Политология: учебник для студентов вузов - Коллектив авторов - Страница 148

Провозглашая задачу стимулирования и содействия перехода к информационному обществу, лидеры развитой части мира определили в качестве ключевых следующие направления:

(1) проведение экономических и структурных реформ в целях создания обстановки открытости, эффективности, конкуренции и использования нововведений, которые дополнялись бы мерами по адаптации на рынках труда, развитию людских ресурсов и обеспечению социального согласия;

(2) рациональное управление макроэкономикой, способствующее более точному планированию со стороны деловых кругов и потребителей, и использование преимуществ новых информационных технологий;

(3) разработка информационных сетей, обеспечивающих быстрый, надежный, безопасный и экономичный доступ с помощью конкурентных рыночных условий и соответствующих нововведений к сетевым технологиям, их обслуживанию и применению;

(4) развитие людских ресурсов, способных отвечать требованиям века информации, посредством образования и пожизненного обучения и удовлетворения растущего спроса на специалистов в области ИКТ во многих секторах нашей экономики;

(5) активное использование ИКТ в государственном секторе и содействие предоставлению в режиме реального времени услуг, необходимых для повышения уровня доступности власти для всех граждан.

Такова в целом стратегия современного мира по продвижению в сторону информационного общества. В принципе все приведенные выше направления работы так или иначе касаются политики. Ведь «экономические и структурные реформы» в состоянии осуществить только государство. Только оно же пока в состоянии справиться с «рациональным управлением макроэкономикой», «развитием людских ресурсов» и прочими сформулированными в Окинавской хартии задачами. Обеспечивая регуляцию информатизирующейся экономики, государство, естественно, не может само оставаться незатронутым повальным внедрением ИКТ. Правда, лидером этого процесса оно отнюдь не является. Как обычно бывает в странах с рыночной экономикой, инновационный импульс применения ИКТ изначально исходил из частного сектора. Но, стремительно расширяя сферу своего распространения за счет предложения все более эффективных и удобных средств коммуникации, ИКТ успешно освоили даже сферу частной жизни. По подсчетам английских исследователей, современный человек примерно половину времени своего бодрствования (около 8 часов) проводит «в общении» с различными коммуникационными устройствами: ТВ, ПК и мобильным телефоном. У нынешних молодых людей старинные слова «почта», «письмо» или «дневник» в первую очередь ассоциируются именно с электронными средствами связи и общения.

Понятно, что формирование ИКТ-ориентированных привычек и форм поведения неизбежно порождает у населения определенные ожидания от власти. От нее ждут использования уже привычных телекоммуникационных средств во взаимодействии с гражданами. И надо сказать, что многие современные государства стараются оправдать такие ожидания, последовательно внедряя информационно-коммуникационные технологии в практику выполнения своих функций. Тем более что в отличие от частного сектора государство не связано мотивом получения прибыли.

Усилия многих современных государств по применению ИКТ для повышения эффективности и качества управления в итоге концептуально оформились в модель электронного правительства (e -government)[135].

Однако информационно-коммуникационные технологии создают новые возможности не только для государства, но и для других политических институтов. По сути — для всей политической системы в целом. А поскольку лидерами практики применения ИКТ в политике являются страны в большинстве своем демократические, то политическая теория просто обязана была проанализировать выгоды и риски этого процесса для демократической организации общества. Они «суммированы» в концепции электронной демократии. Две этих концепции — «электронного правительства» и «электронной демократии» — и представляют современное понимание смысла информатизации политики.

22.2. Концепции электронной демократии и электронного правительства

Электронная демократия — это модифицированная форма демократического политического режима, характеризующаяся активным использованием ИКТ для реализации многих политических функций — принятия решений, объединения граждан, активизации их политического участия и т.д.

Концепция электронной демократии основана на предположении, что применение ИКТ оказывает в целом позитивное влияние на политическую систему. Появление новых ИКТ (Интернет, мобильная связь) создало множество возможностей усиления институтов демократии. Среди таких возможностей наиболее очевидными считаются следующие:

(1) расширение участия граждан в принятии государственных решений (как непосредственно — путем электронного голосования, так и через организации гражданского общества);

(2) повышение качества государственного управления, его результативности и эффективности;

(3) доступность информации о деятельности любых политических институтов всем заинтересованным гражданам;

(4) уменьшение числа посредников между народом и властью;

(5) усиление взаимодействий граждан между собой, формирование различных организаций гражданского общества без ограничений, связанных с физической удаленностью в пространстве;

(6) простота и низкие издержки организации коллективных акций граждан;

(7) обеспечение условий реальной конкуренции партий и кандидатов в борьбе за места в выборных органах власти;

(8) повышение уровня свободы распространения информации: интернет-коммуникации в наименьшей степени подвержены цензуре и прочим видам фильтрации;

(9) усиление обратной связи между избирателями и их представителями в органах власти;

(10) упрощение процедур получения государственных услуг;

(11) доступ к мировым базам данных и информационным ресурсам и т.п.

Как видим, список создаваемых ИКТ политических выгод не то чтобы бесконечен, но все же достаточно внушителен, что, несомненно, подкрепляет оптимизм сторонников концепции электронной демократии. Они, конечно, далеки от мысли, что все эти декларируемые выгоды ИКТ реализуют автоматически. Нет, это всего лишь предоставляемые ими возможности. А будут ли они реализованы на практике, зависит от множества факторов, главным из которых, как и в обычной демократии, по-прежнему остаются политическая активность и заинтересованность граждан. В том же, что названные выше возможности ИКТ вполне реальны, хотя бы частично уже могли убедиться и российские граждане. Примеров вынужденного отклика власти на реакцию возмущенного ее действиями интернет-сообщества накопилось уже немало (многочисленные «проколы» МВД и ГИБДД, ситуация с прокладкой скоростной магистрали Москва-Санкт-Петербург и пр.).

Вместе с тем нарождающаяся электронная демократия несет в себе и определенные риски, опасность нарушения или искажения устоявшихся демократических процедур. Опять же наиболее очевидными ее проблемными местами являются следующие:

(1) возможность умышленного искажения информации в многочисленных базах данных, при электронном голосовании и т.п. при недостаточной их защите;

(2) опасность сохранения и углубления нового «цифрового неравенства» населения (до 100%-ного доступа в Интернет пока еще далеко);

(3) увеличение возможностей контроля государства над гражданами, обострение проблемы неприкосновенности личной жизни людей;

(4) опасность использования выгод ИКТ криминальным миром;

(5) необходимость достаточно серьезных капиталовложений на первом этапе создания информационной инфраструктуры и др.

Весь этот «негатив» выглядит, конечно, гораздо скромнее обещаемых ИКТ выгод. Но нельзя забывать о том, что негативные последствия различных общественных процессов часто дают о себе знать с большим запозданием. Когда же эти процессы только разворачиваются, предсказать все порождаемые ими неприятности очень непросто.