Гаяна - Аматуни Петроний Гай - Страница 114

- Растения-генераторы?

- В том-то и дело. И семена их наэлектризованы. То, что на прежних марсианских картах представлялось нам как узлы, в которых пересекались и соединялись «каналы», оказалось крупными магнитными аномалиями. Наэлектризованные семена марсианских «саксаулов»-мелкие и легкие, как пыль, - попадая в зону магнитных силовых линий, приходят в движение и распределяются вдоль них, потом дают всходы и образуют огромные «лесополосы», воспринимаемые с Земли, как сеть каналов…

- А сезонные изменения?

- Они связаны с влиянием солнца. Конечно, все это в общих чертах, многое требует уточнения, проверки, но то, что я вам рассказал, - в общем верно!

- А что нового на Земле, Мауки? - спросил я.

- Самое главное - заключили договор о разоружении! Сейчас уже почти на всей Земле нет голодных, хотя остались… Бергоффы и Джексоны.

- Живы?! - спросил Хоутон.

- Не знаю, Боб. Да черт с ними! Не они, так другие… Зато на планете больше нет колоний!

- Где будем производить посадку, Мауки?

- Андрей Иванович, не угадаете.

- В Москве?

- Нет, нет, не пытайтесь… На Пито-Као!

- Пито-Као?!.

- Да. Сейчас там международный космодром, дорогие друзья. Можно было подобрать и другой остров, но остановились на нем, в честь прилета Гаянцев на звездолете «Тиунэла».

Юль улыбнулась, откинула голову и мечтательно закрыла глаза. Стать женой жителя другой планеты, с иными обычаями и взглядами, войти в круг его сопланетников - непросто. Воображение рисует и неприятные неожиданности.

Ее родина знала меньше горя.

Материки Гаяны расположены в среднем поясе планеты, с мягким климатом и щедрой природой, почти безвозмездно кормившей и одевавшей людей. Частная собственность ожесточала когда-то и Гаянцев. Но у них меньше было различных племен, а значит - и меньше возможностей зариться на чужое добро в крупном масштабе и затевать войны.

Не знали гаянцы и религий типа земного христианства, магометанства, буддизма и их разновидностей; не было «святых» знамен, прикрывающих право сильного бить и крошить слабого; не было попов и монахов, натравливающих приверженцев одной веры на сторонников другой. Судьба и в этом отношении пощадила их планету.

История Земли сложнее, и Юль тревожилась, впервые увидев в телескоп крошечную голубоватую звездочку.

Но теперь, слушая рассказ Мауки, Юль утверждалась в вере: раз будут счастливы земляне, будет хорошо и ее мужу, ей самой. У себя на родине она тоже с детства усвоила истину: счастье одного - в счастье всех!

Голос Мауки вывел ее из раздумья.

- Смотри, ани, - говорил Мауки, указывая рукой на телевизионный экран, - вот как сейчас выглядит Пито-Као, где приземлились когда-то твои и… мои предки!

… Большой современный городок под параболической прозрачной крышей вырос на высоком скалистом берегу, на том месте, где раньше ютились жалкие хижины «Лакки-тауна». В центре острова, на груди широкой равнины, высились взлетные эстакады звездолетов. С одной из них ушел на Марс очередной корабль, и мы мысленно пожелали ему удачи.

У подножия величественно спящего вулкана - аэродром для космопланов, а за горой, в другой равнине, расположилось серое посадочное поле для звездолетов, с огромными гнездами и отверстиями туннелей - приемниками газов и пылевых вихрей - и решетками-гасителями излучений.

Пито-Као тоже начал свою новую жизнь!

3

Мы приземлились на заре. Наше Солнце первым тепло и ласково обняло нас.

Двигатели произнесли свое последнее «уф-ф!» и замерли.

Мы дома!..

Десятки тысяч слов в русском языке. Но я знаю самое емкое и близкое - дом. В нем поселились тысячи других слов, и как бы я ни пытался живописать встречу с родными и близкими - мало удалось бы мне прибавить к тому чувству, какое вызывает слово «дом».

День мы провели в городке, где, кроме семей и друзей, нас ожидала дивизия журналистов и кинохроникеров. Коллеги Хоутона готовятся к дружественной атаке, намечаемой на завтра. Они оттачивают перья, смазывают пишущие машинки (если их смазывают!), заготавливают, как патроны и снаряды, образы и сравнения, производят рекогносцировку и распределяют обязанности.

Нам осталось выполнить последнюю заповедь гаянской инструкции космонавтов: через сорок часов после посадки на любой планете (не раньше!) полностью выключить автоматику звездолета, произведя необходимую проверку по «карте контрольного осмотра».

Сейчас наш «Роот», хоть и покинутый нами, был ежесекундно готов к вылету.

Правила есть правила, и из уважения к Гаянцам мы выполнили их.

Через сорок часов (Юль напомнила нам, что уже пора) мы вновь вошли в звездолет. Юль читала «карту контрольного осмотра», а Шелест и Евгений Николаевич проверяли и выключали многочисленные агрегаты.

- «Проверить по Телепатону отсутствие позывных и выключить», - прочитала Юль.

- Это зачем? - спросил Мауки, сопровождавший нас.

- У Гаянцев телепатическая связь имеет такое же значение, как и радио, - объяснил Евгений Николаевич. - Она удобна тем, что меньше зависит от расстояния и помех и расходует мало энергии. Если кто-то терпит бедствие - он включает на телепатическую передачу свои позывные. Но здесь, на Земле, она еще не в ходу, и этот пункт имеет символическое значение- можно им пренебречь.

Юль не возражала, но Андрей Иванович Шелест недовольно глянул на Глебова.

- Правила хороши в комплексе, а не по личному усмотрению, - строго сказал он. - Прошу быть точным!

Евгений Николаевич смутился и послушно включил корабельный Телепатон.

- Секундомер! - потребовал командир. - Насколько мне помнится, там сказано: «в течение двухсот секунд»…

- Верно, командир, - сказала Юль, - я пропустила это.

- Зря, ани. Давай уж до конца…

Что-то сковало мое тело, сделало его холодным и напряженным. Краем глаза я заметил, что друзья мои побледнели. В кабине управления тихо, но в мозгу каждого из нас пульсируют слова:

- Тот уэй им Тиунэла ви… Тот уэй им Тиунэла ви… - И так, с правильными промежутками.

По-русски эта фраза означает: «Я, Тот, командир „Тиунэлы“, нахожусь в опасности»!

Шелест посмотрел на Юль.

… До позднего вечера мы пытались связаться если не с Тотом (он-то вряд ли жив), то с автоматическим Телепатоном, подававшим сигналы.

Обсуждали, спорили, строили предположения, снова и снова включали Телепатон, но ответа не получили. Засечь место передатчика не представлялось возможным: телепатическая связь не пригодна пока к пеленгации.

И мы сообща разработали план поисков. Если Тот каким-то образом улетел с Пито-Као, естественно предположить, что он приземлится на ближайший материк. Им была Южная Америка. Но с каким курсом мог лететь Тот?

Вероятнее всего, через Перу и Бразилию. Ближайшая - Перу. Кордильеры - Восточные и Западные - с высотами под 5-6 тысяч метров, горными потоками, лесистыми склонами и скалистыми ущельями. Может быть, там?

А «Фея Амазонки»? Ее нашли не так уж далеко от Манауса, вверх по течению Пуруса, притока Великой реки… Не сам ли Тот погиб там? Не его ли останки обнаружили Бергофф и Кордоне?

Глава пятнадцатая

НЕОЖИДАННАЯ…

1

Бергофф, невзирая на возраст и «волнения» бизнеса, старел медленно. Его врач, выпив больше положенного, высказал смелое предположение:

- Некоторое… гм… простите, патрон, сужение…

- Артерий?! - испуганно прервал Бергофф.

- Нет, нет. Сужение интеллекта, я хотел сказать, кругозора, вероятно, в некоторых случаях поощряет… гм… неувядание и несколько как бы растягивает молодость.

Бергофф не обиделся.

- Браво, док, - осклабился он. - Я знаю это мудрое правило со школьной скамьи.