Авторская энциклопедия фильмов. Том I - Лурселль Жак - Страница 338

♦ Итак, самый красивый пеплум в истории кинематографа снят англичанином, которому, казалось бы, ничто не предвещало такой успех — разве что, в некоторой мере, любовь к детским фильмам и недавний опыт работы со студиями Диснея. Рассмотрим внимательнее этот необъяснимый прорыв, словно упавший с неба (или с Олимпа). Впечатляет огромное количество достоинств, собранных воедино: ум, ироничность, интонационная свобода сценария; мастерская режиссура, на уровне ритма (не слишком быстрого и не слишком медленного) и умелого и естественного использования натурных съемок (проводившихся в маленькой деревне Палинуро к югу от Неаполя и в Пестуме, где снималась сцена с гарпиями, сидящими в плену в греческом храме), а также великолепные краски. Талант Хэррихаузена и созданные им существа придают этой развлекательной картине финальный аккорд, без которого, впрочем, и фильма бы не было. Эту сказку населяют персонажи 3 типов: люди, боги и чудовища. У каждого есть уязвимое место, которое либо очевидно, либо неожиданно. Люди хрупки, поскольку им выпала такая судьба — быть героями приключенческого повествования. Если бы они не рисковали жизнью ежеминутно, разве бы мы переживали за их судьбу? Вокруг Ясона погибнут многие (кто будет раздавлен, кто утоплен, кто зарезан и т. д.); погибнут различными способами, изобретенными извечной жестокостью людей и богов. В чудовищах, созданных Хэррихаузеном — даже в самых страшных — всегда (и здесь больше, чем где бы то ни было) есть что-то трогательное, детское, робкое. Это связано не только с совершенством его мастерства, но и с относительной (и неизбежной) неуклюжестью техники, придающей существам подобие жизни. Жизнь этих созданий еще мимолетнее, чем жизнь человека. Как правило, они появляются лишь затем, чтобы тут же умереть, прожив всего лишь одну сцену. Только Гарпиям сохранят жизнь, но обрекут на танталову муку. Даже скелеты, выросшие из земли, — существа, казалось бы, бессмертные — и те погибают под мечами, копьями или в водных пучинах (битва с ними — один из самых удивительных эпизодов в истории кино). А когда статуя Талоса — невероятный, по удачный гибрид Колосса Родосского и Ахиллеса с уязвимой пятой — теряет «кровь», задыхается и начинает шататься, в ее участи есть нечто жалостное и трогательное. Наконец, хрупки и уязвимы даже боги. «Ты — бог многих народов, — говорит Гера Зевсу, — и все же, когда эти люди перестанут верить в тебя, ты вернешься в небытие». — «Ты сознаешь это, и все равно остаешься со мной», — отвечает Зевс. ― «Ты думаешь, это от слабости, повелитель?» — «Не без этого. Ты почти человек». Этот необычный диалог сполна демонстрирует интонационную свободу, лукавство и ироничность фильма. Боги не только так же капризны, предвзяты, вспыльчивы и привязчивы, как люди; они еще и так же смертны, хотя времени у них больше. Можно сказать, что фильм примеряет к греческой мифологии тот же подход, что был применен к рубаям Омара Хайяма в XIX в. в переводе Эдварда Фицджералда: восхищенная адаптация с немалой вольностью и некоторой беззаботностью. Ясон и аргонавты — фильм невероятно изобретательный, поэтичный и цивилизованный; это уникальное произведение. Его ни в коем случае нельзя пропустить.

БИБЛИОГРАФИЯ: Рей Хэррихаузен рассказывает о своих фильмах в альбоме «Film Fantasy Scrapbook» (Barnes, New York, 1972).

Jassy

Джасси

1947 — Великобритания (102 мин)

· Произв. Gainsborough (Сидни Бокс)

· Реж. БЕРНАД НОУЛЗ

· Сцен. Дороти и Кэмбл Кристи, Джеффри Керр по одноименному роману Норы Лофтс

· Опер. Джек Эшер (Technicolor)

· Муз. Генри Гил, Луис Леви

· В ролях Маргарет Локвуд (Джасси Вудрофф), Патриша Рок (Дилис Хелмар), Деннис Прайс (Кристофер Хэттон), Дермот Уолш (Барни), Бэзил Сидни (Ник Хелмар), Нора Суинбёрн (миссис Хэттон), Линден Трэверз (миссис Хелмар).

Англия. 1830 г. За одну ночь Кристофер Хэттон проигрывает Нику Хелмару все свое состояние, включая великолепное поместье «Морделен». Вместе с женой и сыном Барни Хэттон переезжает на скромную ферму по соседству. Позднее он возвращается к Хелмару, чтобы отыграться, жульничает и, разоблаченный, кончает с собой. Барни влюблен в Дилис, дочь Ника Хелмара. Он спасает девушку по имени Джасси от преследований и насмешек деревенских жителей, считающих ее ведьмой, поскольку ее мать — цыганка. Барни берет ее к себе на ферму служанкой, и вскоре Джасси влюбляется в него. У нее есть дар предвидения, который проявляется в драматичных обстоятельствах. Когда в стельку пьяный Хелмар убивает ее отца, пришедшего защищать интересы фермеров, Джасси в нескольких км от поместья «видит» эту трагедию и знает, что скоро ей принесут тело отца. Мать Барни выгоняет Джасси из дома, когда узнает о ее чувствах к сыну. Став служанкой в пансионе для девушек, Джасси обнаруживает среди учениц Дилис. Однажды Джасси помогает ей сбежать на встречу с возлюбленным, и их обеих выгоняют из пансиона. Дилис приглашает Джасси в «Морделен».

Хелмар, выгнавший из дома жену после того, как застал ее с любовником, пленен красотой Джасси. Слабохарактерная Дилис соглашается выйти замуж за человека, которого подыскал ей отец. Из любви к Барни Джасси соглашается выйти за Хелмара, но при 1 условии: «Морделен» будет принадлежать ей безраздельно. (Она рассчитывает позднее подарить его Барни, который любил это поместье больше всего на свете и лишился его из-за распутства отца.) Когда Хелмар расшибается при падении с лошади, Джасси преданно ухаживает за ним, хотя он обращается с ней исключительно гнусно. Верная служанка Джасси, не говорящая ни слова с тех пор, как ее жестоко избил отец-кузнец (своим спасением она была обязана только вмешательству Барни), отравляет Хелмара в отместку за все, что пришлось пережить ее хозяйке. На процессе все улики указывают на Джасси. Служанка обретает на минуту дар слова, говорит, что Джасси невиновна, и падает замертво прямо в зале суда. Джасси выходит на свободу и отдает «Морделен» Барни, ничего не ожидая взамен. Барии, наконец, понимает всю глубину ее любви. Теперь он готов разделить свою жизнь с Джасси.

♦ Выпущенный английской фирмой «Gainsborough», способной иногда по зрелищности соперничать с крупными голливудскими компаниями, этот пышный костюмный фельетон, лишенный единства и подлинного масштаба, содержит немало оригинальных поворотов сюжета, которым, однако, не в состоянии придать осмысленности пресная режиссура. Тем не менее, фильм довольно обаятелен благодаря восхитительным цветам (использование системы «Technicolor» уникально в это время для Европы) и сценарному материалу, сочетающему романтизм и жестокость и пробуждающему зрительское воображение. Актеры, ситуации, декорации, костюмы, операторская работа, деньги — все было собрано в расчете на первоклассное зрелище; выдающейся картины не получилось только из-за того, что у режиссера не было оригинальных идей и амбиций. Этот фильм типичен для того далекого времени, совершенно не похожего на наше, когда продюсеры, словно по вдохновению, собирали на площадке все, что нужно для того, чтобы пленить зрителя и доставить ему удовольствие, в данном случае, все, кроме главного: настоящего режиссера. И все же Джасси смотришь с наслаждением и ностальгией: это, скорее, набросок незавершенного фильма.

Jeanne Eagels

Джинн Игелз

1957 — США (109 мин)

· Произв. COL (Джордж Сидни)

· Реж. ДЖОРДЖ СИДНИ

· Сцен. Дэниэл Фьюкс, Соня Левиен, Джон Фанте по сюжету Дэниэла Фьюкса

· Опер. Роберт Планк

· Муз. Джордж Данинг

· В ролях Ким Новак (Джинн Игелз), Джефф Чандлер (Сэл Сатори), Эгнес Мурхед (миссис Нилсон), Чарлз Дрейк (Джон Донахью), Ларри Гейтс (Эл Брукс), Вирджиния Грей (Элси Дезмонд), Джин Локхарт (директор актерского профсоюза «Экуити»), Джо де Сантис (Фрэнк Сатори), Мёрри Хэмилтон (Чик О'Хара).