Алеш и его друзья - Стеклач Войтех - Страница 27

И готово дело: Алеш получил тетради, я — ласковое предупреждение умываться тщательнее, а о воспитательной лекции не было сказано ни слова.

Будь Алеш девчонкой, я бы его поцеловал. А так — хлопнул по пузу и был неописуемо счастлив.

Много чего мы пережили вместе, взять хотя бы, тот случай, когда мы собирались играть в футбол.

«Что будем делать?» — спросил Алеш.

Мы думали поиграть в футбол, но мама заперла мяч в шкафу из-за моей единицы по диктанту и сказала, что, пока не исправлюсь, мяча не получу. Похоже, нам грозило долго оставаться без футбола, но Мирек вспомнил, что у него дома тоже есть мяч.

«Только очень старый, — сказал Мирек, — он на шнуровке, и в нем нет камеры. Придется ее купить».

Ченда заявил, что камеру покупать не надо, у него дома есть, правда дырявая, но мы ее заклеим, и порядок. Поэтому сначала мы зашли к Ченде.

«У нас тут настоящий склад, — сказал Ченда в передней и показал на чулан, где стоял разобранный мотоцикл. — Роман хочет сделать из этой рухляди гоночную машину».

Мы помогли Ченде вытащить на ковер в прихожей огромный ящик, и Алеш спросил, зачем мы пришли — чинить мотоцикл или за камерой? Ченда ответил, что камера лежит где-то в ящике и надо ее найти, но если Алеш не хочет, он может пока починить мотоцикл.

«Вот эту рухлядь? — Алеш презрительно пнул ногой руль. — И не подумаю!»

«Если ты еще раз пнешь руль, я тебе врежу!» — Ченда угрожающе встал против Алеша.

Мирек заявил, что нам лучше не ссориться, а искать камеру.

«Пусть Алеш не задирается», — буркнул Ченда, а Алеш показал ему язык.

Мы с Миреком начали вытаскивать из ящика разные вещи и класть их на ковер.

Камеру Мирек нашел в самом низу, так что на ковре набралась здоровенная груда хлама. Мы хотели взять камеру и пойти к Миреку, но Ченда заявил, что мы спятили — сначала нужно все убрать и заклеить камеру.

Пока мы со всем управились, было уже около четырех, у Мирека с Алешем все руки были в клее, а Ченда обнаружил, что мы испачкали ковер.

«Надо торопиться», — проговорил Мирек, а Алеш рассудительно заметил, что, если мы не поторопимся, на улице стемнеет и мы сегодня уже не сыграем.

«Хорошо, что ты нам это объяснил», — усмехнулся Ченда, а Алеш отрезал, что, если мы будем над ним подтрунивать, он с нами слова не скажет.

«Это было бы самое лучшее», — пробурчал Ченда, но Мирек заявил, что Алеш наверняка не сможет долго молчать.

«Тогда пошли», — предложил Ченда, грустно посмотрев на ковер.

И мы направились к Миреку.

У Мирека дома всегда порядок, и он быстро нашел мяч. Я засунул в него камеру, а Алеш вырвал у меня мяч.

«Я его надую, у меня самые мощные легкие!»

«И брюхо тоже!» — вставил Ченда.

Алеш дул, он весь покраснел от натуги, но мяч по-прежнему напоминал шлепанец.

«Нам нужен насос», — высказался Мирек.

«Тогда пошли к нам, — предложил Алеш, — у меня дома есть».

Нам не оставалось ничего иного, как идти к Алешу.

«Через час начнет темнеть», — бросил Мирек.

«Еще сыграем», — успокаивал нас Алеш.

«Да, сыграем, — проворчал Ченда, — не болтай попусту, а раздобудь лучше веревку, нужно зашнуровать мяч».

«Веревку?»

Алеш начал носиться по квартире, хватаясь за голову.

«Мне бы вспомнить, где у нас лежат веревки!»

«Ну так вспомни, — нетерпеливо произнес Мирек, — хоть приблизительно, где они могут быть. Мы тебе поможем искать».

«Не могу вспомнить, — ныл Алеш, — но наверняка у нас что-нибудь да есть!»

Мы смотрели на Алеша, Алеш смотрел на нас и вертел головой:

«Ничего не получается».

«Это бессмысленно, зайдем лучше ко мне, — предложил я. — Нам все равно по пути, а у папы дома полно веревок».

Поскольку я живу неподалеку от площадки, мы с ребятами схватили мяч и побежали. Возле дома мы остановились.

«Обожди, Боржик, а твоя мама дома?» — спросил Мирек.

«Само собой», — ответил я.

«Так что ты ей скажешь, умник, когда она спросит, зачем тебе веревка?»

Я остановился. Это мне в голову не пришло, а мама наверняка станет расспрашивать.

«Нужно что-то придумать».

«А что?»

«У меня идея, — сказал Ченда, — не нужна нам веревка. Я на площадке вытащу из ботинка шнурок, им и зашнуруем мяч».

Когда мы добежали до площадки, спустились сумерки. Ченда сел, вытащил из ботинка шнурок и протянул его Алешу. Алеш начал шнуровать, но Мирек выхватил у него мяч.

«Дай сюда! Тут нужно затянуть как следует, у меня силы побольше твоего!»

Хлоп! И шнурок порвался.

«Что и говорить, — подтрунивал Алеш, — Мирек у нас сильный».

Когда мяч был готов, опустилась тьма.

«Мы все-таки будем играть?» — неуверенно спросил я.

«Не идти же нам по домам, раз столько было хлопот», — отрезал Мирек.

«Давайте бить в одни ворота», — предложил Ченда.

Первым в ворота встал Алеш.

«Держи!» — крикнул Ченда и разбежался.

Не могу сказать, чтоб это был какой-то выдающийся удар, но Алеш тем не менее удивленно прижимал к груди вместо мяча Чендин ботинок.

«Что это за шутки?» — обиделся Алеш.

«У меня слетел ботинок, потому что не было шнурка!» — закричал Ченда, подпрыгивая на одной ноге.

«Где мяч?» — спросил Мирек.

«Скорее всего, там», — пожал плечами Алеш, показывая за ворота, где росла крапива.

«Так сходи за ним!»

«В крапиву? — усмехнулся Алеш. — Пусть идет тот, кто его закинул!»

«Верни мне ботинок! — вопил Ченда. — Что я, босиком пойду?»

«Нужно было бить с другой ноги», — посоветовал я Ченде.

«Теперь и я такой умный», — огрызнулся Ченда, надевая ботинок, принесенный ему Алешем.

«Беги ищи мяч», — сказал Мирек.

Ченда исчез в крапиве.

Было уже совсем темно.

«Я не могу его найти!»

«Ничего не поделаешь, — вздохнул Мирек, — придется помочь Ченде. Не оставлять же мяч здесь».

Мы долго не могли найти мяч, и все обожглись крапивой, я особенно.

Когда я дома поужинал и отправился спать, я услышал, как папа в кухне сказал:

«Что это наш парень так вертелся за ужином? Уж не крапивная ли лихорадка у него?»

«Скорее всего, съел у Алеша недозревшие фрукты, — решила мама. — Боржик говорил, они с Алешем занимались».

«Это хорошо, — одобрил папа, — он должен в школе исправиться. Пока не исправится, мяча не получит и в футбол играть не будет».

12. КАК ПЕКЛИСЬ СЛАДКИЕ ПИРОЖКИ

В школе сегодня было как-то странно, а впрочем, нормально, потому что сегодня пятница, а по пятницам нам всегда веселее — завтра суббота. К тому же нам было интересно, извинится ли Алеш перед нами.

Мы с ребятами очень этого хотели, жаль все-таки, что мы его исключили из компании, и Алешу наверняка было жаль, вот мы и считали: пусть попросит прощения, и мы примем его обратно.

Но Алеш нас просто не замечал, с нами не разговаривал, а после школы сразу убежал домой.

Это испортило нам настроение, и Мирек, спасая положение, сказал, что мы вчера забыли выбрать название для клуба.

— Точно! — обрадовался я, потому что мог наконец использовать свое выдающееся название «Барахолка».

— Я предлагаю, — рассудительно сказал Ченда, — назвать наш клуб «Мысом Доброй Надежд».

Я так и обмер. Это отвратительное название предлагала мне и кузина Юлия.

— Какой еще Мыс Доброй Надежды? — нахмурился Мирек. — Мы что, моряки какие-нибудь? Я думаю, наш клуб должен называться «Быстрые стрелы».

— Смешно слушать! — сказал Ченда. — Чем называть клуб именем придуманных писателем ребят, лучше уж прямо назвать его «Пряничным домиком».

— Что? — рассердился Мирек. — «Быстрые стрелы», к твоему сведению, ребята будь здоров!

— Плевать! — заявил Ченда. — Все равно их выдумали! Они такие же необычные пацаны, как я моряк.

— Ну, хорошо, — сказал Мирек, — только «Мыс Доброй Надежды» тоже изрядная глупость, признай.