Джокер для Паука - Горъ Василий - Страница 29

Несколько стрел, пущенных вдогонку подобравшимися поближе к городской стене лучниками, не причинили королю Ольгерду никакого вреда — от большей части он уклонился, а парочку легко поймал на лету, сломал и с улыбкой скинул со стены. Потом поднял руку, сжал ее в кулак и исчез за зубцами…

— Тварь… — выдохнул казначей. — Половину речи я не мог пошевелиться! Слушал, развесив уши…

— Да, говорил он убедительно… — буркнул Кварт Копье. — Не удивлюсь, если все, что он сказал, окажется правдой. Говорят, что он всегда держит свое слово… И что теперь делать?

— В смысле? — удивленно посмотрел на тысячника казначей.

— Если все, что он сказал — правда, то у нас серьезная проблема. Ведь если идти в город хотя бы тремя сотнями, и там все так хорошо, как он рассказал, то, боюсь, что многие солдаты захотят дезертировать. Ограничиться парой десятков ветеранов — можно нарваться на засаду… Не заходить вообще — глупость: я почему-то уверен, что ворота открыты. А у меня приказ короля…

— Рты всегда можно заткнуть… — поморщился казначей. — Пара показательных казней, и…

— И число дезертиров утроится… — зарычал тысячник. — Думай, прежде чем говорить… Ладно, пойду с одной сотней. Лично. Еще три оставлю прямо за воротами… Думаю, если что, четверть продержимся. А на то, чтобы подтянулись остальные, больше и не понадобится…

…Король Ольгерд не солгал — в городе было пусто. Улицы, на которых практически не было помоев и мусора, сияли чистотой. В домах, стоящих с настежь открытыми дверями, было прибрано, словно к приходу дорогих гостей. Странно, но покинувшие город жители почти ничего не забрали: в погребах остались продукты, в хлевах на окраине металась мелкая живность, а на центральном рынке из доброй половины лавок даже не вывезли товары! Создавалось ощущение, что жители ДЕЙСТВИТЕЛЬНО поверили обещаниям получить компенсацию за все, что могут потерять! И это слегка пугало. Как и нетронутое серебро на столах — будь это на территории Спаттара, оставленная без присмотра медная монетка сразу нашла бы себе нового хозяина! Даже здесь, под присмотром бдительных десятников, врываясь в брошенные дома, солдаты упорно пытались найти способ что-нибудь да украсть. Начиная с этих самых монет…

Пройдя Глиняную Слободу вдоль центральной улицы и оставив половину солдат охранять самые зажиточные здания, поредевшая сотня добралась до Северных ворот и вышла из города. Большинство солдат, включая ветеранов, пребывали в подавленном состоянии: ни один осмотренный ими дом не нес на себе ощущения бедности. Даже у тысячника Кварта создалось ощущение, что в тех районах города, которые они осмотрели, бедняков просто не было. А, значит, либо кварталы для нищих прятались непонятно где, либо король Ольгерд говорил правду…

— Ну, что там, внутри? — ожидающий сотню за пределами досягаемости для выстрела из лука казначей встревожено смотрел на хмурого друга и мрачнел на глазах. — Все так плохо?

— Хуже некуда… — пропустив солдат мимо себя, и дождавшись, пока они отойдут подальше, буркнул Кварт Копье. — Ольгерд не солгал. Город пуст. Ни жителей, ни солдат. Мало того, в нем чисто! И не воняет… Дома такие, что можно удавиться от зависти. А те, кто ушел, не забрали НИЧЕГО! Вот ты можешь себе представить купца, оставляющего за прилавком две сотни кроличьих шкурок? А того соседа, что прошел мимо ПОСЛЕ его ухода, и не взял их себе? Нет? Вот и я — не могу… Этого не может быть, но есть! Значит, они ему поверили?! Почему? И как он собирается победить? У него же практически нет солдат! А через пару недель до Аниора доберется и армия Империи!!! А их гораздо больше, чем нас…

— Как — не знаю… Но почему-то мне кажется, что он в себе уверен… Кстати, вы его не нашли?

— Нет… — вздохнул Кварт. — Даже не старались. Если то, что о нем рассказывают, правда, то я бы не хотел столкнуться с ним и его Ближним Кругом даже со всей своей тысячей за спиной…

— Город надо сжигать… — сглотнув, пробормотал казначей. — И искать деревни, в которых хоть кто-то остался. Если мы не повяжем солдат кровью, то через пару дней в строю не останется и половины… Ты видишь их лица?

— Я? — чуть не взвыл тысячник, глядя на друга. — Да! Я вижу. Вон, даже при нас шепчутся… Ты прав… Будем жечь…

Глава 24. Юган Эйлор

— До свидания, господин Эйлор… — собеседник Югана улыбнулся, зачем-то приложил пальцы ко лбу, встал, отодвинул лавку и вальяжно зашагал к выходу из таверны.

Десятник, с трудом дождавшись, пока фигура одного из сотрудников тайной канцелярии королевства Аниор скроется за дверью, облегченно выдохнул и украдкой стер со лба капельки пота — беседа, занявшая чуть более трех четвертей, далась гораздо тяжелее многочасового боя с превосходящим по силам противником…

…Город был великолепен. И не похож ни на один из виденных ранее. Удивляло буквально все. Ни на что не похожие дома с широкими, абсолютно не приспособленными для обороны оконными проемами. Беспечность купцов, совершенно спокойно отворачивающихся от выставленных на прилавках товаров и не обращающих никакого внимания на шныряющих вокруг ребятишек. Увесистые кошельки с деньгами, висящие на поясах вечно чему-то улыбающихся прохожих. Мощеные мостовые на всех виденных им улицах. Отсутствие попрошаек, калек и бездомных. И при всем этом на улицах столицы практически не было стражи! Ни в доспехах, ни переодетой: наметанный глаз монаха ни разу не остановился на ком-нибудь, хоть в какой-нибудь мелочи выбивающимся из образа. И это удивляло больше всего: по мнению Эйлора, городская преступность была неискоренима. А для того, чтобы очистить улицы хотя бы днем, надо было иметь огромное количество хорошо обученных воинов, патрулирующих хотя бы центр города, мощную тайную канцелярию, отлавливающую продажную солдатню, и контролирующую самые сильные банды Ночного братства. И начальника этой службы, беззаветно преданного королю. В противном случае город ждало засилье ворья и всякой шелупени, безумные поборы со стороны стражи или даже государственный переворот.

Точно так же поражало отсутствие пьяных: проходя мимо таверн, гостиниц и питейных заведений, Юган периодически заглядывал внутрь, принюхивался к несущимся с кухонь запахам и не мог найти ни одного места, где гуляла бы хоть одна потерявшая человеческий облик компания. Таких просто не было. Вообще. Правда, в паре подобных заведений он все-таки встретил несколько калек, но, оглядев их с ног до головы, не сразу поверил в очевидное: ветераны какой-то из прошлых войн работали в харчевнях вышибалами! Непонятно, что мог противопоставить какому-нибудь перепившемуся охотнику, скажем, одноногий мечник, но, судя по состоянию одежды, зарабатывали они неплохо…

Уходить из города не хотелось. И пусть с каждой минутой, проведенной за его стенами, возрастал риск быть арестованным и брошенным в подвалы городской тюрьмы, бороться с желанием провести в нем еще немножечко времени просто не получалось. В итоге, часа за два до захода солнца, Эйлор все-таки заставил себя свернуть на улочку, ведущую к Северным воротам, и, стараясь сохранить на лице маску беспечного гуляки, медленно поплелся к виднеющейся издалека мощной надвратной башне. И почти сразу же почувствовал на себе чей-то взгляд.

Дергаться и выискивать человека, которому он так внезапно понадобился, не пришлось — буквально через пару десятков ударов сердца рядом с десятником остановился седой, коротко стриженный и одетый в странного покроя одежду пожилой мужчина. И сразу же огорошил Югана вопросом:

— Ну, и как вам наш город, господин Эйлор? Правда, отличается от остальных?

— Да… — стараясь не показать своего беспокойства, ответил десятник. — Все, на что ни кинешь взгляд, кажется не таким, каким должно быть…

— Да, стараемся… — улыбнулся его собеседник. — Кстати, простите, что не представился. Меня зовут Шарль. Я — один из офицеров Ближнего Круга небезызвестного вам господина Ольгерда Коррина. Короля Аниора и все такое. Услышав о той роли, которую вы сыграли в судьбе его сына, я захотел лично познакомиться, выразить вам свою искреннюю благодарность и высказать надежду на долгое и плодотворное сотрудничество…