Межгалактическая тюрьма - Рыбачук Константин - Страница 80

Это должно было успокоить его насчет осведомленности долгоживущих Шамбалы о природе космических катаклизмов. Ведь он, как никто другой, знал истинную причину возникновения «черных дыр» и, следовательно, мог не бояться «ошибочных» версий космофизика Криса. Это обстоятельство было очень важно для осуществления моего плана.

– Хорошо. – Президент обвел взглядом сидящих за столом. – Мы подумаем, какие условия можем предложить ссыльным долгоживущим за их информацию. О полной амнистии конечно же не может быть и речи, но что-нибудь можно будет придумать. А что касается вас, Корт, то сейчас вы можете быть свободны. Совет обсудит ваш доклад, и через какое-то время мы оповестим вас о принятом решении.

– Боюсь, что у вас нет времени. – Реакция Совета на «предложение» долгоживущих Земли была заранее просчитана, поэтому ответ президента не был для меня неожиданностью. – По словам того же Криса, – продолжил я, сделав небольшую паузу, – следующий космический катаклизм может произойти в ближайшее время. Кроме того, он считает, что на этот раз его жертвой может стать целая Галактика.

И снова в зале наступила тишина. Взгляды всех присутствующих вновь обратились ко мне. Члены Совета не знали, верить мне или нет. Вернее, не мне, а Крису.

Очевидно, им не хотелось верить, что космические катаклизмы могут поглотить целую Галактику, однако и отрицать такую возможность они не могли. Весь Совет был ознакомлен с информацией по феномену «черных дыр», поэтому им было известно, что каждый следующий катаклизм превосходил предыдущий своими размерами, а время между ними неизменно сокращалось. К тому же, как я понял, многие были лично знакомы с Крисом. Они знали его как выдающегося ученого-космофизика, поэтому не имели права просто пренебречь подобными предостережениями.

– Какие у Совета будут предложения? – Президент Старк был непоколебимо спокоен.

Груз ответственности за безопасность всей Федерации тяжким бременем лежал на его плечах уже долгие годы. И, как президент, он не имел права проявлять каких-либо чувств даже перед лицом реальной опасности.

– Как бы то ни было, мы не имеем права амнистировать преступников, – высказал свое мнение один из членов Совета с нашивками командора изыскательского флота. – Это противоречит законам Федерации.

Он сидел напротив Моркона и после своих слов бросил на него вопросительный взгляд, как бы ища поддержки. Черный принц еле заметно кивнул, но не поддержал его. Он выжидал. Вероятно, командор был одним из членов коалиции, продвигающей Моркона в президентское кресло. И, не найдя поддержки у своего лидера, командор дальше продолжать не стал.

Тилиус лучше меня знал политическую расстановку сил в Совете, поэтому следующим выступил он:

– Вопрос настолько серьезен, что мы не можем отделаться казенными фразами. Если ученый-космофизик с Земли прав, то всей Вселенной угрожает смертельная опасность. И мы должны использовать все возможности, чтобы избежать этой опасности. Поэтому я предлагаю встретиться с группой долгоживущих, находящихся в изгнании, и обсудить с ними этот вопрос.

– Но ведь они – преступники! – не сдавался командор.

– Этическая сторона вопроса в таком деле отходит на второй план, – поддержал главу секретной службы президент. – Я согласен с начальником службы безопасности. Нам необходимо встретиться с учеными-изгнанниками. – И, обращаясь к Тилиусу, спросил: – Когда вы сможете доставить их сюда?

– Это невозможно! – вместо начальника межгалактической службы безопасности ответил Моркон. – Ни один преступник не вправе покинуть Межгалактическую тюрьму. Таков закон! Пока эти ученые не амнистированы – они преступники, а значит, должны находиться на Земле.

– Амнистию они получат, если помогут разобраться с космическими катаклизмами, но для этого им необходимо покинуть пределы Межгалактической тюрьмы, чего они не могут сделать, пока считаются преступниками. Замкнутый круг, не правда ли? – В голосе Тилиуса слышалась нескрываемая ирония.

– Поэтому я предлагаю встретиться с ними на Земле. – Казалось, Моркон совсем не обращает внимания на ироничный тон главы службы безопасности. – Межгалактическая тюрьма находится в моем ведомстве, из этого следует, что именно я должен вести с ними переговоры.

Все, ловушка захлопнулась. Мои ожидания полностью оправдались. Моркон сам настоял на том, чтобы переговоры велись на Земле. И теперь его ожидал один сюрприз, который я подготовил под занавес.

– Нет! – перекрикивая ропот в зале, громко произнес я. Казалось, все члены Совета забыли о моем присутствии,

увлеченные дебатами по поводу законности или незаконности амнистии долгоживущих Земли. Но мое восклицание снова привлекло всеобщее внимание.

– Долгоживущие Земли настаивали на встрече с Советом Федерации в полном составе. Только при таком условии они будут вести переговоры и помогать нам.

Наступила тишина. Уже в третий раз мои слова вызвали подобную реакцию Совета. Однако на этот раз молчание продолжалось недолго. Всего лишь секунду-другую.

– Значит, мы все вместе отправимся на Землю на встречу с учеными-изгнанниками. – Президент показал, что он умеет быстро принимать единственно верное решение.

Единственное решение, которое устраивало и меня…

Правительственный космический крейсер, сопровождаемый целой эскадрой звездолетов-перехватчиков, поднялся с планеты Амберон и взял курс на Солнечную систему. На его борту находился весь Высший Совет Федерации.

Чтобы избежать ненужной тревоги, через кодовую систему связи тюремный коммутатор был предупрежден о прилете на Землю правительственной делегации. Уже через несколько минут после взлета с Амберона крейсер, а вместе с ним и эскадра эскорта прибыли в Солнечную систему. Но еще пять с лишним часов после выхода из гиперпространства понадобились для того, чтобы достигнуть орбиты Земли.

Перехватчики остались на орбите, а крейсер пошел на снижение. Я находился рядом с пилотом, помогая ему точно выйти в указанную точку. Не прошло и десяти минут, как звездолет приземлился на взлетно-посадочной полосе Шамбалы.

Заслышав гул заходящего на посадку космического корабля, из дальних пещер вышли монахи. Телемониторы позволяли рассмотреть их удивленные лица.

– А где же долгоживущие? – спросил один из членов Совета.

И как бы в ответ на его вопрос на большом экране монитора возникло изображение Альтаира. Он появился возле входа в подземный город долгоживущих, словно гостеприимный хозяин на пороге своего дома. Затем Альтаир не спеша направился к космическому кораблю. Дверцы шлюза беспрепятственно пропустили его. И спустя минуту он оказался перед правительственной делегацией.

– Спасибо, что приняли наше приглашение, – произнес Альтаир с легким поклоном.

– Очень жаль, Альтаир, что мы встречаемся с тобой в подобной обстановке, – со вздохом произнес президент.

Тилиус говорил мне, что раньше Альтаир и Старк были близкими друзьями. И когда шесть тысяч лет назад Альтаира осудили и приговорили к изгнанию, президент еще долгое время не находил себе места, страдая от потери друга. И вот сейчас они встретились.

– Я все равно рад тебя видеть, Старк! Да и остальных тоже. – Альтаир обвел взглядом всех членов Совета Федерации. – Хочу предложить вам наше гостеприимство и пригласить в нашу скромную обитель. Безопасность я гарантирую, – с легкой улыбкой добавил он.

– Ну что ж, мы, пожалуй, воспользуемся вашим приглашением, – согласился президент.

Правительственная делегация растянулась длинной цепочкой на узкой горной тропинке. Я оказался почти что в самом конце колонны, позади меня шли только шестеро телохранителей, вооруженных бластерами.

Перед входом в пещеру Альтаир остановился, поджидая остальных. Это давало мне шанс направить события в нужное русло.

– Альтаир, – обратился я к нему. – Вы отлично знаете, почему правительство Федерации находится здесь. И раз уж я взял на себя роль посредника, позвольте сказать, что нам хотелось бы начать переговоры немедленно. Думаю, что для этой цели больше всего подойдет ваш зал заседаний.