Все монархи мира: Западная Европа - Рыжов Константин Владиславович - Страница 178

Из рода Габсбургов. Король Испаиии в 1516-1556 гг. Немецкий король в 1519-1531 гг. Император «Священной Римской империи» в 1519-1556 гг. Филиппа I и Хуанны Арагонской.

Ж.: с 10 марта 1526 г. Изабелла Португальская (род. 1503 г. Умер 1539 г.).

Род. 24 февр. 1500 г. Умер 21 сент. 1558 г.

Карл родился в Генте. Его детство и юность прошли во Фландрии, которую он привык считать своей родиной. Отец его Филипп, эрцгерцог Австрийский, внезапно скончавшийся, когда Карлу едва исполнилось шесть лет, был сын императора Максимилиана и Марии, единственной дочери герцога Бургундского Карла Смелого. Мать Карла Хуана, вторая дочь Фердинанда, короля арагонского, и Изабеллы, королевы кастильской, сошла с ума вскоре после смерти мужа. Считалось, что сын походил на нее многими чертами характера и внешности. Он был среднего роста, имел бледное лицо с высоким лбом и синие глаза, в которых одновременно выражались глубокомыслие и меланхолия. Развитие физических и умственных сил Карла было замедленным и трудным. В детстве он страдал припадками, напоминавшими эпилептические. С возрастом они сменились мучительными головными болями. К тридцати годам Карл почувствовал первые приступы подагры, донимавшей его потом до самой смерти. Тем не менее, несмотря на слабости своего телосложения, он рано приобрел редкое искусство во всех физических упражнениях. Сначала он отличался на турнирах, а впоследствии, чтобы угодить испанцам, выступил на арене и убил быка. Успехи Карла в науках были менее заметны. Однако, обладая холодным и ясным умом, он постепенно приобрел необходимые познания, для того чтобы стать здравым и проницательным государем.

В 1515 г. Карл, за которого до этого управляла его тетка Маргарита, был объявлен совершеннолетним. Все нидерландские провинции присягнули ему на верность. Через год умер его дед Фердинанд Арагонский, объявив его перед смертью своим наследником. Это известие застало Карла в разгар войны с герцогом Гельдернским. Поэтому он смогвыехать в Испанию лишь в 1517 г. после заключения мира в Нойоне и разрешения спешных дел. Первое впечатление испанцев о своем новом короле было очень неблагоприятное. Он высадился в Виллависиосе, окруженный целой толпой фламандцев. Их ветреные французские манеры, непомерная жадность и высокое мнение о себе возбудили отвращение в серьезных и церемонных испанцах. Вскоре главные должности государства — архиепископа То-ледского и первого канцлера — были отданы фламандским уроженцам. Молодой король на все смотрел их глазами и вполне подчинялся их советам. Этим, а также своей холодной сдержанностью он доводил испанских вельмож до отчаянья. Утверждение Карла на кастильском и арагонском престолах прошло не без трения. Кастильские кортесы, собравшиеся в 1518 г. в Вальядолиде, после долгих прений все же провозгласили Карла королем. Затем точно так же он был признан государем в Арагоне и Барселоне. Но с каждым разом добиваться присяги у кортесов становилось все труднее, так как недовольство королем постоянно нарастало.

В 1519 г. умер второй дед Карла — император Максимилиан. Еще не кончились каталонские кортесы, как пришло известие об избрании Карла императором. Новость эта произвела на испанцев очень дурное впечатление. Они были осведомлены о порядках, царящих в империи, и знали, что император для проведения своей воли в Германии не имел другого средства, кроме постоянного подкупа князей. Испанцы с раздражением ждали повышения налогов, и действительно, нуждаясь в больших суммах на коронационные торжества, на подарки вельможам и вообще на поддержание своего значения в империи, Карл уже в 1520 г. потребовал у кортесов новых субсидий. Сам он был очень доволен избранием и имел все основания гордиться своей судьбой. Ведь девятнадцати лет от роду он сделался обладателем полудюжины разнообразных корон: кроме богатых Нидерландов, двух испанских королевств, королевства неаполитанского и сицилийского, вест-индийских островов и новооткрытых американских земель, он унаследовал владения Габсбургов в Австрии и получил сан императора. Со времен Карла Великого еще ни один из европейских монархов не соединял под своей властью таких обширных владений Карл справедливо мог говорить, что в его землях «никогда не заходит солнце».

Он, впрочем, очень скоро убедился, что править таким большим числом подданных, часто имевших к тому же совершенно различные устремления и интересы, очень нелегкое дело. В Нидерландах Карлу предстояло обуздывать гордых горожан, всегда готовых взяться за оружие ради защиты своих вольностей. На Пиренейском полуострове он должен был считаться с болезненной национальной гордостью испанцев и сглаживать постоянно возникавшие противоречия между каталонцами и арагонцами. Сицилию и Южную Италию надо было защищать от африканских пиратов, Австрию — от турок. В Германии предстояло найти верный тон с владетельными князьями, связавшими ему при избрании руки обещанием соблюдать их многочисленные привилегии. Карла ждали также большие трудности в связи с начавшейся реформацией. Он должен был, кроме того, зорко следить за французским королем Франциском I и постоянно расстраивать его интриги (испанские и французские интересы в это время сталкивались в Нидерландах, Наварре и Италии). Однако главной заботой Карла после избрания было короноваться в Ахене. Лишь после этого он мог формально вступить в императорские права. Из-за коронации он оставил без внимания восстание, начавшееся в Толедо, и в мае 1520 г. отплыл из Ла-Коручньи в сопровождении множества испанских и фламандских вельмож.

Путь его лежал сначала в Нидерланды, а потом в Германию. По Дороге он высадился в Дувре и провел четыре дня при дворе Генриха VIII. Этого короткого срока ему оказалось достаточно для того, чтобы разрушить наметившийся англо-французский союз. 23 октября Карл короновался в Ахене, а из Алена поехал в Вормс, куда созвал в начале января 1521 г. императорский рейхстаг. К этому времени Учение Лютера уже приобрело множество приверженцев в Германии. Его сочинения ходили по рукам, его проповеди собирали огромные толпы народа. Папа с тревогой следил за успехами реформации и требовал от Карла «очистить вертоград Господень от терния». Возможно, если бы Карл не имел других владений, кроме Германии, он был бы более расположен к идеям Лютера, смело защищавшего те права, за которые прежние императоры долго боролись с папами. Но угроза войны с Францией заставляла Карла думать не столько о Германии, сколько об Италии, где союз с папой был жизненно необходим для его интересов. Поэтому он увидел в реформации только досадную помеху и готовился покончить с ней при первой возможности. На рейхстаге в Вормсе папский легат требовал безоговорочно осудить лютеранство, но сочувствовавшие реформации князья возражали, что нельзя вынести приговор человеку, не выслушав его оправданий. Карл согласился дать Лютеру охранную грамоту, тот приехал в Вормс и был торжественно встречен своими сторонниками. Выступив перед собранием князей, Лютер ловкой речью отвергвсе нападки врагов, а на прямое требование отречься от своих взглядов ответил гордым отказом. Карл, впрочем, остался равнодушен к его красноречию. Отпустив Лютера, он в конце мая обнародовал эдикт, лишавший вождя реформаторов, как упорного, отлученного от церкви преступника, всех гражданских прав. Но строгость этого указа не имела важных последствий. Обладая могущественными покровителями, Лютер легко избег преследований и с прежним воодушевлением продолжил борьбу с папой. У Карла не было ни времени, ни сил, чтобы положить предел его деятельности. Дело Лютера было для Карла вообще второстепенным на Вормсском рейхстаге. Главной его заботой было учреждение императорского правительства и императорского суда, которые могли бы вершить дела в его отсутствие.