Чисвикские ведьмы - Рэнкин Роберт - Страница 82

– Я тоже, – возразил Уилл.

– Вот не надо. Вспомни, как ты скачивал книги из Британской библиотеки. Это я взломал их систему и прикрыл твою задницу. Иначе тебя бы взяли тепленьким.

– Ты мне этого не говорил.

– Я твой друг. И сделал это по одной простой причине: я не хотел, чтобы ты влип. Мы же всегда были как братья. Правда, тогда я еще не знал, что мы братья… Ладно, суть не в том. Рюн не смог взломать систему, с которой работали ведьмы. Думаю, в эту эпоху такое никому не под силу. А я смогу. Для меня это легче легкого.

– Тогда зачем он целый год таскал меня по всему миру?

Гэммон многозначительно улыбнулся.

– Мастер никогда ничего не делал просто так. У него были причины учить вас именно тому, чему он вас учил. У вас были причины учиться именно тому, чему вы учились. У всего, чему вы учились…

– Простите, – перебил его Уилл. – Давайте перейдем к делу.

– Вы двое оказались здесь и сейчас, – сказал Гэммон. – Полагаю, это достаточная причина.

– Прямо сейчас… – Тим сплел пальцы и похрустел суставами. – Ну что ж, давай заглянем на огонек к ведьмам.

Уилл пожал плечами и поглядел на Гэммона.

– Думаю, ему понадобится некоторое время. Не могли бы вы показать свою домовую страницу?

– «Домашнюю», – поправил Гэммон. – Мне понравилось предложение мистера Тима. Я непременно поделюсь им с друзьями, как только соберусь в кибер-ресторан.

– Кафе, – сказал Уилл. – Можете позаимствовать у меня это выражение.

– Кафе-ресторан? – спросил Гэммон. – Не думаю, что это две большие разницы, как сказали бы наши братья-американцы.

– Покажите мне вашу домашнюю страницу, – повторил Уилл.

Гэммон показал Уиллу свою домашнюю страницу. И она была очень-очень скучной.

– Почему ваш любимый цвет – красно-коричневый? – спросил Уилл.

– На самом деле – не красно-коричневый, – признался Гэммон. – Я так написал просто для того, чтобы произвести впечатление.

– А на самом деле – черный?

Гэммон мрачно кивнул.

– Вы видели будущее, – сказал он. – Скажите мне, что когда-нибудь черное не будет черным.

– В восьмидесятых годах двадцатого века оно будет каким угодно, в зависимости от происхождения, – сказал Уилл.

– Слабое утешение.

– Похоже, мир все-таки меняется.

– Эврика! – вскричал Тим.

– Как, уже? – встрепенулся Уилл.

– Нет. Просто показалось, что я кое-что ухватил.

– Номер три, – провозгласил Гэммон. – Любимая песня.

– Позвольте угадать, – сказал Уилл. – Вечно популярный Танец Большого Сапога в исполнении Литтл Тича.

– Откуда вы узнали?

– Это дар, – объяснил Уилл. – Несомненно, унаследованный от мистера Рюна.

– Не соизволите ли вы перейти к четвертому пункту? Любимый нынешний британский монарх…

Уилл погладил свою великолепную бороду.

– Не могли бы вы мне подсказать?

Пунктом пятым числился любимый работодатель Гэммона. Им оказался некто Хьюго Рюн – такая же неожиданность, как и пристрастие к кокаину у ведущего детской передачи «Голубой Петер».[127]

– Эврика! – снова возопил Тим.

На этот раз Уилл и ухом не повел.

– Нет, на самом деле эврика, – пробормотал Тим. – Мы вошли. Взломано.

– О, – произнес Уилл и подкатил свое кресло к компьютеру своего братца.

– Хитрый шифр, – сообщил наследник магического искусства Мастера Рюна. – Основан на каббалистических знаниях.

– Я читал Каббалу, – ответил Уилл. – Хотя мало что понял.

– Мало кто понимает, – сказал Тим. – Там нарочно все запутано, чтобы люди ломали голову и не лезли куда не надо… Кстати, тут оккультизм был вообще ни при чем. Поваренная книга – вот что мне понадобилось. Код доступа к закрытым файлам – рецепт сливового джема.

– Я бы тоже додумался, рано или поздно.

– Скорее слишком поздно, – парировал Тим. – Вот мы и дома. Хочешь взглянуть?

– Позвольте…

На этот раз Гэммон склонился над плечом Уилла, предоставляя ему возможность насладиться своим благоуханием.

На экране красовалось множество маленьких иконок в виде летучих мышей, тыкв, котлов, черных кошек. Разумеется, присутствовало и помело. Под каждой иконкой была надпись – «Мои заклинания», «Моя книга теней», «Мои любимые проклятия», «Мои чары против бородавок». И так далее. В этом не было ничего смешного.

– Круто, – произнес Тим. – И куда заглянем?

– Позвольте предложить, – сказал Гэммон. – Выберите «Мои мысли по поводу мирового господства».

– Хороший выбор, – одобрил Тим. И шевельнул серебряной мышкой-пентаклем.

Тим еще раз прочел это, потом недоуменно уставился на экран монитора.

– Ничего не понимаю, – пожаловался он.

Уилл тоже посмотрел на экран.

– Латынь. Я ее знаю.

– Тогда будь любезен, прочти.

Уилл прочел.

– Вслух, – попросил Тим.

Уилл прочел вслух.

– Переведи на английский.

Уилл перевел на английский.

– Поверить невозможно, – ахнул Тим.

– Невозможно, – согласился Уилл.

– Вы не могли бы мне объяснить? – спросил Гэммон. – Я не так хорошо говорю по-английски.

Уилл вздохнул.

– Вот что здесь говорится, – начал он.

– Здесь говорится, – произнесла женщина с изнуренным полупрозрачным личиком, которая сидела перед монитором, – почти точной копией того, на который сейчас смотрели Тим и Уилл, – что кто-то взломал наши закрытые файлы.

Другая женщина, похожая на первую как сестра, склонилась над ее плечом. От запаха, исходящего изо рта этой леди, становилось дурно; по сравнению с ней Гэммон благоухал как свежевыпеченный каравай.

– Найди нарушителя, – сказала женщина с дурным дыханием.

Женщина за компьютером забарабанила по клавиатуре.

– Баттс-Эстейт, Брентфорд, – объявила она. – Погляди на плане. Вот этот дом.

– Вызови земельный регистр. Посмотрим, чей это дом.

– Одну минуту… – пальцы женщины исполнили новый пассаж. – Ага! Здесь указано, что владелец участка – некто Хьюго Рюн.

– Рюн, – ее напарница выплюнула это слово – брезгливо, точно стряхнула личинку с восхитительного яблока сорта «грэнни смит». – Можно предположить, что мститель из будущего находится в обители Рюна. Сейчас мы с ним разберемся.

С этими словами она взяла телефонную трубку дискового аппарата, которой искусный мастер придал вид орудия жеребца-производителя, и набрала трехзначный номер.

Где-то зазвонил другой телефонный аппарат. Потом кто-то снял трубку. И голос, мрачный и глухой, способный привести в трепет кого угодно, произнес:

– Граф Отто Блэк слушает.

– Ваше высочество, – сказала женщина со зловонным дыханием. – Враг взломал наш сайт и похитил наши секретные файлы.

– Вот и все, – сказал Уилл.

– Почти понял, – ответил старик Гэммон. – Объясните еще раз последнюю часть.

– Ведьмы разработали обряд, используя компьютерную систему, – объяснил Тим. – Они намерены провести его в последний день этого года, когда часы пробьют полночь.

– Час ведьм, – произнес Гэммон.

– Именно. Круче не придумаешь. Чары поразят все, что имеет отношение к электротехнологиям викторианской эпохи. Все, что связано с системой передачи энергии мистера Тесла. Абсолютно все. И все это будет уничтожено. Исчезнет без следа, словно никогда не существовало. Каждая башня Тесла. Каждое чудо, сотворенное лордом Бэббиджем. Все. Аккуратно вычищено из истории. Это очень мощное заклинание. Самое мощное и грозное из всех, какие когда-либо были составлены. По крайней мере, мне так кажется.

– Когда пробьет полночь, – повторил Гэммон. – В последнюю ночь года.

– В последнюю ночь этого года, – сказал Уилл. – Года тысяча восемьсот девяносто девятого. Знаете, как это можно назвать? «Вирус тысячелетия». «Вирус Миллениум».