Авторская энциклопедия фильмов. Том I - Лурселль Жак - Страница 314

В биографической части (увы, слишком поверхностно и неопределенно говорящей о происхождения и юности героини) Уайз мастерски использует освещение и короткий монтаж, чтобы подчеркнуть жизненные силы, бурную энергию главной героини, а также ее беспечность и неосторожность. Эта энергия растрачивается впустую в ночном, влажном и мерцающем мире, где Барбара напрасно считает себя королевой. 2-я часть выводит вперед растерянность героини, по наивности ставшей жертвой ловушек, сомнительными методами расставленных сообщниками, полицией и правосудием. Это самая нейтральная и самая неудачная часть, в которой Уайз умело — но без разъедающей силы, которой требовала тема, — смешивает драматургическое напряжение, психологическое описание и строгое изложение фактов и событий в юридическом ключе. Только 3-я часть пробуждает его талант. Его режиссерский стиль, где теперь превосходно уживаются строгость, зрелищность и сдержанность, стремится выразить простое течение времени, когда оно, нагруженное трагедией, несет главному герою лишь неотвратимое поражение и страдания. Уайз тщательно и с путающей медлительностью описывает мучения, пережитые героиней перед тем, как ее запирают в камере пыток, достойной позднего средневековья. Здесь речь идет уже не о вине или невиновности, а всего лишь о женщине, которой предстоит умереть, причем в таких условиях, что доброжелательность тюремщиков, последние старания защитников и все прочие знаки симпатии лишь усиливают чудовищную жестокость картины. Тезису больше не нужны аргументы, и он уступает место простому, по-иному убедительному созерцанию ужаса. К тяжелой теме — последняя ночь приговоренной к смертной казни — Уайз применяет технику рассказа в реальном времени, над которой он экспериментировал в Подставе, The Set-Up*.

Великолепная и щедрая актерская работа Сьюзен Хейуорд (которая, напомним, работала со Стюартом Хайслером, Де Миллем, Жаком Турнёром, Манкивицем, Генри Кингом, Николасом Реем, Делмером Дэйвзом и т. д.; один из самых красивых послужных списков среди голливудских актрис) помогает режиссеру четко обозначить намерения. Джазовая партитура, в свое время привлекшая к себе очень большое внимание (идея Джозефа Манкивица) — одновременно и худшая, и лучшая находка фильма. Она придает начальным сценам удивительный ритм и атмосферу, однако ужасно «старит» фильм в целом, и нам часто думалось, что в звуковом сопровождении подобного сюжета музыка не должна быть настолько явной, либо же ее не должно быть вовсе.

I Was a Teenage Frankenstein

Я был подростком-Франкенштейном

1957 — США (74 мин)

· Произв. Santa Rosa Productions (Герман Коэн), прокат American International

· Реж. ГЕРБЕРТ Л. СТРОК

· Сцен. Эбен Кэндел

· Опер. Лотроп Уорт (последняя минута — на цв. пленке «Pathé»)

· Муз. Пол Данлэп

· В ролях Уит Бисселл (профессор Франкенштейн), Гэри Конуэй (Чудовище), Филлис Коутс (Маргарет), Роберт Бёртон (доктор Карлтон), Джордж Линн (сержант Бёрнз), Джон Клифф (сержант Макэйфи), Маршалл Брэдфорт (доктор Рэндолф).

В наши дни потомок барона Франкенштейна, хирург по профессии, получает приглашение отправиться в турне по США с серией научных докладов для своих коллег. Он утверждает, что пересадки любых органов и тканей возможны и осуществимы на человеке. Аудитория слушает его с недоверием, и Франкенштейн объявляет, что вскоре сможет предоставить доказательства, что его теория верна. При помощи одного электрофизика он добывает труп молодого парня, погибшего в автокатастрофе. Он ампутирует особо пострадавшие части тела и заменяет их другими — в хорошем состоянии — из обширной коллекции, собранной в поездках по свету. Ненужные части тела он бросает крокодилу, живущему неподалеку от лаборатории.

Существо, оживленное Франкенштейном, имеет форму крепкого и хорошо сложенного подростка. Оно способно говорить и даже плакать. Через некоторое время оно просит разрешения выйти из лаборатории, где его держат взаперти. Тогда Франкенштейн показывает Чудовищу его жутко изуродованное лицо, прежде скрытое под повязками. Подопытный тем не менее выходит на улицу, встречает женщину; та кричит от испуга, и Чудовище душит ее, чтобы заставить умолкнуть. Все свидетели подтверждают, что нападавший обладал нечеловеческой силой. Барону удается умело отвести от себя подозрения. Он узнает, что его невеста — медсестра и по совместительству секретарша, — сделала копию ключа и обнаружила результат его опытов. Сначала Франкенштейн приходит в ярость, потом притворяется, будто простил невесту, но затем натравливает на нее Чудовище.

Франкенштейн и его создание выходят ночью на улицу, чтобы подыскать для Чудовища «новое лицо». Монстр душит случайно встреченного им на дороге парня и после новой операции, проведенной Франкенштейном, просыпается с великолепным лицом. Однако теперь его могут узнать. Франкенштейн планирует разрезать свое создание на куски и отправить разными грузовыми партиями в Англию, чтобы там собрать заново. Но Чудовище придерживается на этот счет иного мнения. Оглушив хозяина, оно скармливает его крокодилу. Прибывает полиция; монстр отступает, подходит слишком близко к электрической аппаратуре и погибает от удара током.

♦ Пока в Англии Теренс Фишер своим Проклятием Франкенштейна, The Curse of Frankenstein* начинает масштабное возрождение старых фантастических мифов студии «Universal», американцам удается полностью извратить эти мифы в серии жалких малобюджетных творений с бредовым сюжетом и непроизвольным юмором — часто даже более увлекательных в пересказе. Этот фильм, имевший в США огромный успех, служил тому показательным примером. Единственное новшество, которое можно приписать этому малопривлекательному воплощению Франкенштейна, в том, что сюжет тут на самом деле служит предлогом для того, чтобы показать на экране несколько отрезанных частей тела или голову, рассеченную на части и запертую в клетке. С точки зрения истории фантастического жанра в кинематографе, эти редкие пугающие кадры предвещают приход «горов», поставленных Хершеллом Гордоном Льюисом, которые, начиная с Кровавого пира, Blood Feast, 1963, произведут революцию в жанре.

If I Had a Million

Будь у меня миллион

1932 — США (83 мин, без эпизода V)

· Произв. PAR (Луис Д. Лайтон, Бенджамин Глэйзер, общий контроль — Эрнст Лубич)

· Реж. ЛОТАР МЕНДЕС (не указан в титрах; пролог), СТИВЕН РОБЕРТС (I), ДЖЕЙМС КРУЗ (II и VIII), НОРМАН МАКЛАУД (III), НОРМАН ТАУРОГ (IV), БРЮС ХАМБЕРСТОУН (V), ЭРНСТ ЛУБИЧ (VI), УИЛЬЯМ Э. САЙТЕР (VII)

· Сцен. Клод Биньон, Малколм Стюарт Бойлан, Сидни Букмен, Изабел Доун, Оливье Х.П. Гаррет, Гровер Джоунз, Лотон Макколл, Уильям Слэвенз Макнатт, Уитни Болтон, Джон Брайт, Лестер Коул, Бойс Дигоу, Харви Гейтс, Эрнст Лубич, Джозеф Манкивиц, Роберт Спаркс, Уолтер Делеон, Сетон И. Миллер, Тиффани Тэйер по сюжету Роберта Д. Эндрюза

· В ролях

Пролог: Ричард Беннет (Джон Глидден), Гейл Патрик (секретарша);

I: Чарли Рагглз (Генри Пибоди), Мэри Боланд (миссис Пибоди);

II: Уинн Гибсон (Вайолет Смит);

III: Джордж Рафт (Эдди Джексон);

IV: У.К. Филдз (Ролло Ла Рю), Элисон Скипуорт (Эмили Ла Рю);

V: Джин Реймонд (Джон Уоллес), Фрэнсес Ди (Мэри Уоллес);

VI: Чарльз Лотон (Финеас В. Ламберт):

VII: Гэри Купер (Стивен Гэллахер), Джек Оуки (Маллиган), Роско Карнз (О'Брайен), Джойс Комптон (Мэри);

VIII: Мей Робсон (Мэри Уокер), Бланш Фредеричи (старшая медсестра).

Миллиардер, ненавидящий свою семью и презирающий подчиненных, на смертном одре решает выделить по чеку на миллион долларов незнакомцам, выбранным по справочнику. Каждому избраннику он лично вручает его долю сказочного наследства.

I — Продавец в фарфоровой лавке, терпящий издевательства от начальника и от своей жены, получает чек и устраивает в лавке погром.