Все монархи мира: Западная Европа - Рыжов Константин Владиславович - Страница 273

После обеда Людовик удалялся в свой кабинет и собственноручно кормил охотничьих собак. Затем следовала прогулка. В это время король травил оленя, стрелял в зверинце или посещал работы. Иногда он назначал прогулки с дамами и пикники в лесу. Во второй половине дня Людовик работал наедине с государственными секретарями или министрами. Если он бывал болен, Совет собирался в спальне короля, и он председательствовал на нем, лежа в постели.

Вечер был посвящен удовольствиям. К назначенному часу в Версаль съезжалось многочисленное придворное общество. Когда Людовик окончательно поселился в Версале, он приказал отчеканить медаль со следующей надписью: «Королевский дворец открыт для всеобщих увеселений» Действительно, жизнь при дворе отличалась празднествами и внешним блеском. Так называемые «большие апартаменты», то есть салоны Изобилия, Венеры, Марса, Дианы, Меркурия и Аполлона, служили чем-то вроде прихожих для большой Зеркальной галереи, которая была длиною 72 метра, шириной — 10 метров, вышиною — 13 метров и, по словам г-жи Севинье, отличалась единственным в мире царским великолепием. Продолжением для нее служили с одной стороны салон Войны, с другой стороны — салон Мира. Все это представляло великолепное зрелище, когда украшения из цветного мрамора, трофеи из позолоченной меди, большие зеркала, картины Ле Брена, мебель из цельного серебра, туалеты дам и царедворцев были освещены тысячами канделябров, жирандолей и факелов. В развлечениях двора были установлены неизменные правила. Зимой три раза в неделю происходило собрание всего двора в больших апартаментах, продолжавшееся с семи до десяти часов. В залах Изобилия и Венеры устраивались роскошные буфеты. В зале Дианы происходила игра в бильярд. В салонах Марса, Меркурия и Аполлона стояли столы для игры в ландскнехт, в риверси, в ломбер, в фараон, в портику и прочее. Игра сделалась неукротимой страстью и при дворе, и в городе. «На зеленом столе рассыпались тысячи луидоров, — писала г-жа Севинье, — ставки бывали не меньше пяти, шести или семи сот луидоров». Сам Людовик отказался от крупной игры после того, как в 1676 г. проиграл за полгода 600 тысяч ливров, но, чтобы ему угодить, нужно было рисковать на одну партию огромные суммы. В другие три дня представлялись комедии. Сначала итальянские комедии чередовались с французскими, но итальянцы позволяли себе такие непристойности, что были удалены от двора, а в 1697 г., когда король стал подчиняться правилам благочестия, изгнаны из королевства. Французская комедия исполняла на сцене пьесы Корнеля, Расина и в особенности Мольера, который всегда был любимым королевским драматургом. Людовик очень любил танцевать и много раз исполнял роли в балетах Бенсерада, Кино и Мольера. Он отказался от этого удовольствия в 1670 г., но при дворе не переставали танцевать. Масленица была сезоном маскарадов. По воскресеньям не было никаких увеселений. В летние месяцы часто устраивались увеселительные поездки в Трианон, где король ужинал вместе с дамами и катался в гондолах по каналу. Иногда в качестве конечного пункта путешествия избирали Марли, Компьен или Фонтеб-ло. В 10 часов подавали ужин. Эта церемония была менее чопорной. Дети и внуки обычно разделяли с королем трапезу, сидя за одним столом. Затем, в сопровождении телохранителей и придворных Людовик проходил в свой кабинет. Вечер он проводил в кругу семьи, однако сидеть при нем могли только принцессы и принц Орлеанский. Около 12 часов король кормил собак, желал доброй ночи и уходил в свою спальню, где со многими церемониями отходил ко сну. На столе подле него оставляли спальное кушанье и питье на ночь.

В молодости Людовик отличался пылким нравом и был очень не равнодушен к хорошеньким женщинам. Несмотря на красоту молодой королевы, он ни на одну минуту не был влюблен в свою супругу и постоянно искал любовных развлечений на стороне. В марте 1661 г. брат Людовика, герцог Орлеанский, женился на дочери английского короля Карла 1, Генриэ-те. Сначала король проявил живейший интерес к невестке и стал часто навещать ее в Сен-Жермене, но потом увлекся ее фрейлиной — семнадцатилетней Луизой де ла Вальер. По словам современников, эта девушка, одаренная живым и нежным сердцем, была очень мила, но едва ли могла считаться образцовой красавицей. Она немного прихрамывала и была чуть-чуть рябовата, но имела прекрасные голубые глаза и белокурые волосы. Любовь ее к королю была искренней и глубокой. По словам Вольтера, она доставила Людовику то редкое счастье, что он был любим только ради себя самого. Впрочем, чувства, которые король питал к де ла Вальер, тоже имели все свойства истинной любви. В подтверждение этого ссылаются на множество случаев. Некоторые из них кажутся столь необыкновенными, что с трудом можно в них верить. Так однажды во время прогулки разразилась гроза, и король, скрывшись вместе с де ла Вальер под защитой ветвистого дерева, в течение двух часов стоял под дождем, прикрывая ее своей шляпой. Людовик купил для ла Вальер дворец Бирон и ежедневно навещал ее здесь. Связь с ней продолжалась с 1661 по 1667 г. За это время фаворитка родила королю четверых детей, из которых выжили двое. Людовик узаконил их под именами графа Вер-мандуа и девицы де Блуа. В 1667 г. он пожаловал своей любовнице герцогский титул и с тех пор стал постепенно отдаляться от нее.

Новым увлечением короля стала маркиза де Монтеспан. И по внешности, и по характеру маркиза была полной противоположностью ла Вальер: пылкая, черноволосая, она была очень красива, но совершенна лишена томности и нежности, которые были свойственны ее сопернице. Обладая ясным и прак-тичньГм умом, она хорошо знала, что ей нужно, и готовилась очень недешево продать свои ласки. Долгое время король, ослепленный любовью к ла Вальер, не замечал достоинств ее соперницы. Но когда прежние чувства потеряли свою остроту, красота маркизы и ее живой ум произвели должное впечатление на Людовика. Особенно сблизил их военный поход 1667 г. в Бельгию, превратившийся в увеселительное путешествием двора по местам военных действий. Заметив равнодушие короля, несчастная ла Вальер однажды осмелилась сделать Людовику упреки. Разгневанный король бросил ей на колени маленькую собачку и, сказав: «Возьмите, сударыня, для вас довольно и этого!» — ушел в комнату г-жи де Монтеспан, находившуюся поблизости. Убедившись, что король окончательно разлюбил ее, ла Вальер не стала мешать новой фаворитке, удалилась в монастырь кармелиток и постриглась там в 1675 г. Маркиза де Монтеспан, как женщина умная и высокообразованная, покровительствовала всем писателям, прославившим царствование Людовика XIV, но при этом она ни на минуту не забывала о своих интересах: сближение маркизы с королем началось с того, что Людовик выдал ее семейству 800 тысяч ливров для уплаты долгов, да сверх того 600 тысяч герцогу Вивонь при его женитьбе. Этот золотой дождь не оскудевал и в дальнейшем.