В погоне за утром - Роэн Майкл Скотт - Страница 85

– Давай! – сказал я себе. Я буквально узнал свой голос, когда его услышал. – Ответь ему! Так, как ответил бы в обычной обстановке. Вот где все это происходит!

Я улыбнулся. Может, чуть-чуть кисло, но это не стоило мне больших усилий. Мне могло что-то привидеться, что-то послышаться, но по крайней мере, здесь я был на знакомой твердой почве.

– Вы должны понять, м-р Питерс, – в этой ситуации я должен ставить интересы компании превыше моих собственных. Ни от их имени, ни от себя лично я не заинтересован, даже пассивно, в нарушении законов или установленной этики ведения торговли.

Я ВСКИНУЛ МЕЧ НАВСТРЕЧУ ОГНЕННОМУ ШАРУ…

– И как бы ни была велика прибыль. Это наша твердая политика, и я от всего сердца согласен с ней. Мы достаточно хорошо справляемся, используя наши собственные методы. Нам нет необходимости их менять. И мы этого не хотим.

ЗАПАХ ГАРИ В МОИХ НОЗДРЯХ…

Я поспешно бросил взгляд вниз на компьютер – а вдруг он перегрелся?

ПЕРЕД МОИМИ ГЛАЗАМИ ПЛЯСАЛИ ПЯТНА… ПЫЛАЮЩИЕ ЯРКИЕ ЦВЕТА… ОГНЕННЫЙ ШАР БЫЛ СЛОМАН. КАСКАДОМ СЫПАЛАСЬ ПЫЛЬ.

– Хороший удар! – сказал я сам себе.

Я обнаружил, что тяжело дышу, обливаюсь потом, в горле пересохло. Мне чертовски хотелось выпить. Но Питерс, похоже, ничего не заметил, он широко распростер руки, выразительно размахивая ручкой.

– Это огорчительно. Глубоко огорчительно. Что ж, считайтесь с интересами вашей фирмы, если вам так угодно. У нас в высшей степени значительная поддержка, и мы, не колеблясь, будем использовать все ресурсы, имеющиеся в нашем распоряжении. Если потребуется, то и в мировом масштабе.

ТРОСТЬ ПОВЕРНУЛАСЬ – УКАЗАЛА НА ЧТО-ТО, ЗАВЕРТЕЛАСЬ, КАК ДИРИЖЕРСКАЯ ПАЛОЧКА, СТРЕМИТЕЛЬНО ОПИСЫВАЯ СВЕРКАЮЩУЮ ДУГУ…

– Я должен говорить с вами откровенно. Если, в конце концов, мы не сможем воспользоваться вашими услугами, нам придется – как бы это сказать? – заменить вас. Вы нам замечательно подходите, но, в конце концов, есть и другие агентства, другие молодые люди с вашей квалификацией и блестящими перспективами. Если мы, при нашем влиянии, остановимся на том, чтобы выбрать одного из таких молодых людей вместо вас, это неизбежно испортит вам карьеру, ваш успех – разве нет?

НЕ НА МЕНЯ, А НА КОСТЕР С ЛЕВОЙ СТОРОНЫ.

– Неужели? Простите, м-р Питерс, не вижу, каким образом.

Или, иными словами, – ты что, угрожаешь мне лично, маленький мерзавец?

– Мой дорогой сэр, в английском языке есть прекрасное выражение, отражающее эту ситуацию: наверху есть место только для одного. В наших руках такое лицо и агентство, которое оно в один прекрасный день возглавит, будет поставлено в положение очень привилегированное – например, оно будет пользоваться благосклонностью официальных источников, правительственных департаментов, самого правительства. Не только в Карибском бассейне, но и в этом конце света, в этой стране. Взлет этого агентства будет – как бы это сказать? – подобен метеору.

КОНЧИК ТРОСТИ ШЕВЕЛЬНУЛСЯ – ПЛАМЯ ВЗМЕТНУЛОСЬ ВВЕРХ, БРЕВНА, ПРУТЬЯ, УГЛИ, ВСЕ… РЕВУЩАЯ КОЛОННА ПЛАМЕНИ… БЕЗУМЦЫ БРОСИЛИСЬ ВО ВСЕХ НАПРАВЛЕНИЯХ…

Господи. Неужели это и есть нервный срыв? Или что-то от стрессовой паранойи, о которой я слышал, – она встречается на очень напряженных работах. Ладно, продержаться до конца этой встречи, вот и все; еще полчаса. А потом я могу мчаться вниз и стащить у Джеммы валиум. Весь запас.

– Совершенно, как метеор. Его конкуренты окажутся в его милости, и… их превзойдут, если у них найдется достаточно здравого смысла, а иначе – их просто опрокинут.

Я заморгал и задумчиво согнул в руках линейку. Так или иначе, совершенно неожиданно чувство паники покинуло меня. Так были у меня видения – или я просто драматизировал то, чем он мне угрожал? Может, здесь есть кое-что и от стресса, но ведь угрозы-то были достаточно реальными – угрозы в мой адрес, в адрес компании. Хорошей компании; большого числа хороших людей, у которых вся карьера зависит от нее. Здесь я явно выходил за рамки своей работы. Мне бы следовало перебросить этот маленький кредит в более высокую инстанцию. Такого рода жесткие разговоры были, если уж на то пошло, епархией Барри. И все же я каким-то образом чувствовал, что за мной стоит некая инстанция, даже все распроклятые инстанции, какие требуются. К черту нервные срывы – если я и слышал голоса, то они говорили дело. Во мне поднималась колоссальная уверенность, и просто руки чесались разделаться с этим маленьким сукиным сыном самому.

ОГНЕННАЯ КОЛОННА РАСКРЫВАЛАСЬ… ЕЕ ВЕРХУШКА РАСПРОСТРАНЯЛАСЬ… СТАНОВИЛАСЬ ШИРЕ… НАВИСАЛА, ВЗДЫМАЛАСЬ ГРЕБНЕМ, СТРУЕЙ РАЗБРЫЗГИВАЯ ЯЗЫКИ ПЛАМЕНИ И ДЫМ… ЗАКРУГЛЯЛАСЬ, КАК ПРИЛИВНАЯ ВОЛНА… С ГРОХОТОМ ЛЕТЕЛА ВНИЗ НАД ГОЛОВАМИ НЕМНОГИХ ОСТАВШИХСЯ ПОКЛОННИКОВ КУЛЬТА… ПРЯМО НА МЕНЯ.

Ничего себе драматизирую! Наверное, я действительно возненавидел этого типа; что ж, почему бы и нет?

Я прыснул со смеху и прижал линейку к губам.

– Вы что-то выбрали уж очень прямолинейный способ излагать свою точку зрения, вам не кажется? У нас известное агентство с длинным списком вполне довольных и постоянных клиентов, в том числе, и государственных. Так что нельзя сказать, чтобы у нас не было поддержки и своего влияния, знаете ли. Агентство в состоянии справиться с коммерческим и политическим давлением; нам и раньше доводилось это делать, и мы выстояли. Даже выиграли от этого на самом деле. А иначе зачем бы вам приходить ко мне?

Я ПОПЛЕВАЛ НА КЛИНОК СВОЕГО МЕЧА И ВСКИНУЛ ЕГО К НЕБЕСАМ…

«Вот это верно! – я снова говорил сам с собой. – Вот в чем здесь все дело. Ты просчитываешь очки в любой игре на ход впереди его. Скажи ему об этом».

– И, – произнес я вслух, – я буду с вами так же откровенен, как и вы со мной. Если я лично хотя бы вполовину тот, за кого вы меня принимаете, я должен быть вполне в состоянии справляться с такого рода нападками сам. Разве нет?

Я ВЗРЕВЕЛ ОТ СМЕХА… НАДУЛ ЩЕКИ… С ШУМОМ ВЫДОХНУЛ МОЩНУЮ СТРУЮ ВОЗДУХА В СТОРОНУ ОПУСКАЮЩЕЙСЯ СТРУИ. КАСКАД ОГНЯ КОСНУЛСЯ СТАЛИ… И РАСКОЛОЛСЯ. РАСПЛЕСКАЛСЯ, КАК СТРУЯ ВОДЫ ИЗ КРАНА… УТРАТИЛ СВОЕ ЕДИНСТВО… ОБРУШИЛСЯ ДОЖДЕМ, ЗАДЫХАЮЩЕЙСЯ ТУЧЕЙ ЯРКИХ ТЛЕЮЩИХ УГОЛЬКОВ НА ГОЛОВЫ ПЕРЕПУГАННОЙ ТОЛПЫ. ДИКИЕ КРИКИ ЕЩЕ УСИЛИЛИ ПАНИКУ… ПОВСЮДУ ВОЛОСЫ И ОДЕЖДЫ ЗАНИМАЛИСЬ ОГНЕМ. Я ГРОМОВЫМ ГОЛОСОМ ВЫРАЗИЛ СВОЕ ТОРЖЕСТВО…

Я сглотнул. Господи, какое живое видение! Откуда, черт возьми, все это берется? Может быть, оно подкрадывалось ко мне с момента этого его загадочного звонка, наверное, я уже тогда почуял в нем что-то неладное. Может, подсознательно – или у меня стало развиваться шестое чувство. Телепатия, например, – я уже почти готов был в это поверить, но… Нет. Я просто слишком часто засиживался допоздна в этих ночных заведениях в доках, вот в чем тут дело. Ничего удивительного, что я напридумывал вокруг него вот таких небылиц и видел их каждый раз во сне, случись мне задремать. Правда, при моем складе ума я скорее мог бы ожидать, что выдумаю историю с торговцами оружием или баронами наркомафии, нечто… более практичное, что ли. Обыденное, если хотите. Это просто лишний раз доказывает, какая странная штука – подсознание. Я поднял глаза и оглядел офис. Знакомый, будничный, солидный – книжные шкафы, растения, картины. Стол Дэйва (а куда это ОН сейчас подевался?). Обычные, повседневные вещи. Вещи, за которые человек цепляется – да нет, даже больше. Вещи, на которых я могу стоять твердо и с которыми могу защищаться от всего, что бы ни бросал мне в лицо мир. Реальные вещи, правда?

Эти причудливые видения, эти неожиданные провалы в темноту, атаковавшие сразу все чувства, причем постоянно – могли ОНИ быть реальными? Старый софизм: снится ли философу, что он бабочка, или бабочке – что она философ?

А новый поворот событий таков, что здесь как раз ответ важен.

Каким бы ни был в действительности мой ответный удар, Питерсу он ничуточки не понравился – это было очевидно. Он неловко заерзал в своем кресле и пригладил свои черные с проседью волосы. Так на чем же я все-таки должен стоять? Где разыгрывалась настоящая битва? Я напрягся. Он наклонился вперед и резко постучал ручкой по спинке кресла.