Крысы (сборник) - Герберт Джеймс - Страница 132

Калвер понимал, что главное сейчас — не допустить нового столкновения.

— О, как у вас здесь уютно, — сказала, войдя в комнату. Клер Рейнольдс.

Калвер подумал, что Клер появилась как нельзя более кстати. Он не представлял, каким образом можно разрядить обстановку.

— Я думаю, вы не откажетесь от коньяка? — спросила Клер, обращаясь к Калверу и Фэрбенку. — В любом случае предписываю вам выпить это как лекарство.

Она поставила перед ними бутылку.

— Вам обоим надо немедленно переодеться, не то у меня будет много хлопот с вами. — Она говорила очень бодро, хотя вид у нее был усталый. — За Брайса не беспокойтесь. Я обработала все его раны и сделала прививки от бешенства. Но все же болезнь может протекать очень тяжело, кроме того, неизвестно, сколько продлится инкубационный период: десять дней, месяц, а может быть, год или два. Этого никто не знает.

Клер налила им коньяк в кофейные чашки и, повернувшись ко всем остальным, весело спросила:

— Ну, как ваша революция?

— Не острите, Клер, — сказал Стрэчен. — Вам точно так же не нравились порядки, насаждаемые Дили, как и нам.

— Мне не нравится высокомерие Дили. Но в его целях был какой-то смысл, все его предложения были продиктованы какой-то логикой. А вы действуете исключительно с позиции силы. Это мне противнее всего. — На сей раз она говорила совершенно серьезно, без тени улыбки.

— Мы не применяли силу, — парировал Эллисон.

— Вы взяли в руки оружие. Это ли не значит применить силу? Не-ужели жизнь ничему не научила вас?

— Главное, что мы поняли: больше нельзя слушать таких выродков, как он. — Эллисон ткнул пальцем в сторону Дили.

Доктор Рейнольдс устало вздохнула. Она знала, что продолжать этот спор бесполезно. Никакие ее призывы к благоразумию не возымели результата — ни до путча, ни после него.

Она снова повернулась к Калверу.

— Брайс немного рассказал мне о том, что происходит наверху. Есть ли у вас силы рассказать поподробнее?

Калвер повторил все, о чем только что поведал собравшимся в комнате. Он понимал, что Клер интересуют многие детали, которые ускользали от внимания других, поэтому, превозмогая себя, он как можно подробнее описал их встречу с несчастными жертвами лучевой болезни.

— На мой взгляд, все, что вы рассказали, существенно меняет дело, — твердо сказала она, молча выслушав его. — Мы ни в коеу случае не должны покидать убежище. Очевидно, что за его пределами каждого из нас поджидает смерть.

— Это не так, — поспешно возразил Стрэчен. — Вода спадет, как только прекратится дождь, а он не будет лить вечно. Кроме того, не исключено, что этот поток смоет всех крыс, разрушит их норы, они погибнут в нем, как погибли многие люди.

— Не будьте так наивны, Стрэчен, — сказала доктор Рейнольдс. — В отличие от многих людей эти твари прекрасно плавают.

— Но не в таких условиях. Это все же бурный поток, а не какая-то сточная канава.

— Не исключено и то, что вода затопила не все туннели и крысы спасаются там, — упрямо выдвинула еще один довод доктор Рейнольдс.

— Клер права. Во многих туннелях и канализационных трубах есть специальные заслонки, которые могли оказаться закрытыми после взрыва.

— Еще одна предосторожность правительства, придуманная для собственного спасения, — язвительно сказал Стрэчен. Но Дили не обратил внимание на его слова и сказал:

— Кроме того, многие туннели просто расположены выше уровня канализации, и потому их не должно затопить.

Клер закурила и сказала:

— Я думаю, что нам не мешало бы побольше знать об этих черных крысах. Встретилась ли вам в этот раз хоть одна живая тварь, Стив?

— Нет, слава Богу, живых крыс мы не видели. Только дохлых. Клер пристально посмотрела на Дили.

— Ну что, Алекс, мне кажется, пришло время рассказать все, что вам известно об этих монстрах. Только не говорите, что правительство не имело представления об этом. Я нашла в аптечке убежища яды, которые используют только против крыс, а также противоядие, которое я ввела вам и Стиву, когда вы появились здесь. Это лекарство применяют лишь при лечении болезни, распространяемой черными крысами. Все это говорит о том, что об этой угрозе знали и предпринимали меры предосторожности. Значит, правительству было известно, что эта проблема не решена, что крысы-мутанты по-прежнему живут и размножаются в канализационных трубах и туннелях?

— Я был простым служащим, доктор Рейнольдс. Министры не посвящали меня в свои секреты.

Дили говорил, ни на кого не глядя, и слова его звучали неубедительно.

— Однако вы работали в отделе, который занимался убежищами. Не может быть, чтобы вы ничего не знали об этом. Сейчас не время для секретов, Дили, мы все оказались в экстремальной ситуации, и от того, что вы сейчас расскажете, очень многое зависит. Может быть, узнав всю правду, даже самую страшную, люди успокоятся. По крайней мере, они поймут, что ни в коем случае не должны выходить из убежища. Таким образом вы спасете их от верной смерти, Дили.

Пока Клер говорила, Калвер наблюдал за Дили и с некоторым удивлением заметил, что тот выглядит скорее раздраженным, чем испуганным или виноватым.

— Хорошо, я расскажу все, что мне известно, — нехотя согласился он. — Но я мало что добавлю к рассказу Калвера, и вряд ли это сможет как-то повлиять на ваше решение. Повторяю — я занимал не слишком высокое положение в министерстве.

Он немного помолчал, беспокойно ерзая на стуле, будто сидел в неудобной позе. Калвер понимал, что Алексу трудно начать этот разговор. Но у него не было выбора, отступать было некуда. Все взгляды устремились на него в напряженном ожидании.

— Я уверен, что большинство из вас в той или иной мере информировано о первой лондонской вспышке — так называли первое нашествие на столицу черных крыс. А началось все с того, что некий зоолог Шиллер скрестил нормальных черных крыс с мутантами, которые подвергались воздействию радиации. Выведенный им новый вид Шиллер привез в Лондон с островов Новой Гвинеи, эти животные размножались с невероятной быстротой и вскоре распространились по всему городу. Новый вид сильно отличался от обыкновенных крыс — они сильнее, умнее, если так можно сказать про крыс, выносливее, но и гораздо более опасны для человека. Наверное, их можно назвать крысами-людоедами. Тогда была предпринята большая акция по истреблению этих животных, но крысы успели натворить немало бед.

— Вы хотите сказать, что они уничтожили очень много людей? — спросил Стрэчен.

Дили продолжал:

— Тогда считали, что удалось истребить всех мутантов, но, по-видимому, некоторым из них удалось спастись. Новая вспышка произошла через несколько лет в северо-восточной части города.

— Да, я помню, нам в то время говорили, что эта проблема полностью решена, — рассеянно, будто сама себе, сказала доктор Рейнольдс.

— Тогда все считали, что так оно и есть. И данные отчетов свидетельствовали о том же.

— Чем же тогда объяснить ту страшную трагедию, которая произошла там, за стенами убежища? Если бы вы только видели эти горы изуродованных крысами человеческих тел! О каком истреблении вы говорите, о каких отчетах?! — Голос Фэрбенка дрожал, глаза злобно сузились, а обычно насмешливо-добродушное лицо было перекошено от гнева.

— Я уже сказал, что, очевидно, некоторым мутантам удалось избежать капканов, они нашли какие-то надежные укрытия и продолжали жить и размножаться в городе. Но об этом никто не знал.

— Тогда почему, скажите, пожалуйста, жителей города не предупредили о грозящей им опасности?! — тоже едва сдерживая негодование, спросил Стрэчен.

— Господи! Я же объясняю вам — об этом никто ничего не знал! После первой вспышки практически никаких больше сведений о крысах-мутантах не было.

— Тогда откуда в аптечке эти яды и противоядия? Кто и для чего приготовил их? А специальный ультразвуковой прибор на складе? — холодно спросила доктор Рейнольдс.

— Это всего лишь меры предосторожности в общем комплексе подготовительных мероприятий, — не слишком уверенно ответил Дили.