Генералы подвалов - Рыбин Алексей Викторович Рыба - Страница 72

Димка пытался думать о том, как выкрутиться. Но перед глазами все поплыло, мысли начали путаться, и он погрузился в состояние, близкое к перепою, когда не заснуть толком и не проснуться по-настоящему. Время текло медленно. Наконец, как показалось Димке, он нашел более-менее удобное положение и, перестав чувствовать боль в запястьях от наручников, начал погружаться в сон.

Глава 14

Майор решил начать действовать. «Начинать и заканчивать», — проговорил он про себя, сидя в кабинете и набирая телефонный номер Турка. Слишком этот бандит его стал напрягать. Да и если бы даже не он, все равно пора сворачиваться с работой в этой стране. Слишком уж сильно запахло жареным вокруг его «Кольчуги». Старые связи — это хорошо, но охрана — отчасти и за счет этих связей — наркодельцов очень рискованный бизнес. Такие вещи можно делать только разово. И быстро. Заработать и свалить. Иначе всплывает рано или поздно нежелательная информация, и тогда не то чтобы конец, но опять неприятности, суды, адвокаты. Опять вся репутация псу под хвост. Разве ему это нужно? Тем более что личный счет майора уже пополнился изрядно и в Штатах его ждала обеспеченная старость. Да и не старость, он еще очень даже может «дать попрыгунчика». Так, кажется, шутили некогда они, посвященные в тайны ментовских операций, в узком кругу своих товарищей, парясь в баньке какого-нибудь секретаря обкома.

— Артур? — начал майор очень спокойно. — Это я. Есть дело. Приезжай.

Турок согласился приехать сразу. Еще бы! Теперь он в майоре был заинтересован больше, чем когда бы то ни было. А он, майор, сейчас начнет играть эндшпиль.

История с магазином «Рокси» была занятной. Оказалось, что «Рокси» перекуплен какими-то подростками, на которых неожиданно свалились деньги, да не какие-нибудь, а весьма крупные.

Выяснив примерную историю этих денег, майор еще больше заинтересовался хозяйкой музыкального магазина. Причастна ли она к смерти некоего Инвалида и еще пары-тройки видных персон преступного мира, до конца не было ясно, но связи прослеживались отчетливые.

Да, экая девушка. И при каких средствах! Сначала Сухой, а потом уже и сам майор пристально следили за перипетиями ремонта и развития предприятия, радуясь успехам молодых коммерсантов, как своим собственным. Вслух ни разу не было сказано, что будет произведен так называемый «отъем» денег, но это носилось в воздухе. Иначе с чего бы Сухому ставить в «Рокси» «жучки», а майору отслеживать затраты и прибыли? Они давно понимали друг друга без слов. Сухой стоял у самых истоков коммерчески успешного охранного предприятия «Кольчуга» и был в курсе большинства майоровых дел.

Итак, все складывалось как нельзя удачно. Турок был большим специалистом по взлому сейфов. Причем не по собственно механическим операциям, сверлению, взрывам и возне с пилами и долотами. Это все каменный век. А вот шифры, электрические схемы — этому он когда-то лихо обучился и совершенствовался время от времени с большим успехом.

Навести Турка на Настину квартиру, куда он пойдет, конечно, вместе с Монахом, ну еще с кем-нибудь третьим. Дать им выпотрошить девчонку, а затем на обратном пути всех их и порешить. Бабки взять — и вперед!

Миллион, ну, пусть полмиллиона — хороший приварок к увесистому американскому счету майора. Четверть лимона все-таки можно отдать Сухому. Наверное...

Турку не пришлось долго объяснять, что к чему.

— Если и на этот раз проколемся, держись, майор, — сказал он. — А впрочем, что там... Вместе пойдем.

— Мы не занимаемся такими вещами, Артур, — урезонил партнера Пресник. — Это-то ты должен понимать. И ты меня не переубедишь.

Турок внимательно посмотрел в глаза Пресника:

— Ладно. Когда?

— Завтра утром. Там никого не будет. Гарантия. Я слушаю все их разговоры. Вернее, почти все. Так что не волнуйся.

— Ну да... А тебе-то что за интерес? Бабки мне отдать?

— Отдать, да. И еще. Я отдаю тебе эту, скажем так, разовую выплату, а себе оставляю магазин. Ты уже в него потом не лезь. Такие условия.

— Мне на твои условия...

Впрочем, проговорил он это так как-то, полувяло. Турок был внутренне согласен с предложением майора. Магазин он бы взял полгода назад, ну, даже еще месяц назад. Но сейчас, при полной неразберихе, царившей в его некогда стройных делах и рядах, лучше просто денег заработать.

— Хорошо. Завтра идем. Будешь на связи. Если что, подтянешься, прикроешь.

— Да от кого там прикрывать-то? Не беспокойся, Турок...

Настя ходила между стеллажами, проверяя, все ли диски стоят правильно, в алфавитном порядке. В магазин были взяты еще два продавца — Куку невозможно было уже справляться с закрутившейся махиной «Рокси». Об отпуске он не заикался, но Настя понимала, что он хоть и двужильный, но может надорваться.

Новые ребята-продавцы, кажется, были довольны. Еще бы. Столько, сколько платит Настя, они вряд ли где-нибудь получили бы. Конечно, если лезть в криминал, можно заработать значительно больше, но ведь не всякому же это по нутру.

Она смотрела на Юльку и Сергея — они были старше ее на пару лет, школу уже закончили, но никуда не поступали, решив делать карьеру без высшего образования. Как Серега решил проблему армии, Настя не знала и не интересовалась — это его дела. А ребята симпатичные, шустрые...

Она почти уже не думала ни о школе, ни вообще о прошлой своей детской жизни. Приближался ее день рождения — ей скоро будет семнадцать. Она не жалела ни секунды, что бросила школу, бросила старых дружков и подружек. Да и не такие уж они, как выяснилось, были незаменимые все в жизни. Заходила к ней только Глаша — круглыми, полными восторга глазами осматривала стеллажи с компактами, часами перебирала блестящие коробочки. Иногда покупала что-то из того, что подешевле.

Они пили чай в кабинете Насти, Глаша рассказывала о прошедших концертах, на которых побывала, о тусовках и других событиях...

Такие, на самом деле, мелкие все эти события, думала Настя. Неинтересные и незначительные. А что до концертов — она могла сейчас пойти на любой из них легко и без каких бы то ни было проблем.

Не было в городе более-менее известного музыканта, который не посещал бы ее магазин. И чем известнее был артист, тем чаще сюда захаживал. «Звезды» и «звездочки» знали теперь Настю лично, болтали с ней о том, о сем, приглашали на свои выступления, дарили новые диски с автографами. Были и такие, что денег просили на запись новых альбомов. Тем самым подавали Насте идею открытия своей студии звукозаписи...

Это выглядело вполне реальной перспективой. Куз обеспечивал рекламную поддержку на всех питерских радиостанциях и во всех хоть как-то и кем-то читаемых изданиях. Магазин приносил прибыль, и основной капитал оставался неизменным. Хотя, помимо зарплат соучредителям и работникам, а также исправной выплаты налогов, приходилось налево и направо раздавать взятки бесчисленным кровопийцам бюрократам из более чем десятка ведомств...

Конечно, Настя не забывала, что такая вольготка обеспечивалась отчасти тем, что Барракуда постоянно проворачивал многие операции с черным налом — отправлял своим московским оптовикам товар без всяких налогов и документов. Правда, делалось это так, что комар носа не подточит...

А вот Димка пропал. Настя не знала, как реагировать на это. С одной стороны, она была уверена, что с ним ничего не может случиться — Димка давно стал для нее воплощением надежности и силы. С другой — сверлила мысль, а не загулял ли от нее дружок, встретившись со своим одноклассником? Если так, то, может, и ничего. Охрана работала как часы, парни в униформе приезжали каждый день за полчаса до открытия магазина, а уезжали нередко последними.

Конечно, ночь, проведенная Настей в одиночестве, первая за много недель, была одновременно и нервной, и скучной. Ну что же, философски думала она, вот они, прелести «взрослой жизни». «Муж» загулял с дружками, «жена» дома дергается... Нет, не стоит опускаться до такой банальщины. Они вполне современные люди. Да и какая совместная жизнь не обходится без мелких неурядиц... А отношения у них с Димкой все равно такие, какие и не снились большинству «запротоколированных» семейных пар.