Чисвикские ведьмы - Рэнкин Роберт - Страница 79

– И у тебя это есть?

– Я же говорил: я провел кое-какие поиски. И нашел подходящее место. Правда, это не готический замок, а изящный домик времен Регентства. Сейчас он пустует, и нам остается только прийти туда и занять его. У нас есть на это право.

– Слушай, Уилл, – проговорил Тим, – откровенно говоря, я понятия не имею, о чем ты говоришь и что задумал. Но, честное слово, мне это нравится.

– Вот и славно, – отозвался Уилл и зашагал дальше.

Тим последовал за ним. Потом еще раз повторил: «Мне это нравится». Уилл помахал рукой, подзывая конный экипаж.

– Брентфорд, пожалуйста, – громко сказал он вознице. – Баттс-Эстейт.

Через час и еще пару мгновений ока кэб подъехал к изящной постройке эпохи Регентства. Это и было Баттс-Эстейт в Брентфорде. Братья вышли. Пока Уилл расплачивался с кэбменом, Тим восхищенно любовался этим памятником британской архитектуры.

– Классный домик, – произнес он. – И здесь никто не живет?

– Никто. Вот уже много лет.

– И ты собираешься снова лезть в окно?

– Зачем? У меня есть ключ.

– Тогда веди. Нет, правда, мне это нравится!

Уилл распахнул кованые железные ворота и зашагал по дорожке, усыпанной гравием.

– Ты уверен, что здесь никто не живет? – спросил Тим. – Газон как будто недавно подстригали, деревья ухоженные…

– Никто, – заверил его Уилл. – Зато посмотри, кто тут жил.

И он указал на латунную табличку, которая украшала деревянную парадную дверь. Тим прочел надпись, выгравированную на ней.

– Рюн. Здесь написано «Хьюго Рюн».

– Это его жилище, – сказал Уилл. – И возможно, его самая большая тайна. Я знал, что он должен куда-то вложить свои средства. Пришлось немало поработать, чтобы выяснить местоположение этого… этой обители. Дом был тайной, которую он никому не доверял. Здесь есть кое-что такое, что не должно было попасть не в те руки в случае его внезапной смерти. Я узнал, что у мистера Рюна был сейф в камере хранения на станции Юстон. Там оказался ключ от парадной двери. Ну что, идем?

– Если ты уверен, что все в порядке, – конечно. Ты точно знаешь, что там нет никаких ловушек и прочих сюрпризов?

– Ну… не удивлюсь, если они там будут.

– Тогда я, пожалуй, подожду здесь. Ты зайдешь, все обезвредишь…

– Идем вместе, – сказал Уилл. – Имей в виду: этот дом настолько же твой, насколько и мой. Наверно, твой в первую очередь. Ты все-таки наследник его магии.

Тим тяжко вздохнул.

– Я чего-то не понимаю, – признался он. – Как я понял, нашим сколько-там-раз-прапрадедушкой был полковник Уильям Старлинг. Каким образом сюда вписывается мистер Рюн?

– По-моему, все достаточно очевидно, тебе не кажется? Ты знал, кто твой настоящий отец? Думаю, мистер Рюн был дедом полковника Старлинга.

– Значит, он послал на смерть родного сына, капитана Старлинга? Чтобы спасти Ее Величество во время запуска «Дредноута»? Ты говорил, что вспомнил это, когда принял «ретро».

– Сейчас у нас нет времени для разговоров. Идем.

Уилл вставил ключ в скважину парадной двери и с усилием повернул.

Ожили реверсы, задвигались рычаги. Замок щелкнул и открылся, к вящему облегчению обоих братьев. Уилл толкнул дверь.

– Вот мы и дома, – объявил он. И это было правдой.

Они стояли в вестибюле. Со всех сторон на них взирали слепые глаза экзотических зверей. Тим осмотрел голову мамонта.

– «Добыт X. Рюном в Сибири, 1852 г.», – прочел он. – А вот додо с Маврикия. 1821 год… О, голова единорога. Тут написано: «Нарния, 1818 год»… Да, старина Рюн любил поохотиться на крупную дичь.

Уилл кивнул и погрузился в мрачное раздумье.

– Так чисто, – Тим провел пальцем по клюву черепа грифона. – Я думал, тут повсюду паутина, пыль слоями…

– Чисто, – согласился Уилл, погладив блестящую макушку гиппогрифа. – Ни пылинки.

– Как думаешь, это магия? – спросил Тим. – Специальные чары, которые удаляют пыль, сорняки…

Уилл покачал головой.

– Не думаю, – ответил он. – Идем дальше.

Следом за Уиллом Тим пересек вестибюль и прошел в роскошный кабинет… и восхищенно ахнул:

– Bay… Так ты говоришь…

Кабинет был равно велик в длину, в ширину и высоту. И по всей своей длине, ширине и высоте его стен стояли дивные сокровища. Вдоль каждой стены возвышались ряды полок, уставленных удивительными книгами, на их переплетах сверкали драгоценные камни и позолота. Повсюду громоздилась мебель, немыслимо роскошная, – золотые троны, кушетки и диванчики, заваленные горами шелковых, атласных и парчовых подушек. В застекленных шкафчиках красовались бесчисленные прелестные безделушки, древнее оружие, полные наборы доспехов и статуи, явно религиозного назначения.

– Весьма любопытно, не находишь? – произнес Уилл. – Знаешь, даже я такого не ожидал.

– Эта коллекция должна стоить целое состояние… – Тим взял с полки инкрустированное самоцветами яйцо птицы рух работы Фаберже и теперь изумленно его разглядывал. – Думаю, одна эта штучка покрыла бы все его долги.

– Думаю, он считал, что нежелание за что-либо платить придает ему особое очарование.

– Но на это он денег не пожалел.

– Ты в этом уверен? Тим пожал плечами.

– Ты только посмотри, – он указал на причудливо украшенный золотой ящичек с крышкой из резного хрусталя.

– Уникальный экспонат, – сказал Уилл. – Реликварий, содержащий, если не ошибаюсь, бороду жены пророка Мухаммеда.

Брови Тима поползли вверх.

– И теперь все принадлежит нам?

– Чтобы мы использовали это должным образом.

– А можно, я возьму на память яйцо Фаберже?

– Положи на место, – одернул его Уилл. – Помни, для чего мы здесь. Чтобы спасти Бога, будущее и все прочее.

– Но я буду его хранить как зеницу ока. Это ведь ничего не значит, верно?

– Кое-что значит.

Тим недоуменно посмотрел на своего друга.

– Ты говоришь, не шевеля губами!

– Я вообще ничего не говорил.

– Тогда кто…

Тим обернулся. Уилл тоже.

В дверях кабинета стоял пожилой джентльмен. Он был в ливрее лакея, но такие ливреи вышли из моды еще в эпоху Регентства: зеленый бархатный камзол с разрезными рукавами и с изумрудными пуговицами, красные шелковые чулки и черные башмаки с пряжками. Волосы у незнакомца были длинными и белыми, а лицо сморщенным, как печеное яблоко.

– Кто вы? – спросил Уилл.

– Меня зовут Гэммон, сэр. Я слуга Мастера Рюна.

– А… – отозвался Уилл. – Тогда рад с вами познакомиться. Меня зовут…

– Я знаю вас, мистер Старлинг. И знаю, почему вы здесь.

Все готово к вашему прибытию.

Уилл поглядел на Тима. А Тим на Уилла.

– Это мне нравится, – вздохнул Тим.

ГЛАВА 36

– Если вы соблаговолите сесть, джентльмены, я не замедлю подать вам напитки, – сказал Гэммон, жестом приглашая их на софу черного дерева. Потом низко поклонился и покинул кабинет.

Тим с Уиллом переглянулись. И присели.

– Забавный дедушка, – изрек Тим.

– Не так громко, – попросил Уилл.

Гэммон вскоре вернулся. На глубоком серебряном подносе, который он принес, стояла пыльная бутылка, пара грузинских кубков и штопор в виде дракона. Служитель поставил поднос на резной деревянный столик, взял штопор и вступил в борьбу с пробкой.

– Позвольте, – Уилл встал.

– Благодарю вас, сэр. Я не так молод, как прежде, хотя и не так стар, как мог бы быть.

– Безусловно, – согласился Тим.

Уилл взял штопор, вытащил пробку, понюхал ее. Потом осмотрел бутыль.

– Этикетки нет, – заметил он.

– Мастер Рюн отложил ее специально для вас. Он полагал, что вы оцените это вино по достоинству.

– О да, – Уилл плеснул в бокал, поднес к свету, определил оттенок, понюхал, затем пригубил. Затем отпил чуть больше. – Кажется, понял. Кларет «Шато Лафит», 1787 год. Превосходный сбор.

Гэммон кивнул седой головой:

– Хозяин хорошо вас учил.