Неподведенные итоги - Рязанов Эльдар Александрович - Страница 96

ОЗЕРОВ : А Таривердиев? Здесь музыка решала успех.

ГЕРАСИМОВ : Я бы все-таки об этой возможности (одна премия на двоих) подумал.

ЖДАН : Давали же одну премию двум актерам за образ Ленина.

ЖДАНОВА : Двум за политические репортажи.

ВАСИЛЬЕВ : Но объединение по жанру — расплывчато.

ГЕРАСИМОВ : А по-моему, удачный выход из положения.

ЖДАНОВА : Ведь юбилей Октября — это праздник, веселье.

ЕРМАШ : Если объединять, то режиссеров и сценаристов. (К Данелии добавить А. Бородянского.)

ГЕРАСИМОВ : Хорошая мысль. А то говорим, что комедия нравится, а награждать ее боимся. Два серьезных комедиографа.

ЖДАНОВА : Надо разнообразить форму представления.

ГЕРАСИМОВ : И подумать о точной формулировке.

В те октябрьские дни 1977 года в прессе, по радио, по телевидению вовсю бушевала юбилейная истерия, у нас это случается перед каждым праздником. Происходит великий перебор, который доводит людей до того, что они начинают тихо ненавидеть даже святые даты.

17 октября 1977 года.

ГЕРАСИМОВ : Если объединять, то возникла идея присоединить Куравлева и Мягкова. Но в других секциях против объединения. (Очевидно, за это время происходило прощупывание мнений других секций.)

ЕРМАШ : Что-то похожее на бутерброд здесь есть.

ЖДАНОВА: Давайте конкретно. Режиссеров за две хорошие комедии.

ГЕРАСИМОВ : Это упирается в стену нежелания других секций.

ЕРМАШ : Нет оснований, что секции поддержат «Иронию судьбы». Говорят «хи» да «ха».

ГЕРАСИМОВ : А по-моему, она нравится.

ЖДАН : Не пройдет!

ГЕРАСИМОВ : Нам придется отстаивать одну комедию. «Афоня» по художественным достоинствам и социальному звучанию сильнее.

ЕРМАШ : Перенести и ту, и другую сложно. У Данелии в «Мимино» весь коллектив другой. А у Рязанова в «Служебном романе» играет тот же Мягков. И Брагинский есть.

ГЕРАСИМОВ : Может быть, все-таки перенести Данелию. Надо его сохранить обязательно.

РОСТОЦКИЙ : На двух комедиях настаивать нельзя.

ЖДАНОВА : Но выбор одной будет субъективным. Это трудно.

ЕРМАШ : Для меня не трудно. «Афоня» выше по искусству.

ЖДАНОВА : А по-моему, «Ирония судьбы».

ЖДАН : У Рязанова комедия, но по стилю Данелия выше.

ГЕРАСИМОВ : Когда речь идет о трагедиях, решать легче. Хорошо бы соединить.

КУЛИДЖАНОВ : Но Брагинского нельзя отрывать от Рязанова.

ГЕРАСИМОВ : Да, их надо рассматривать вместе. Еще раз предлагаю Данелию перенести.

КАРМЕН : Успех новой работы — не аргумент для переноса.

ГЕРАСИМОВ : Если хотим сохранить, выхода нет.

ЕРМАШ : Если уж переносить, то я за перенос «Иронии судьбы». В «Служебном романе» тот же состав плюс Фрейндлих. А у Данелии в «Мимино» другой состав.

ГЕРАСИМОВ : Хорошая мысль.

ЖДАНОВА : Но у «Иронии судьбы» есть преимущество в массовости, в тиражности картины. По ТВ ее показывали три раза.

КИРИЛЛОВ : «Афоня» пользовался большим успехом в Гане.

ЕРМАШ : И в Англии, в США, во всех социалистических странах. Данелия всегда социальную проблему решает.

ГЕРАСИМОВ : Наведем справки, что пользуется у членов комитета большей популярностью, и решим. Для меня вопрос решен в пользу «Афони». Это решение более стабильно у нас в секции. Голосуем список: «Белый пароход», «Выбор цели», «Афоня», программа «Время», «100 дней после детства» (эта лента шла на премию за произведение для детей).

Секция кино и телевидения проголосовала единогласно. Лишь один человек воздержался. Это была С. И. Жданова.

ГЕРАСИМОВ : А «Иронию судьбы» переносим на будущий год.

Так «Ирония судьбы» выпала из списка. Песенка ее была спета. Казалось, марафон фильма к премии кончился. В это время в помещение, где заседала секция, вошел Игорь Иванович Васильев, ученый секретарь комитета.

ГЕРАСИМОВ (Васильеву): Как в секциях относятся к комедиям?

ВАСИЛЬЕВ : Окончательного решения нет, но предпочтительнее «Ирония судьбы».

ГЕРАСИМОВ : А объединение двух комедий поддерживают?

ВАСИЛЬЕВ : Считают нонсенсом.

РОСТОЦКИЙ : Мы хотим Рязанова перенести с присоединением «Служебного романа».

Через три дня предстояли последние заседания по секциям, после чего должен был состояться пленум, где происходило общее голосование.

Выяснилось, что в секциях, особенно у художников и архитекторов, «Ирония судьбы» пользовалась безоговорочным признанием. Немало поклонников ленты имелось среди писателей и музыкантов.

По предварительным обсуждениям, которые я привел выше, соотношение сил в секции было понятно. Ермаш был активно против нашей картины. Он считал мой уход на телевидение чем-то вроде измены, не выносил Лапина, кино соперничало с телевидением и так далее. А следовательно, Ждан, Кармен, Кулиджанов, Ростоцкий и другие кинематографисты шли за ним в фарватере (Ермаш очень не любил, когда выступали против него). Герасимов занимался балансировкой, что называется «и нашим и вашим», а может быть, был искренен в своих бесконечных виляниях. Единственным человеком, который последовательно выступал за нашу ленту, была Жданова.

20 октября 1977 года.

Заключительное заседание

ГЕРАСИМОВ : «Иронию судьбы» поддерживают другие секции. Значит, «Афоню» переносим. «Афоня» поддержки вообще не встречает. Что-то переменилось! Если дадут дополнительную премию, то мы вставим из комедий «Иронию судьбы».

РОСТОЦКИЙ : Надо отстаивать документальный фильм «Голодная степь». Если нам дадут еще одну премию, то не для комедии, а для документального фильма.

ГЕРАСИМОВ : Есть в этом резон. Тогда уступим «Иронию судьбы».

ВАСИЛЬЕВ : Изобразительная секция горячо поддерживает «Иронию судьбы» и отдает вашей секции свою премию.

И вот наступил пленум. Все секции собрались вместе, чтобы вынести свое окончательное решение.

21 октября 1977 года.

Заседание пленума