Авторская энциклопедия фильмов. Том II - Лурселль Жак - Страница 188

The Return of Draw Egan

Возвращение Дро Игена

1916 — США (62 мин)

· Произв. Triangle, Kay-Bee (Томас Инс)

· Реж. УИЛЬЯМ С. ХАРТ

· Сцен. Гарднер Салливан

· Опер. Джо Огаст

· В ролях Уильям С. Харт (Дро Иген / Уильям Блейк), Луиз Глом (Поппи), Марджери Уилсон (Мёртл Бактон), Роберт Макким (Джо-Аризона), Дж. П. Локни (Мэт Бактон).

Дро Иген — знаменитый на Диком Западе бандит. Отряд кавалеристов преследует его людей и окружает ферму, где они оказались в осаде. Игену удается вырваться. В городке Разбитая Надежда его отвага и хладнокровие привлекают внимание Мэта Бактона, влиятельного жителя соседнего городка Трусливый Пес, где вовсю свирепствует преступность. Бактон предлагает Игену пост шерифа. Тот соглашается и под именем Уильяма Блейка восстанавливает мир и покой в Трусливом Псе, укротив всех нарушителей порядка. Но главное, что удерживает его на стороне добра, — Мёртл, дочь Бактона. Королева местного салуна Поппи, к которой Иген относится свысока, пытается восстановить город против него. В этом ей помогает Джо-Аризона, бывший сообщник Игена, который хочет вновь посеять в городе хаос. Шериф добросовестно выполняет свою работу; Джо-Аризона прибегает к шантажу, но не добивается успеха. Наконец, он публично раскрывает прошлое Игена, и тот даже не пытается ему возражать. Он обещает сдаться, прежде чем пробьет 6. Он убивает на дуэли Джо-Аризону и сдает оба своих револьвера Бактону. Бактон и прочие жители города умоляют его остаться. Мёртл просит о том же, и они обнимаются.

♦ Типичный пример продукции Уильяма Харта для студии «Triangle», с характерными для этих картин тематикой, личностью героя и классически взвешенным режиссерским стилем. Трезвое, почти документальное использование натурных съемок и большая массовка создают сильное ощущение реальности происходящего, которое не портят ни юмор, ни картинная живописность — ни то ни другое вовсе не ценится Хартом. Отметим, что на этой примитивной стадии развития вестерна (по крайней мере, во взрослых фильмах) традиционное для жанра противопоставление Добра и Зла становится в гораздо большей степени противостоянием ценностей, нежели персонажей. Граница между Добром и Злом проводится четко, но между героями и злодеями она уже гораздо более зыбка. Так, главный герой без всякой трагедии и почти без усилий сменит статус опасного бандита на статус уважаемого и обожаемого шерифа. Со скрытой, но очевидной иронией Уильям Харт подчеркивает, что главный герой искупил вину любовью, а не потому, что пересмотрел свои нравственные ценности. Если бы в Трусливом Псе не было Мёртл, главный герой, несомненно, поддался бы искушению и примкнул к злодеям, чья жизнь на экране увлекательнее жизни честных людей. Фильм достоверно показывает, как относительна была «мораль» Дикого Запада: не важно, что осталось в прошлом у «чистильщика городов»; все это забыто, как только он становится нужен обществу.

The Revenge of Frankenstein

Месть Франкенштейна

1958 — Великобритания (89 мин)

· Произв. Hammer (Энтони Хайндз)

· Реж. TEPEНC ФИШЕР

· Сцен. Джимми Сэнгстер по роману Мэри Шелли

· Опер. Джек Эшер (Technicolor)

· Муз. Леонард Сэлзидо

· В ролях Питер Кушинг (Виктор Франкенштейн), Юнис Гейсон (Маргарита), Фрэнсис Мэтьюз (доктор Ганс Клеве), Майкл Гуинн (Карл), Джон Уэлш (Бёргмен), Лайонел Джеффриз (Фриц), Джон Стюарт (инспектор), Оскар Куитэк (карлик).

Фильм начинается ровно с того момента, на котором закончилось Проклятие Франкенштейна, The Curse of Frankenstein*.

Мы снова в 1860 г. Итак, барон шагает к гильотине. Но погибнуть суждено не ему: палач и хромой тюремщик отправляют под топор священника, сопровождавшего приговоренного на казнь. Франкенштейн под фамилией Штейн обустраивается в Карлсбруке, где становится видным практикующим врачом и пользуется уважением, даже несмотря на свое нежелание вступить в Ассоциацию врачей города. У него образуется круг состоятельных клиентов, но при этом он открывает больничное отделение для бедняков и лечит их бесплатно, чем вызывает восхищение в обществе. На самом деле эта работа открывает ему прямой доступ к частям тела и органам, необходимым для опытов, которые он по-прежнему неутомимо продолжает. Он ампутирует руку у карманника, чтобы пришить ее своему новому чудовищу, которое на этот раз должно быть лишено недостатков.

Молодой врач Ганс Клеве знает, что барон убил Бернштейна (см. Проклятие Франкенштейна). Он увлечен опытами барона и шантажом выбивает для себя место ассистента. Франкенштейну нужен толковый человек, готовый ради опытов на все; просьба Ганса приходится как нельзя кстати. Франкенштейн не хочет повторять ошибку, погубившую его первый опыт, и пересаживает монстру наисвежайший мозг хромого и уродливого тюремщика, давшего свое согласие на то, чтобы его мозг попал в здоровое тело новоиспеченного существа.

Опыт завершен. Чудовище сперва бьется в жестоких конвульсиях, и ученые применяют анестетики; но затем демонстрирует почти безупречные физические данные. Однако мысль о том, что на него будут направлены взгляды ученых всего мира, мучает Чудовище. Хромой тюремщик сыт по горло чужими любопытными взглядами. Франкенштейн вынужден терпеть в своем доме больничную медсестру Маргариту, протеже ее отца-министра. Коллега по больнице передает ей ключ от комнаты, где содержится «особый пациент». Маргарита разговаривает с ним (хотя 1-е чудовище, созданное бароном, не обладало даром речи).

Чуть позже Чудовище сбегает, чтобы найти и сжечь свое старое тело (т. е. тело хромого тюремщика). Схватившись с консьержем, Чудовище душит его, однако нанесенные соперником жестокие удары повреждают его мозг. Чудовище укрывается в амбаре, где его находит Маргарита. Чудовище снова пускается в бега и пожирает молодую девушку из деревни, болтавшую со своим возлюбленным. В самом деле, как и шимпанзе, которому Франкенштейн пересаживал голову орангутанга, Чудовище теперь тяготеет к каннибализму. Чудовище постепенно теряет первоначальный облик, становится все уродливее и наконец, ворвавшись в дом некоей графини посреди музыкального вечера, падает замертво на глазах у приглашенных. Франкенштейн вынужден предстать перед Ассоциацией врачей города; вскоре после этого его жестоко избивают пациенты больницы, которые, похоже, начали понимать, для чего их тут держат. Умирая, барон шепчет своему ассистенту: «Вы знаете, что вы должны сделать». Ганс пересаживает мозг барона в тело, подготовленное для 3-го опыта. В Лондоне на Харли-стрит, улице знаменитых врачей, «новый» доктор Штейн открывает свой кабинет.

♦ Проклятие Франкенштейна и Месть Франкенштейна дополняют друг друга, словно 2 части одного фильма. (При этом, как ни странно, изначально продолжение не замышлялось.) Франкенштейновский цикл Фишера состоит из 5 фильмов: после Проклятия и Мести следуют Франкенштейн создал женщину, Frankenstein Created Woman*; Франкенштейн должен быть уничтожен, Frankenstein Must Be Destroyed, 1969; и Франкенштейн и чудовище из ада, Frankenstein and the Monster From Hell, 1973. Вместе они представляют собой блестящую реставрацию кинематографического мифа, ранее созданного в Голливуде Джеймсом Уэйлом. На каждом этапе создается впечатление, будто Франкенштейн Фишера становится все злее и чудовищнее. Это — оптическая иллюзия, вызванная тем, что публика заново удивляется, глядя на жуткую природу барона; на самом деле барон не меняется. Его криминальный талант полностью раскрыт уже в 1-м фильме. Например, он убивает ученого, желая похитить его мозг, и бросает на растерзание Чудовищу надоевшую служанку, чтобы ничто не мешало ему работать дома.

В этом цикле из 5 фильмов сотрудничество Фишера и Кушинга оказывается весьма плодотворным; оба видят возможность проявить лучшее, на что способны. Кушинг создает портрет изможденного, ледяного Франкенштейна, прячущего свирепость под маской учтивости, невозмутимо чудовищного во всех своих проявлениях, не считающегося ни с чем, кроме научных опытов. Не проявляя внешне признаков тщеславия, он действует как божество, которому в рамках исследовательской вселенной позволено все. В отличие от голливудских «Франкенштейнов», барон становится настоящим героем этого цикла, а Чудовище является лишь более-менее успешным плодом его изысканий (это справедливо в особенности по отношению к 1-м двум фильмам). Фишер отмечает чудовищность героя, не считая себя обязанным подчеркивать ее ненужными нравоучительными комментариями. Впрочем, все фильмы достаточно немногословны, что им только на пользу. Фишер пользуется классическим, взвешенным, местами немного медлительным стилем. Отказываясь от показных эффектов и давления на зрителя, он тем не менее каждый раз идет до самой грани и пробует в сфере визуального ужаса все, что было дозволено в те годы. Также Фишер умеет ловко пользоваться приемом опущения, рождая очень эффективные и очень близкие его натуре моменты черного юмора и иронии (см. в Мести — гибель священника в начале фильма и финальное воскрешение Франкенштейна в Лондоне: в финале Мести барон и Чудовище становятся единым целым, что само по себе является весьма оригинальным поворотом во внутренней тематике мифа).