле бегала, даже хоронить погибших помогала… пока не привыкла к крови. Так что, Аня, ничего нового ты мне не сказала. А эту оборотную сторону «героического военного эпоса» должен знать каждый, кто хочет связать себя с военной службой. Лешке я эту сторону тоже объяснила, наверное, надо было и вам рассказать. Только я полагала, что у нас еще полно времени… Не хотелось травмировать детскую психику.