Побратимы Гора (ЛП) - Норман Джон - Страница 127

Он присел подле неё, и легко перевернул её на бок, чтобы она могла видеть его.

- Кажется, Ты утверждала, что скорее умрёшь, чем станешь моей рабыней, – напомнил он.

- Я лгала, - захныкала она. - Я лгала! Я - рабыня! Вы можете наказать меня за это!

- Я часто задавался вопросом, могла ли Ты, не быть рабыней, - заметил Хси.

- Теперь, Вы видите, что не могла, Господин!

Он пристально посмотрел на неё.

- Но мало того, что я - рабыня, - добавила она. - Я - Ваша рабыня!

- Моя рабыня? – удивился он.

- В течение многих лет, я знала, что была Вашей рабыней. Конечно, Вы ведь тоже, когда смотрели на меня, должно быть, знали, что были моим владельцем! – проговорила рабыня, но видя, что Хси молчит, добавила: - Это было подтверждено у столба, когда Вы преподали мне мой пол, и Вашу власть!

Хси, сидя на корточках, молча, в упор глядел на неё. Его лицо было бесстрастно.

- Я прошу только, дать мне возможность доказать, что я достойна того, чтобы принадлежать вам.

Наконец парень встал, и скрестил руки на груди. Он был худощав и крепок. Из одежды в данный момент на нём был только бричклаут.

- Отдайте их женщинам! – опять крикнул кто-то.

- Отдайте их женщинам! – поддержали его сразу несколько человек.

- Нет, - вдруг отрезал Кувигнака.

Поражённые мужчины внезапно примолкли.

- Я принимаю эту женщину, как свою рабыню - объявил он, указывая на ту, кого прежде звали Блокету.

Задрожавшая девушка, что раньше была Блокету, положила щеку на камни около его мокасинов.

- Тогда, отдайте женщинам хотя бы вон ту! - крикнул краснокожий, указывая на ту что, когда-то была Ивосо.

- Нет. Она - моя рабыня, - заявил Хси, вызывающе смотря на мужчин.

- Да будет так. Вопрос решён, - провозгласил Махпиясапа, после чего развернулся и ушёл, уводя за собой остальных.

Беспомощная Ивосо, дрожа, валялась у ног Хси.

- Ты - Цеспу, - назвал Кувигнака ту, что была Блокету.

- Да, мой Господин, - отозвалась она, принимая имя, которое с языка Кайил переводилось как «бородавка».

- Ты - Цесли, - Хси также дал новое имя той, что была Ивосо.

- Да, мой Господин, - ответила она, названная словом в наречии Кайил означающем «экскременты», как человеческие, так и от животных. Среди Кайил имена подобные Цеспу и Цесли весьма характерны для рабынь.

Я осмотрелся. Кувигнака, Цеспу, Хси, Цесли и я, остались на тропе в одиночестве. Я решил, что, возможно, пришло время и мне оставить друзей наедине с их невольницами.

Кувигнака, аккуратно, развязывал ноги Цеспу.

- Рабыня просит милости, - обратилась Цесли к Хси.

- Да, - откликнулся он.

- Пожалуйста, развяжите мои ноги, Господин, - попросила она.

- Зачем? – поинтересовался Хси.

- Тогда, я смогу служить своему хозяину, - объяснила рабыня.

Я покинул вершину тропы, и вскоре стоял на краю высокого обрыва, любуясь открывавшимся оттуда видом на равнины. Предо мной раскинулись широкие и прекрасные горизонты Прерий.

Я снова бросил взгляд вниз, туда, где раньше стояла политая кровью баррикада. Там, около самой вершины тропы, приблизительно в сотне футов справа от меня и в нескольких футах ниже, на покатой хорошо просматриваемой поверхности тропы, где с одной стороны возвышается утёс, а с другой открывается пропасть, свежеиспечённые рабовладельцы сжимали в руках своих рабынь.

Насмотревшись на широту Прерий, раскинувшихся под Скалой Советов, я возвратился в свой вигвам.

51. Пересмешники привели в стойбище гостя.

- Пересмешники нашли его в степи, - пояснил мужчина, - Они его сюда и притащили.

Гостя привели на двух толстых верёвках, каждая из которых шла к седлу кайилы по обоим бокам животного. Позади него ехали воины с копьями наперевес. Существо было слабо, заметно, что оно потеряло много крови. Его торс была почти полностью покрыт верёвками, плотно притягивающими его руки к телу. Массивная палка, около восемнадцати дюймов длиной и трёх в диаметре, была втиснута между его зубами, а челюсти были связаны между собой. Когти монстра были вырваны.

- Что это? – удивлённо спросил мужчин.

- Это - один из тех, кто был с Жёлтыми Ножами, и кого мы победили на тропе, -объяснили ему.

Похоже, что это был кюр, о котором я думал, как восьмом монстре. Очевидно, он отделился от своих соратников во время истребления обоза и колонны солдат дикарями. Я встречал его однажды, когда он вернулся на поле боя, чтобы покормиться. Именно этот кюр угрожал Ваниямпи, и именно ему я помешал на них напасть. Поскольку мы не были одинаково вооружены, он был один и пеший, и я с Грантом, который держал заряженный арбалет, и так как монстр не напал на меня, я не препятствовал его бегству с того места. Таково требование кодексов, под которыми я когда-то подписался, кодексов, которые я никогда не забывал.

Позже я узнал от того, кто был тогда Тыквой, одни из Ваниямпи, что девять тел животных были найдены на поле боя. Их не хоронили, а лишь оттащили подальше в степь сами краснокожие, и из-за этого я оказался неспособен в то время определить, были ли Ког и Сардак среди оставшихся в живых кюров после разгрома наёмников. С колонной следовали семнадцать фургонов, в которых, как я догадался, находились по одному кюру. Этот вывод я сделал на основании их раздражительности и территориальности. Вычитая девять убитых животных, вероятно главным образом Пересмешниками, оказавшихся менее чувствительными к их внешности, чем другие краснокожие, я определил, что вероятное число оставшихся в живых кюров - восемь.

Когда Кувигнака и я подсматривали за празднованием победы Жёлтых Ножей и солдат в летнем стойбище, мы насчитали там только семь кюров, включая Кога и Сардака. Восьмой кюр, как я и предполагал, оказался, оторван от его товарищей. Тогда я посчитал, что он, скорее всего, погиб на прериях. Теперь выяснилось, что он попал в плен к Пересмешникам, и как оказалось поблизости отсюда. Не думаю, что это было случайностью. Вероятно, монстр следовал за воинами, предполагая, что движения таких больших масс людей, могли быть, так или иначе, связаны с делами его соратников, с которыми, он, несомненно, надеялся возобновить контакт.

- Что мы будем делать с ним? - поинтересовался воин. – Пересмешникам он без надобности. А убивать его многие из них считают неудобным.

- Скажите им, что следует отвести его в вигвам тёмного гостя, - предложил я.

Мужчина повернулся к Пересмешникам. Он указал на кюра, и затем широким жестом показал направление, потом пересек указательные пальцы правой и левой рук, как шесты вигвама. Он поднял голову и открыл рот, как если бы обнажая клыки, в то же самое время поднял правую руку, изогнув пальцы на манер когтей в угрожающем жесте.

Пересмешник, отвечающий за пленника, кивнул, и движением руки, скомандовал его соратникам вести пленного кюра следом за ним.

Я успел встретиться с монстром взглядом. Несомненно, он узнал меня, и вспомнил нашу предыдущую встречу. Наш обмен взглядами продлился не долго, и его, подталкивая копьями, заставили начать движение. Беспомощно связанный Кюр, волоча окровавленные задние лапы, из которых были вырваны когти, направился в вигвам Зарендаргара.

52. Благодеяние.

- Подними свой меч, прошу тебя, - сказал Альфред, уже схватив свой клинок с поверхности низкой плоской скалы.

Мы находились в окружение дикарей. Кайилы, Пыльноногие, Пересмешники и Слины. Я посмотрел на меч, лежащий на скале передо мной. Мне совершенно не нравилось то, что должно быть сделано.

- Я не думаю, что Ты окажешься мне достойным противником, - сообщил я ему.

- Если Ты этого не сделаешь, они разденут меня, обвешают колокольчиками, и мне придётся бегать от мальчишек на кайилах, в качестве мишени для их копий! -напомнил он.

Из солдат в живых после боя осталось только пятеро, Альфред и четыре его офицера. Только этим четырём его соратникам, разрешили тянуть жребий. Трое из них будут бегать для мальчишек, раздетыми и обвешенными колокольчиками для их забавы с копьями. Один будет возвращен к западу от Иханке, чтобы он мог сообщить о том, что произошло в Прериях.